Проклятье Полоза - Мира Ризман

пещере подлетели двое, и Ториэль, желая представить незваного гостя, подцепил того кончиком когтя и поднёс его к краю пещеры. «Как-то это совсем не вежливо!» — пронеслось в голове у Этьена. Однако не только дракон повёл себя странно, родные ноги совершенно не слушались и тут же начали разъезжаться. Ториэль довольно грозно хмыкнул и, чуть встряхнув Этьена, так что буро-красные брызги зелья разметались по каменным стенам, оставил его висеть на собственном когте.

— Ториэль, Тими сообщил, что обнаружил в наших краях эльфа, — притормаживая у входа в пещеру начал было краснокрылый драконеанин, но его почти тут же прервали.

— Этьен эн Ламар?! — Насмешливый голос сразу же выдал свою хозяйку. — Ну и видок у тебя! Что ты забыл на Одореде, у тебя же вот-вот должна состояться свадьба с Линкской принцессой! Неужели ты сбежал?!

Касайрис! Этьен даже не знал радоваться ли ему такой удаче или печалиться. Всё-таки представать перед демоницами явно надо в другом виде. И всё же было бы глупо не воспользоваться ситуацией.

— Как я мог жениться, зная, что моя возлюбленная больна! — заявил он.

— Возлюбленная? — Алые глаза Касайрис потемнели. — Это ты сейчас о ком? У тебя же каждая юбка возлюбленная!

— Ну-ну, не стоит путать временные увлечения с настоящим чувством! — фыркнул Этьен, гордо вскинув голову. Удалось ему это с трудом. Зелье всё сильнее сковывало: язык уже с трудом ворочался, а в глазах плыло. Образ самодовольной демоницы начал туманиться в алой пелене. — Я говорю о Жрице нагов, моей истинной любви!

— Жрица нагов здесь? На Одореде? — оживился драконеанин. — Та самая, что вызывала огненный дождь?

«Что это значит? Она опасна?» — пророкотал Ториэль.

— Только если угодит не в те руки, — хмыкнула Касайрис. — Но, возможно, нам было бы выгодно, что она в них угодила!

«Эй!» — хотел прокричать Этьен, но вышел только какой-то невнятный стон. Голова стала невероятно тяжелой, тело и вовсе обмякло. Кажется, его не слышали, а он ничего не мог с этим поделать.

«Где ты подобрал эльфа?» — Уже почти отключаясь, он ощутил вибрации голоса Ториэля.

«Неподалёку от священной рощи» — прозвучал ответ Тимиэля, а потом всё потонуло в тёмном омуте.

Глава 7. Шаг 7. Плен. Рена

Рена:

Немногочисленный крылатый отряд медленно спустился к окруженной яркими факелами и кострами площади. Рена и Марселу всё так же беспомощно болтались в сетях.

— Как там ночной улов, Арт? — Раздалось снизу. — На вид что-то крупное!

— Даже слишком! — Хмыкнули сверху. — Это ещё и что-то довольно тяжёлое!

Сеть с Марселу и Рену бухнулась оземь, и в том же миг несколько пар сапог опустились в шаге от них.

— Самому интересно! — произнёс приятный мужской голос, затем верёвки сети резко натянулись и тут же сами опали. Однако Рена, издав едва различимый вздох, даже не пошевелилась. Земля под ней была чуть влажной от ночной росы и заметно холодила открытые участки кожи. Ах, если бы сейчас она могла превратиться в змею! Этим крылатым едва ли удалось бы её поймать! Вместо этого она предпочла затаиться.

Вокруг почти мгновенно собралась целая толпа. Костры и факелы бросали тени и отсветы, отчего было трудно понять, насколько много собралось народу на довольно обширной площади. Рена продолжала лежать ничком и осторожно косилась на алые кожаные сапоги местных жителей. По всей видимости, такая обувь являлась здесь обязательной. Марселу жался к её спине и чуть слышно рычал. Толпа же подступала всё ближе и с интересом рассматривала и обсуждала. Они говорили на каком-то довольно странном диалекте общего языка, но, в целом, Рена неплохо их понимала.

— И кто это? Девушка и лисица?

— А лисы вообще съедобны?

— Она какая-то странная! Кожа будто золото!

— Да и лисица необычная! Белый мех, словно у призрака!

— Это же не та, о которой недавно говорил шаман?

От подобных речей и взглядов Рене стало ещё более неуютно. Она чувствовала спиной, как взъерошился мех у Марселу. Его трясло, а рычание становилось всё более и более агрессивным. «Он же не собирается броситься на кого-то из них?» — с опаской подумала Рена, как вдруг хозяин ближайших сапог склонился над ней.

— Ты понимаешь наш язык? — спросил уже знакомый приятный мужской голос. — Можешь встать?

Он протянул ей руку. Рена опасливо подняла глаза и посмотрела на незнакомца. У него было красивое мужественное лицо с резкими, немного птичьими чертами, и невероятные большие бирюзовые глаза. Серебристые волосы, убранные в длинные косы, ниспадали с плеч.

— Артмаэй! Ты уверен, что она не опасна? — Взволнованно прозвучало совсем рядом, и, судя по выросшей тени, говорящий приблизился к ним.

— Может, показать её шаману? — Ещё один драконеанин сделал шаг вперёд.

— Да, пусть Виргуэль разбирается с чужачкой! — сказали издалека.

Однако Артмаэй не спешил успокаивать своих родичей, вместо этого он просто подхватил Рену, причём так стремительно, что та не сразу поняла, как оказалась в его руках. Снизу тут же раздалось озлобленное рычание: Марселу вскочил и ощерился, но на него мало кто обратил внимание.

— Её стоит показать целителю, возможно, наши силки повредили ей! — заявил Артмаэй, но едва он успел договорить, как Марселу кинулся на него, явно целясь в ногу. Вот только его постигла неудача. Рядом стоящий драконеанин успел схватить лиса за холку, словно провинившегося щенка, ещё до того, как обнажившиеся острые клыки достигли алой ткани просторных штанов.

— Нет! — Рена попыталась вырваться из объятий Артмаэйя. — У меня всё нормально! Не трогайте моего лиса!

Вот только драконеанин проигнорировал её слова, и Марселу, продолжая скалиться, остался висеть над землей.

— Так ты всё-таки нас понимаешь? — В голосе Артмаэя прозвучало облегчение. — Это уже хорошо! Кто ты?

— А кто вы?

— Княжич Красной Долины — Артмаэй! — представился драконеанин и выжидательно уставился на Рену.

«Как мне назвать себя? По имени, или просто нагой?» — с беспокойством размышляла она, искоса поглядывая по сторонам. Драконеан собралось действительно уже довольно много. И все мужчины! Многие были одеты в красные одинаковые одежды, и Рена предположила, что они, скорее всего, местные защитники, на других же виднелись замысловатые белые накидки с различными поясами, большими и совсем узкими, размер которых, вероятно, тоже говорил об их положении. И всё новые и новые драконеане приземлялись на площади. Любопытных взглядов становилось всё больше, да и гул голосов усиливался. То и дело звучали всё более и более фантастические предположения об её личности. Кто-то умудрился даже сравнить с демоницей!

— Я… — решилась было Рена, но не успела она произнести ещё хоть слово, как над её головой зашелестели крылья, и