Мия и голем - Ева Финова

Как назло, память услужливо напомнила наш разговор с Вилфридом. И я поняла, что Кроан с ним заодно. Более того, он меня использовал, чтобы подставить Арэла! Это больше всего и расстраивало. Ведь ранее он казался таким дружелюбным, а теперь… Что теперь?

Неужели дедушке предъявят какое‑то обвинение?

Стиснула пальцы в кулаки, прежде чем выдохнуть и снова поднять голову к доске. В этот раз решила больше не реагировать и не отвечать на вопросы, даже если прямо спросят. Хватит. Если и дальше так пойдет, я отказываюсь здесь учиться. Впрочем, как отказываюсь и соблюдать традиции и искать себе партнёра. Главное, поймать своего ларга, подчинить и отправиться на нем в далёкое плавание до Мехонарии или к другим островам, на которых и поселюсь вместе с Аароном.

Теперь‑то в этом решении я была тверда, как никогда ранее.

Глава 26. Островок счастья

Горный хребет Якату. Город Сойн. Академия кристаллисков. Мия

Самый неинтересный день в моей жизни всё никак не хотел заканчиваться. После недавнего сольного выступления на занятии по призыву воздушного голема я стала словно прозрачной. Теперь‑то на меня специально внимания не обращали, не косились, не тыкали пальцами в мою сторону.

Но лучше от этого я себя не чувствовала.

И даже наоборот. Мне было непривычно, и оттого внутренний дискомфорт только усилился, а страх за дедушку добил остатки самообладания. Поэтому, когда я брела вместе с толпой в столовую, увидела Аарона и деда, не думая, кинулась к ним со счастливым возгласом:

– Привет!

Первым делом с разбега врезалась и обняла почему‑то голема, может быть, потому что он стаял ближе?

Застигнутый врасплох и оттого смущенный Лейк противиться не стал, а легонько похлопал меня по плечу.

– Мия… – дед обескураженно меня позвал. – Ты чего это?

– Я соскучилась, – невинно проронила, отстраняясь от Аарона только лишь для того, чтобы встать с ним рядом.

Обычно я таким образом стискивала деда, может быть, сейчас он просто ревновал? Но после недавнего события я будто чувствовала, что его подставила, хоть и не специально. Поэтому на ту счастливую секунду позабытый дискомфорт вновь напомнил о себе, и так некстати проснулось чувство вины.

– Дед, я это… кажется, из‑за меня Кроан ун Штольт нашел твою ошибку в учебнике.

Арэл мгновенно нахмурился.

Эх… знала же, что так будет. Забыв про всё на свете, он стоял и витал в облаках, перебирая в уме названия своих трудов.

– Учебник для начинающих призывателей, начальные страницы, воздушный голем, – подсказала я. – Один из необходимых стихийных знаков зачеркнут.

– Быть этого не может! – вскипел Арэл. – Я никогда не черкаю в своих книгах и переписываю целый лист, а потом заново подклеиваю его в переплет, если допущу ошибку.

– Вот и я о том же, – вздохнула и схватила Аарона за руку.

Не знаю почему, но мне всё еще жутко хотелось обнять его за талию, уткнуться лбом в его мускулистую грудную клетку и забыть обо всём на свете. Обо всех проблемах, которые мне принес этот день. Но я ограничилась только захватом руки.

– У тебя стальные мышцы… – подивилась я, обращаясь к Лейку. Невольно заметила гордую ухмылку, которую он поспешил стереть с лица.

– А ты как всегда бесцеремонна, – ответил он мне со вздохом.

Не удержалась, прыснула и пожурила его:

– Не забывай, теперь‑то я понимаю, о чем ты говоришь.

– Теперь и я хоть немного понимаю, о чем говорите все вы, – Аарон кивнул в сторону толпы. – Однако удивительно, что они в нас не тыкают пальцами. Что‑то случилось? Или они так быстро привыкли к моему… – на этом слове голем прервался и смущенно посмотрел на Нэю. – Эм, к нашему присутствию.

– Они не привыкли, они делают вид, – поспешила я ответить, чувствуя неприятный укол ревности. Да, теперь я знала, что это за чувство, саднящее внутри каждый раз, когда мне приходилось думать об этих двоих вместе в одной аудитории. И мне безразлично, что формально там присутствовал и мой дед.

– Так чем вы занимались? – преувеличенно бодро уточнила я.

– Прости, Мия, – Арэл всё еще хмурился и стоял, о чем‑то думая. – Но мне нужно навестить одного своего приятеля, – он кивнул в сторону ректора, как раз спускающегося на подъемнике вниз. Наверняка шел в столовую, как и все.

– Хорошо, – кивнула ему и его големше на прощание и еще сильнее вцепилась в Аарона. – Идем обедать?

– Э, да, – согласился Лейк.

При этом он постарался аккуратно высвободить свою руку из моего захвата. Но я ему этого не позволила и лишь тихонько попросила, чтобы остальные не слышали:

– Прошу, не упрямься. Ты мой маленький островок счастья. Сейчас я немного расстроена, и мне это просто жизненно необходимо.

– Что именно? – не понял Аарон.

– Поддержка, мне важно чувствовать чью‑то поддержку…

Мышцы голема слегка окаменели, но вырываться он перестал. И лишь по стиснутым скулам я поняла, явно что‑то себе надумал.

– Тебя кто‑то обидел, пока меня не было?

– Ничего особенного, – отмахнулась я. – Просто поссорилась со своей группой из‑за вопроса по призыву голема.

Аарон облегченно выдохнул. Да сделал это так громко, что меня удивило:

– Подожди, а ты о чем подумал?

– Ничего особенного, – вернул мне мои же слова.

Ах он вредина!

Однако настроение улучшилось, и все проблемы показались сейчас мелкими и несущественными. Смех, да и только.

В этот раз я ела с аппетитом, прикидывая в уме список дел на вечер.

Перво‑наперво хотелось прогуляться с Аароном в порт к платформам и плотам. Чтобы посидеть там и помечтать о будущем, а заодно расспросить его про родину, откуда я его выдернула, сама того не подозревая. Но вначале все‑таки разобрать вещи в комнате. И решить вопрос со второй кроватью. Хотя…

Я уже смирилась с таким неудобством, как пробуждение на полу. Но, думаю, сейчас, после того как мы смогли свободно поговорить друг с другом, придется объясниться.

А как объяснить то неведомое чувство, снедающее меня изнутри. Тревога? Да, возможно. Особенно когда голем где‑то далеко от меня. Ведь еще недавно я видела, как он исчезал.

– Так чем вы занимались? – спросила у жующего Аарона, чем чуть не лишила его жизни. Ведь он поперхнулся куском черствого хлеба, который пытался разжевать.

– Ой…

– Ничего, всё нормально, – проронил Аарон, когда откашлялся. – Я учил ваш алфавит, читал вслух какую‑то детскую