Грязная игра - Бьянка Коул

Я пожимаю плечами.

— Думала, это будет веселый вечер вдали от СА. Очевидно, я ошиблась.

— Очевидно, — говорит Камилла.

Ник подходит и обнимает меня за плечи.

— Что обсуждаем?

— Какой дерьмовой была игра, — говорю я.

Он качает головой.

— Я думал, это было здорово, но ведь я фанат хоккея. — Выражение его лица меняется, когда он наклоняется ко мне. — Мы можем поговорить наедине?

— Конечно, — отвечаю ему.

Он отводит меня от остальных и берет за руку.

— Итак, Адрианна. Почему ты захотела пойти со мной на игру?

Я тяжело сглатываю и пожимаю плечами.

— Просто подумала, что это будет весело.

Он ухмыляется.

— Ты запала на меня, Васкез?

От этой мысли меня тянет блевать.

— Без шансов.

Его брови хмурятся, и он вдруг выглядит немного уязвимым.

— Ну, ты можешь притвориться, что это так?

— Что?

Он сжимает челюсть.

— Это всё Роза. Она играет в недотрогу, и я хочу заставить ее ревновать.

Его взгляд устремляется на Розу, которая разговаривает с новеньким, Риццо.

Я удивлена, что Ник вообще признался, но это именно то, что я пыталась сделать с ним. Заставить тренера ревновать.

— Конечно, без проблем.

Он улыбается, притягивая меня ближе.

— В таком случае, может, сделаем это убедительнее?

Я смотрю на него, в его глазах пляшут веселые искорки.

— И как ты предлагаешь это сделать?

Он ухмыляется.

— Как насчет поцелуя?

Я не могу понять, почему мысль о поцелуе с Ником, даже в качестве уловки, чтобы заставить Розу и Арчера ревновать, заставляет меня чувствовать себя грязной. Тем более что менее получаса назад я достигла оргазма с пальцами Арчера внутри. Это заставляет меня чувствовать, будто я изменяю Арчеру или что-то в этом роде, что не имеет смысла, учитывая то, как он принудил меня к сексу с ним. Меня охватывает гнев от того, что я вообще так думаю.

— Хорошо, один поцелуй.

Его губы кривятся в ухмылке, когда он притягивает меня к себе, бросая быстрый взгляд на Розу, которая болтает с Риццо. А затем он целует меня. Его губы прижимаются к моим, но я ничего не чувствую, когда его язык проникает в мой рот. Это такой противоречивый контраст между тем, когда Арчер целует меня.

И вдруг Ника отрывают от меня. Всё как в тумане — Арчер стоит там, и бьет Ника кулаками по лицу, удерживая его.

Я бросаюсь вперед, цепляясь за его руку.

— Прекрати!

Он пытается отмахнуться от меня, но я перехватываю его и хватаю за кулак, прежде чем тот снова полетит Нику в лицо.

— Какого хрена, тренер? — Ник зажимает рот, из которого течет кровь.

— Не прикасайся к ней, блядь, больше никогда. Ты меня слышишь?

Глаза Ника расширяются, и он кивает.

— Конечно.

Я оттаскиваю Арчера в сторону.

— Что, черт возьми, ты делаешь?

Он поворачивается ко мне.

— Что я делаю? Я говорю тебе, что ты не можешь встречаться с другими парнями, а потом выхожу на парковку и застаю тебя целующейся с Ником.

— Он поцеловал меня, в чем проблема?

Выражение его лица пугает, и я делаю несколько шагов назад.

Это заставляет его преследовать меня через всю парковку.

— Проблема в том, что ты моя, Адрианна. Такое было соглашение.

Я кладу руки на бедра.

— Не было соглашения, что я не буду ни с кем встречаться. Все, что ты сказал, это то, что я должна быть в твоей квартире каждую ночь в этом году.

Это факт, даже если я понимала, что он разозлится, увидев меня с Ником.

С тех пор, как он положил на меня глаз, он стал собственником и легко заводится. И это значительно упрощает мой план. Арчер должен влюбиться в меня, если я собираюсь отомстить ему и заставить его страдать за то, что он меня шантажировал. Я не из тех девушек, которые могут просто принять это дерьмо без какого-либо возмездия.

— Ты моя на этот год. Такое было соглашение. — Он крепко сжимает ладонью мое горло. — Мне нет необходимости говорить тебе не ходить на свидания, поскольку это ожидаемо, когда ты принадлежишь кому-то другому, — рычит он.

Профессор Ниткин подходит, прочищая горло.

— Я чему-то помешал?

Звук голоса профессора, кажется, выводит его из тумана ярости, и он отпускает мое горло.

— Вовсе нет.

Как-будто он меняется по щелчку выключателя, как только появляется его друг.

— Наш Uber здесь, — говорит профессор Ниткин, его взгляд мечется между мной и Арчером. — Ты готов?

Челюсть Арчера напрягается, когда он сжимает ее.

— Конечно. Просто дай мне одну минуту.

Ниткин неохотно отходит, но не задает вопросов.

Он хватает меня за запястье.

— Если я еще раз увижу или услышу, что ты снова приблизилась к этому мальчишке ближе, чем на пять гребаных футов, я убью его. Ты поняла?

Я качаю головой.

— Думаешь, меня волнует, что ты сделаешь с Ником Крушевым?

— Нет, потому что ты использовала его, чтобы добраться до меня.

— Ты такой тщеславный. — Я вырываю свою руку из его хватки. — Не всё крутится вокруг тебя, Арчер.

Он, конечно, прав, но я не могу позволить ему узнать об этом. Нет, если хочу, чтобы мой план сработал. Арчер не должен знать, что я пытаюсь разбить его сердце, иначе он позаботится о том, чтобы этого не случилось.

— Будь в моей квартире к одиннадцати часам, или я приду и найду тебя.

Он разворачивается и идет к профессору Ниткину, который пристально наблюдал за нами. Я смотрю, как он садится в такси и уезжает, жалея, что не могу ему противостоять.

Хотя моя домашняя жизнь всегда была связана с дисциплиной, в академии я делала то, что хотела и когда хотела. А тренер отнимает это у меня. Это заставляет меня ненавидеть его еще больше.

Глава 24

Арчер

— Что ты собираешься делать на весенних каникулах? — спрашиваю, нежно выводя круги пальцем по мягкой загорелой коже Адрианны.

— Я сказала отцу, что не вернусь домой. — Адрианна пожимает плечами. — Ева хочет, чтобы я осталась здесь, и я согласилась.

— И твой отец не был против?

Мне трудно поверить, что Адрианна может диктовать, что ей делать, тем более что она упоминала, что он хотел, чтобы она приехала домой на неделю раньше и встретилась с потенциальным женихом.

Адрианна качает головой.

— Он не возражал, так что, думаю, нет.

— Что случилось с поклонником? — спрашиваю я.

— О, полагаю, он поссорился с отцом парня, за которого собирался выдать меня замуж. Мой отец наживает врагов быстрее, чем друзей.

Я посмеиваюсь.

— Я знаю этот тип. — Мои пальцы