Отважное сердце - Патриция Хэган

– Как малыш, дорогая? – спросила Флора Элизу. – Он уже окреп?

Элиза пожала плечами.

– Думаю, да. Боюсь, я в этом не очень разбираюсь. Адам нашел молоденькую мексиканку – она и присматривает за ребенком. Я не слышала, чтобы он много плакал. Значит, у него все в порядке.

Адам помрачнел.

– Ты же его мать, – сердито сказал он. – Ты должна сама научиться ухаживать за ним!

Элиза несколько фальшиво рассмеялась. До сих пор ей без труда удавалась выдавать ребенка за своего собственного, и она собиралась в ближайшем будущем продолжать в том же духе. Ей нужно было время, чтобы решить, как жить дальше, но единственное, в чем она была совершенно уверена, так это в том, что она не собирается оставаться в этом унылом крошечном гарнизоне на краю земли.

– Адам, – попыталась выкрутиться она, – я же рассказывала тебе, что у меня не было молока и мне ничего не оставалось, как только попросить одну из кормящих матерей позаботиться о мальчике. Так что у меня просто не было возможности проводить с ребенком достаточно времени.

– Ну а теперь все изменится, – резко сказал Адам. – Мне никогда не нравилась эта противоестественная манера южанок сбывать собственных детей на чье-либо попечение.

– О, я с вами полностью согласна! – вступила в разговор Флора. – Уэнделл, наверное, рассказывал вам – у нас было достаточно денег, чтобы нанять няню, но я просто наотрез отказалась от этого, правда, дорогой? – Полковник утвердительно кивнул. – И я ужасно этому рада. Теперь, когда наши сыновья выросли, я благодарю Бога за каждую бесценную минутку, которую я провела с ними, когда они еще были маленькими. Вы еще войдете во вкус материнства, Элиза. К тому же тогда у вас будет чем занять свое время. Боюсь, у нас в гарнизоне не так уж много развлечений.

Элиза чуть не заплакала.

– Я думала, что во всех военных гарнизонах проводятся балы или вечеринки. – Она оглянулась на присутствующих. – А что, нет?

Уэнделл Мейнз попытался объяснить:

– Наш форт расположен в самом центре земли апачей, а так как на запад тянется все больше и больше переселенцев, мы всегда должны быть наготове. У нас просто нет времени на…

– Не бывает никаких вечеров, сэр? – недоверчиво переспросила Элиза и почувствовала, как ботинок мужа предостерегающе коснулся под столом ее ноги. – А я думала, что будет устроен праздничный бал и там я смогу познакомиться с офицерскими женами.

– Здесь не много офицеров, Элиза, – отрезал Адам, – а среди солдат женаты лишь единицы.

Флора Мейнз почувствовала себя неловко.

– Может быть, – кротко начала она, просительно взглянув на мужа, – мы что-нибудь и придумаем. Это было бы приятным разнообразием, к тому же это может помочь Джули.

Внезапно Уэнделл Мейнз широко улыбнулся.

– Ладно, возможно, ты и права, дорогая. Мы организуем вечер знакомств для миссис Тэтчер… и прощальный вечер для нас.

Флора, открыв рот, уставилась на мужа. Остальные тоже удивленно глядели на подполковника.

– Я думал сказать тебе позже, – сказал Уэнделл жене и повернулся к Адаму. – Я хотел сделать офицерам официальное сообщение. Меня переводят в Вашингтон.

– О! – выдохнула в изумлении Флора и, прижав руки к груди, восторженно рассмеялась. – Уэнделл, дорогой! Бог услышал мои молитвы. Вашингтон! О! Наконец-то мы уедем из этого ужасного места! – Она повернулась к Элизе, не замечая зависти на лице молодой женщины. – Я так долго мечтала об этом. Вашингтон!

– Поздравляю вас, сэр, – коротко сказал Адам и предложил тост за здоровье своего командира. – Я знаю, вы там не затеряетесь.

Уэнделл с улыбкой посмотрел на него.

– Вы бы тоже не затерялись, Адам, если бы месяц назад согласились на предложенный вам перевод.

– У тебя была возможность отправиться в Вашингтон? – в недоумении и гневе воскликнула Элиза. Она тоже подняла было бокал, но теперь так стремительно поставила его на место, что вино расплескалось. – И ты отказался?

– Ну, я же должен был тебя дождаться, правда? – пробормотал Адам.

– Отлично, сейчас я уже здесь, – перешла в наступление Элиза. – Значит, ты должен немедленно написать в Вашингтон, что теперь с радостью принимаешь предложение. Я ни дня не хочу оставаться здесь, на краю света. Здесь же совершенно нечем заняться, и эти дикие индейцы…

– Боюсь, миссис Тэтчер, – перебил ее Уэнделл, – что вашему мужу лучше повременить с переводом, если, конечно, он хочет продвинуться по службе. Понимаете, я предложил назначить Адама начальником этого гарнизона. Это назначение – прекрасная возможность показать себя, оно очень важно для его карьеры.

Элиза резко встала из-за стола. Щеки ее пылали.

– Мне наплевать на его карьеру, сэр! Последние месяцы я находилась в самом настоящем аду, и меня уже тошнит от этой проклятой пустыни. Я устала от невзгод, индейцев, устала от смертей – все это мне надоело до жути. Я хочу цивилизации! Вам хорошо говорить о важности этой должности – начальник жалкого форта, потому что сами вы уезжаете. А я остаюсь здесь, чтобы превратиться в такую же старую каргу со сморщенной от солнца кожей, как и все остальные женщины, которых я здесь видела.

Пораженный этой внезапной вспышкой, Уэнделл сидел молча, ошеломленно уставившись на жену своего лучшего офицера. Флора потрогала пальцами щеки и прошептала:

– Вы имеете в виду меня, дорогая? Почему? Я старалась не бывать много на солнце, и у меня и в мыслях…

– Позвольте мне извиниться за свою жену, – сказал Адам Тэтчер, поднимаясь из-за стола с окаменевшим от ярости лицом. – Она не в себе. Этого следовало ожидать после всего, что она перенесла. Я уверен, когда она отдохнет и придет в нормальное состояние, она, как и я, будет счастлива этому, такому важному для меня, назначению.

– О, как бы не так! – выпалила Элиза, вырываясь из рук мужа, который пытался вывести ее из комнаты. – Я ни за что здесь не останусь, обещаю тебе!

Адам еще раз извинился и посмотрел на Джули, которая ответила ему полным сочувствия взглядом. Затем он повернулся, схватил Элизу за плечи и решительно потянул к двери.

Уэнделл Мейнз поднялся из-за стола.

– Адам, мне очень жаль, – сказал он. – Зря я затеял этот разговор.

– Не беспокойтесь, сэр, – стараясь держаться как можно непринужденнее, ответил Адам, одновременно выталкивая Элизу из столовой. – Я очень рад за вас. И благодарен вам за участие. Увидимся за бренди. – Он вышел и закрыл за собой дверь, но Элиза все никак не могла успокоиться. Из коридора еще долго доносились ее гневные выкрики.

– Я просто шокирована, – пробормотала Флора Мейнз, как только они удалились. – Я не совсем уверена, что эта женщина понимает, что такое – быть женой военного. Такая выходка, да еще перед командиром ее мужа!