Деспот - Наталья Евгеньевна Шагаева

— Если женщина называет себя вещью, то мне ее жаль, — произносит он. — Особенно если не является моей вещью.

— Ммм, я вроде не просила ваших оправданий, — иронизирую.

— Не просила, но я решил прокомментировать.

— Ну тогда, будьте добры, просветите меня, почему Надежда так считает и угрожает мне? Кто она? Раскройте карты, чтобы я понимала, с кем имею дело.

У меня точно ПМС, настроение скачет. Это снова эмоции, которые я не могу сдержать. И они вкусные этому мужчине. Мерзавец. Он умеет мной играть. Научился.

— Иди сюда, — подзывает меня взмахом руки. — Я объясню.

Подхожу ближе, но ему недостаточно.

— Сюда, — немного отъезжает назад к стене, освобождая мне место между столом и собой. Встаю, куда велено. — Сядь на стол.

Сомневаюсь. Но мне настолько любопытно узнать о Надежде, что я упираюсь руками и запрыгиваю на стол, садясь перед Юсуповым. Он подъезжает на колесиках кресла вплотную и ставит мои ноги себе на колени, вдавливая каблуки туфель себе в брюки.

— У тебя шикарные ноги, детка.

Не отвечаю. Вопросительно смотрю, ожидая обещанных пояснений.

— Итак Надежда… — обхватывает мои щиколотки, поглаживая большими пальцами.

— Что между вами было? — спрашиваю. — Экс-любовница?

— Ммм, а ты красиво ревнуешь.

— Не обольщайтесь, господин Юсупов, — закатываю глаза. Нарываюсь, наверное. Но уже на все плевать. Если невозможно избежать насилия, расслабьтесь и получайте удовольствие.

— Нет, она не экс-любовница. И никогда ей не была. Но… — задумывается.

— Но? — тороплю его.

— Она амбициозная, умная и образованная личность. Обратил на нее внимание на одном корпоративе. Точнее, не так. Она обратила мое внимание на себя. Все время рядом, неприкрытая лесть, недвусмысленные намёки, выразительные жесты и позы. И я обратил внимание. Меня сначала завело. Но… при первой же встрече я разочаровался, — усмехается, качая головой и скользя ладонями по моим ногам выше.

— И что же вас разочаровало? Плохо сосёт?

Ой, блин, откусите мне язык!

— Плохая девочка, — шлёпает меня бедру. — Накажу твой ротик.

Кусаю губы, чтобы не выдать еще что-нибудь.

— Но да, примерно так и было. С ней можно долго говорить о делах, она очень профессиональна. О культуре, литературе и прочем. Но в постели меня отвернуло. Сплошная подделка. Наигранные позы, имитация – все пластиковое и ненастоящее. Нет, я, конечно, пытался ее разогреть, вытянуть на нужную мне волну, долго раскачивал и получил, что мне нужно. Но это было невкусно. Не моя женщина. На этом все и закончилось. Она хотела продолжения. Но я все оборвал. Не хотелось терять ее, как сотрудника. Но после сегодняшнего вашего прелестного диалога, понимаю, что зря. Женщина потеряла границы и чувство самосохранения, — уже жестко и холодно, произносит он. — Не бойся, такого больше не повторится.

— Если вы ее уволите из-за меня, мне и правда надо будет бояться, — наблюдаю, как его руки медленно забираются мне под юбку. Парадоксально, что его откровения, тон, руки и горящие глаза действуют на меня…

Сглатываю, закусывая губы. Хочу немедленно слезть со стола, чтобы остановить очередное свое падение. Повторяю себе, что это всего лишь тело.

— Сидеть! — останавливает меня, удерживая за бедра. Всхлипываю, прикрывая глаза. На столе рядом со мной звонит телефон. Одной рукой Юсупов продолжает задирать мою юбку, а другой – берет трубку, чтобы ответить на звонок. — Да?

Слушает. Меняется в лице. Застывает с безэмоциональной маской и убирает от меня руку.

— Когда это произошло? — голос холодный, безжизненный, я бы сказала. — Где Роберт? Не трогайте его! — резко понимается с места, проходясь по кабинету. — Я приеду и поговорю с ним сам.

А я так и сижу, застывшая на столе.

— Заканчивай дела, Дима отвезёт тебя домой. Я буду позже, — идет к гардеробу, надевает пальто. Взгляд расфокусированный, потирает лицо. Мне хочется спросить, что случилось. Я видела Юсупова разного, а такого – никогда. Но я сжимаю губы и провожаю его взглядом.

Глава 24

Рустам

Роберт мой начальник безопасности и не только. Я знаю его лет пятнадцать, даже больше – не считал. Сколько дел мы провернули. У него много полномочий в моей компании и за её пределами. Можно сказать, что он единственный человек, кому я доверяю. Если учитывать, что порой я не доверяю сам себе. Роберт никогда меня не подводил. Друг? Можно, наверное, дать ему и такое определение, учитывая, что друзей у меня нет. В моей жизни вообще мало приближённых. Их практически нет. Я давно понял одну простую истину: никого нельзя подпускать слишком близко.

Прохожу в холл частной клиники. Двадцать минут назад мне сообщили, что супруга Роберта скончалась. Ожидаемо. Для всех, кроме него. Елена болела давно. Три года борьбы, но все впустую. Три года я не жалел средств и возможностей на ее лечение. У нас, в Израиле, в Германии, экспериментальная медицина… новейшие препараты. И они помогали, на время.

Три года…

Все.

Ожидаемо для всех, кроме Роберта. У него очень тесная связь с супругой. Они были не просто любовники и партнеры. Там все гораздо глубже. Мне не понять.

Внизу сидят мои ребята, подчинённые Роберта, которые мне и звонили. Завидев, поднимаются на ноги. Если вызвали меня, значит, все еще хуже, чем я думаю.

— Где он? — дергаю ворот рубашки, который начинает меня душить. Не хочется терять Роберта. У него, в конце концов, маленький сын.

— В палате. Никого подпускает к ней, в морг увезти не дает. Стрелял в потолок, когда врачи пытались ее забрать.

Закрываю глаза, глубоко втягивая воздух.

Что ты творишь?

— Персонал хотел вызвать ментов. Остановили, пообещали компенсацию. Все напуганы, — докладывает мне парень.

—