Притворись моей - Анна Ди

И я тебя люблю.

— Но твоя семья не примет меня, — произнесла я тихо.

— Не думай сейчас об этом. Ты говорила, что всё у нас началось с вранья, так позволь мне исправиться и пригласить тебя на свидание. Начнем наши отношения с чистого листа… без вранья и всяких договоров, — сказал он, не сводя глаз с меня. — Дай нам этот шанс. Я никогда никого не добивался…не ухаживал, но я постараюсь. Ты нужна мне.

— Я пока на работе, — выпалила я, слишком обескураженная его признанием.

— Подожду здесь, пока не освободишься, — сказал он решительно.

И он, действительно, остался ждать меня, наблюдая за каждым моим движением. Мне было трудно работать, когда он так плотоядно пожирал глазами, отвлекая меня. Из-за этого приходилось несколько раз переспрашивать гостей и, порой, путать столы. Андрей лишь улыбался, явно наслаждаясь происходящим.

Мы правда могли бы начать отношения, как обычные люди. Только он и я. Но что будет потом? Как отреагировала его семья? И как меня примут в их семью, когда знают правду обо мне? Эти вопросы тяжёлым грузом давили мне на плечи.

Он дождался меня все-таки и решил устроить первое свидание в кинотеатре. Было необычно видеть Андрея Громова в таком образе — не бизнесмена, озабоченного контролем, а легкого и веселого парня. Мы провели чудесный вечер и под конец он вызвался меня подвезти. Как только доехали до моей квартиры, он потянулся ко мне за поцелуем.

— Я не целуюсь на первом свидании, — остановила его я.

— Всего лишь один поцелуй, — настаивал он, касаясь пальцами моей шею.

Мой взгляд сузился. Он уставился на меня в ответ, выражение его лица было невинным, но в глазах плескалось озорство.

— Я не такая девушка, Андрей. Максимум на третьем свидании можно целоваться, — я подавила неохотный всплеск веселья по поводу абсурдной ситуации и покачала головой: — Сейчас точно ничего не будет.

— Ты убиваешь меня, Аня. Я безумно соскучился по тебе, — застонал он. Я подавила еще одну улыбку и вместо этого скептически изогнула бровь.

— Мы начинаем с чистого листа. Разве нет?

Он недовольно запыхтел.

— Тогда беги, иначе я передумаю и начну тебя целовать прямо в машине. Потом уже никто не сможет остановить меня, — серьёзно сказал он.

Мое сердце подскочило, а желудок словно упал в пропасть. Сдавленный стон смешался, прежде чем я проглотила его. С трудом заставила себя выйти из машины. Я долго не продержусь, поэтому на втором свидании, сама его поцелую. Зашла в квартиру, чувствуя себя такой живой и счастливой.

Наткнулась на Лену, которая вышла из кухни с пакетом чипсов.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — спросила я её.

— Что именно? Что у тебя наконец-то снова появился блеск в глазах? — вздохнула она. — Я не жалею, что позвонила ему и рассказала правду. Ты приняла неверное решение, а я это исправила. Разве не ты говорила, что близкие люди указывают нам на наши ошибки, когда мы их сами не замечаем? Ты, поддавшись эмоциям и угрозам, лишила себя и его счастья, хотя с самого начала стоило с ним поговорить.

Её слова проникли в мою грудь и сжали её. Лена исправила самую большую ошибку, которую я совершила.

— Спасибо тебе, — крепко обняла её. — Я так тебя люблю. Спасибо, — повторяла я, со слезами на глазах.

Андрей

С утра я решил навестить отца Ани. Лена рассказала мне о его визите к ним. Я с трудом сдержал себя, чтобы не убить его. Такой урод должен гнить в тюрьме, но моя тётя вытащила его, наплевав на всю нашу семью. Я оставил её по просьбе дедушки, но если она снова попытается навредить моей жене, то я забуду о родственных связях. Пока посмотрю, какое наказание она получит за предательство семьи. Именно предательство, иначе это не назвать.

Мои нервы стали еще более напряженными, когда припарковался возле нужного мне дома. Без проблем нашёл берлогу этого алкаша. Несколько раз позвонил в дверь, затем начал стучать кулаком. Я был уверен, что он никуда не мог выйти.

Он снова в запой ушёл?

После нескольких ударов, мне открыли дверь. В нос сразу ударил запах алкоголя и ещё какой-то дряни. Потрепанный мужчина ухмыльнулся, светя своими желтыми зубами. Интересно, когда он брал в руки зубную щётку?

— Здравствуй, зятек.

Я брезгливо поморщился и толкнул его внутрь.

— Закрой рот и слушай меня внимательно, — процедил сквозь зубы. — Ты исчезнешь из жизни девочек. Не будешь писать, звонить, искать встреч. Должен исчезнуть раз и навсегда.

Он испуганно заморгал.

— Они мои дочери. Я их отец.

— Ты для них никто. Тебя вытащила моя тётя, а я могу легко отправить обратно, — пригрозил я, чувствую, как ярость внутри меня поднимается. Он не заслуживает называться отцом.

— Это угроза? — проблеял он, пытаясь твёрдо стоять на ногах. Его состояние доказывает, что такие люди не будут никогда меняться.

— Предупреждение. Сам оставишь их в покое или я тебе помогаю. Но поверь, мой метод тебе очень не понравится. Ты меня понял?

— Понял, — кивнул он.

— И да. Ещё от меня, — я изо всех ударил его по лицу. — За девочек и за их мать. Он упал на пол и схватился за нос. Боролся с сильным желанием избить его, но не хочу пачкать руки в таком дерьме. Тем более, он сам свою жизнь прекрасно губит алкоголем.

С чувством выполненного долга, я вернулся в свою квартиру. Купил её, когда наша семья стала сотрудничать с Белинским и надо было часто прилетать в Москву.

Ани не было в ресторане, у неё выходной. Я взял телефон и набрал её номер. Я вышагивал по комнате, мой желудок скрутило от нервов,