30 дней с тобой - Винтеркей

рядом! — прошептала я, смотря на наши улыбающиеся и довольные моськи, — Если бы ты только знал, как я хочу все вернуть назад! Мне жаль, что я накричала на тебя, но я… Не могла себя сдерживать! Надеюсь, ты не слишком злишься на меня! — я всхлипнула, и легла под одеяло с фотографией в руках. Было чувство, что он здесь, со мной, как будто слышит мою речь, вот только ничего ответить не может…

Тут я почувствовала движение в ногах. Посмотрев вниз, я увидела Кекса, который запрыгнул на кровать и шел ко мне. Как только он оказался рядом, то потёрся мордашкой о мою щеку, мурча, а я погладила его за ушком. Да, кот всегда знает как успокоить меня, если у меня плохое настроение.

— Что, дружище, ты тоже по Тони скучаешь, да? — я снова погладила Кекса, и он замурчал сильнее, будто бы подтверждая мои слова. Он улегся рядом, согревая бок своим теплом и наслаждаясь моими ласками, а я немного успокоилась — хех, все же, Кекс знает, как меня успокоить!

Но тут, вспомнив ещё раз улыбку Энтони, я широко улыбнулась и поняла, что буду рисовать на конкурсе!

* * *

[День конкурса…]

На следующий день все участники конкурса пришли в школу. Как я уже и упоминала, в честь этого знаменательного события директор решил преподнести всем подарок — отменить уроки в школе, чтобы все смогли полноценно настроиться на работу.

Итак, начилась та самая волнительная минута — все устроились на свои места, подготовив все нужное, и учительница по искусству миссис Бэнкс объявила о начале.

Всего в общей сложности конкурс длился около двух с половиной часов. Мы с Эрикой стояли рядом и рисовали свои шедевры — она — пейзаж, дачу, а я — портрет моего любимого Энтони Купера.

Да, вы скажете, что наверное, это очень сложно нарисовать портрет без натурщика, но… Я с уверенностью могу сказать, что это не так. Вернее, конечно проще, когда тебе кто-то позирует, но для меня рисовать его портрет было несложно, ведь я запомнила каждую мелочь, каждую детальку в его внешности, пока он был рядом со мной. Все это врезалось в мою память, и будто не руки рисовали парня, а сердце и душа по кусочкам собирали его образ. Каждая волосинка, каждая морщинка, каждый изгиб тела не остался без чуткого внимания, и я получила огромное удовольствие, пока рисовала, отдавалась полностью в объятия искусства.

Так незаметно пролетело время, и вот последний мазок краски на своем месте. Портрет был готов, и Тони улыбался с холста, показывая свои белые зубы и милую морщинку.

* * *

— Ух, ну, мы с тобой огромные молодцы! — сказала Эрика, когда мы закончили и уже выходили из кабинета в раздевалку. Конечно же, мы немного устали за все это время, ведь стоять два с половиной часа — это не очень просто. Но работами мы остались довольны, и пусть они даже и не займут призовых мест, все равно все эти воспоминания останутся в нашей памяти.

— Это да! — подтвердила я, поправляя сумку на плече, — Теперь остаётся только ждать результаты! — я вздохнула и Эрика посмотрела на меня с умиротворенной улыбкой.

— А почему ты решила нарисовать именно Тони? — на это я не знала что сказать. Правда, ответ очень сложен для меня…

— Не знаю… Наверное, просто захотелось еще раз его вспомнить! — я шмыгнула носом и вытерла слезы, которые скопились в уголке глаза, заставляя их жутко щипать и вызывая неприятную рябь. Эрика остановилась, придержав меня за руку и грустно улыбнувшись.

— Ты так сильно по нему скучаешь? — я кивнула, потому что не в силах была ответить, — Ну, может, он еще появится когда-нибудь…

— Хах, когда-нибудь… — я горестно усмехнулась, а затем добавила, — Я не думаю, что так будет!

— Но ты же вроде говорила, что он может вернуться, если ты сама этого захочешь!

— Да, но… Я хочу, безумно хочу… Но я накричала на него, от этого тоже много что зависит! Если бы он ушел просто так, без всяких ссор, то, возможно, шанс бы был. А так… Когда я сама, своими руками все разрушила… Это уже все бесполезно! — я снова всхлипнула и одна слеза предательски скатилась по щеке, обжигая кожу.

Эрика на эти слова промолчала, чуть погладив меня по плечу и мы вошли в раздевалку.

* * *

[Неделю спустя…]

Так прошла неделя, и она была непростой для всех нас. Я должна была как-то учиться жить без Тони, а еще и результаты конкурса тоже заставляли изрядно волноваться.

В день объявления всех учеников отпустили с последних уроков и собрали в актовом зале вместе с их родителями и друзьями. В числе наших были Джерри и Роберт, которые очень поддерживали и болели за своих девушек, Хлоя, Нэнси, Кортни, родители Эрики (по этому поводу они даже отменили свою командировку) и Ким, которая тоже пришла поболеть за любимую сестрёнку, ну, и с моей стороны была Лора, и конечно же, папа, который сдержал свое обещание.

Гул, стоящий в помещении был не совсем приятен для ушей, и все уже ждали, когда начнется та самая минута. Но вот, наконец, звук фанфар, и на большую сцену под бурные аплодисменты выходит мистер Барнз.

— Добрый день, дорогие друзья, ученики, коллеги и просто гости нашей школы! — начал свою торжественную речь он, — Неделю назад в нашей школе проходил межшкольный конкурс юных художников, в котором приняли участие десять школ штата Техаса! Мы очень рады, что в нашей школе нашлось очень много талантливых ребят, которые показали нам свои умения и таланты! И сейчас я хочу предоставить слово знаменитому художнику Америки, картины которого висят в очень многих известных галереях страны и нашего города в том числе, председателю жюри, которые оценивали наших ребят — Джона Каррена*! {?}[Джон Каррен***(John Currin; род. 1962 Боулдер, штат Колорадо) — современный американский художник. Дж. Каррен является представителем фигуративной живописи. Художественная манера мастера сходна с той, что мы видим на картинах времён Возрождения; особенно они близка некоторым полотнам Лукаса Кранаха Старшего. Одной из особенностей изображений Дж. Каррена является гротескное изображение различных частей человеческого тела.]

Снова раздались громкие