Заставлю быть моей - Милана Ким

В какой-то момент засыпаю, даже не досмотрев любимую комедию.

Просыпаюсь от скрежета ключа в замке. Сразу замечаю, как светло на улице.

— Проснулись? — мама уже в халате и пуховике входит в гостиную.

Возмущается, что мы спим, и рассказывает, как она когда-то встречала Новый год. Домой ее невозможно было загнать.

Оказывается, она пришла немного раньше, уже успела вкусняшек свежих сделать, а мы даже не слышали.

И в магазин пошла, за сгущенкой.

— Я в душ, — потирая глаза, Алекс целует меня в губы. Прячется в ванной, а мне невтерпеж, поэтому бегу на кухню, забыв о своем наряде.

— О-о, — мама хихикает. — Прикольное платье, — ест ложкой только что купленную сгущенку.

— Спасибо, — сажусь напротив, ощущая, как лицо заливается краской. Ужасно стыдно.

— Дочь, ну ты чего? — хохочет мать облизывая ложку. — Родной матери стесняешься.

Я знаю, что ругаться она не будет, но все равно неудобно.

Пока Алекс в душе, готовим легкий завтрак. Мама ставит на стол немного вкусняшек, и я, если честно, теряюсь. Она всегда говорит, что завтрак должен быть легким, как и ужин.

— Садись, — мама первой упрашивает Алекса. — Приятного аппетита всем. — Мама заметно напрягается.

— Я сначала должен кое-что сказать, — Алекс даже ложку в руки не берет. — Вы знаете, что мне еще полтора года учиться, — тянет, — но я не могу оставить здесь Милу. Поэтому прошу ее поехать со мной. У меня есть связи, смогу перевести ее в свой универ, — поднимает на меня глаза, — конечно, если она захочет, а ты отпустишь, — переводит взгляд на мою оторопевшую мать.

70

— Я не против, — шмыгает носом. — Только за! — хватает меня за руку. — Честно, очень переживала, что ты оставишь ее здесь опять. Но так я буду спокойна.

Меня даже злость берет. Ну, реально! Какая Варшава? Оставить здесь одну мать?

— Мам, ты что? — делаю шаг и обнимаю. — Как я могу тебя оставить одну? — на глаза наворачиваются слезы. И это только от мысли, что я оставлю мамулю. Как я могу так поступить?

Сердце кровоточит. С одной стороны, я очень хочу быть с Алексом и престижный европейский университет мне очень льстит, но… Последний год мама то и делала, что угождала мне. И теперь, когда я вижу радость на ее лице, мне кажется, ей больно, но ради моего счастья она готова отпустить.

— Почему это одну? — Улыбается. — Я с Жаном, — обнимает меня за талию, — он еще тот защитник. Вы, дети, сами решайте, я приму любое ваше решение. Но, — отпускает меня и берется за бутылку с шампанским, — идея Алекса мне очень нравится, европейский диплом намного лучше нашего. Подумай, родная.

До конца дня мы эту тему не поднимаем. Я думаю над этим постоянно, и, что мне нравится, Алекс не настаивает. Сидим за столом — наверное, дольше я еще не сидела, разговариваем.

В шесть звонит Катька, приглашает в клуб, а я, как всегда, отказываюсь.

В голове такой сумбур, только громкой музыки мне и не хватает.

— Если ты не придешь, я не буду с тобой разговаривать больше никогда, — злится подруга. — Я понимаю, что с Алексом тебе интереснее, — хихикает, а я закатываю глаза. — Но я очень хочу, чтобы в первый день года мы оторвались на все сто!

— Кать, — наблюдаю, как парень играет с котенком. Слегка улыбаюсь. От счастья сердце прыгает в груди как мячик. — Алекс хочет меня с собой забрать, в Польшу.

Алекс молниеносно подходит ко мне, прислонив ухо к аппарату.

— Алекс твой, как заноза в заднице, но он любит тебя, и он молодец. — Не могу сказать, что она удивлена, но голос мне кажется унылым. — Так! Ноги в руки — и в клуб! Заодно и отъезд ваш отпразднуем.

— Я еще не решила, — опускаю глаза. Алекс приседает возле меня на корточки. Берет за руку и смотрит так…

— А что тут решать?! — фыркает Катька. — Ты любишь его, — парень расплывается в довольной улыбке, — он любит тебя. В чем проблема?

— А мама, а ты?

Катька зависает на несколько секунд.

— Милая, твоя мама взрослая девочка, и, возможно, если ты будешь счастлива, она наконец сможет с кем-то начать встречаться.

В таком ключе я не думала.

Пообещав прийти в клуб, я заканчиваю вызов. Сразу иду переодеваться.

Мама заходит, когда я почти готова, и просит меня подумать хорошенько. А потом рассказывает, как она встретила Алекса в Варшаве, когда была на курсах повышении квалификации.

Она рассказала всю правду.

— Я хочу еще подумать, — озвучиваю маме, когда она напрямую спрашивает, решила я ехать или нет.

Чужая страна, другой язык, страшно до жути. Алекс говорил, что и на английском преподают, и бояться нечего. У меня и английский не очень, так что будет мотивация подтянуть.

За один день слишком много на меня навалилось, думаю, решение придет само.

— А ты не изменилась, — шепчет мне на ухо, когда входим в лифт. — Все тот же спортивный стиль и уют, — не дожидаясь ответа притягивает к себе и целует. Сначала требовательно, потом нежно и осторожно. — Я не смогу оставить тебя здесь, — выдыхает в губы. — Без тебя воздух кажется отравой, Мил.

— Ты не можешь вернуться сюда? — меня очень интересует этот вопрос.

— Я не хочу Яна подводить. Он мне помог, очень, и декан — его знакомый, поэтому не было проблем с переводом. — Покрывает лицо поцелуями между словами.

— Алекс, ты весь макияж испортишь, — смеюсь.

— Вообще не надо его делать, — криво улыбается, — поверь, ты без него просто очаровашка. — Хватает за нос двумя пальцами.

Идем к машине, вспоминая старые времена. Все, кроме того периода, о котором договорились забыть навсегда.

Мы вычеркнем из памяти прошедший год и будем строить свою жизнь дальше.

Я очень на это надеюсь.

Подъехав к клубу, сразу замечаем подругу. Она, как всегда, шикарно выглядит, наверное, круче всех вместе взятых.

— Привет, — обнимаю Катьку крепко.

— Привет, — закатывает глаза, — я уже думала в полицию звонить. Вы опоздали.

— Привет, Кать, всего на десять минут, — Алекс оглядывается по сторонам. — Извини, пробки.

— Ага, я так и поверила, пожалуй, целовались и забыли обо мне.

Заходим внутрь, Алекс шепчет мне на ухо, что написал Дену, и Катька точно не будет сегодня скучать, когда мы будем целоваться.

Только подруга, наоборот, хочет убежать, когда видит, кто подходит к нашему столику.

Ден ее останавливает, что-то говорит на ухо, а потом с улыбкой помогает ей присесть.

Есть между ними странная энергетика. Они как две горы. От противостояния так и искрится.