Орловы: Рождена для тебя - Тиана Хан

бешенстве сжимая руки в кулаки. Обида, что раздирала изнутри, требовала выхода и я был не в силах сопротивляться желанию, отомстить тому, кто отнял у меня единственную любимую женщину. Замахнувшись, от всей души врезал по его нахальной физиономии, приготовившись тотчас повторить удар, но Пашка среагировал мгновенно, увернувшись с траектории моего движения. Мы дрались, как много лет назад, словно вновь сцепились в уличной потасовке, выясняя кто из нас круче, молча и сосредоточенно мутузя друг друга кулаками. Запал во мне лишь разгорался, а слепой азарт настолько захватил разум, что я не собирался останавливаться, пока не увижу соперника поверженным. Не знаю сколько времени продолжалась наша схватка, но в какой-то момент Мирон изловчился и отшвырнул меня в сторону, прервав потасовку.

- Ты нисколько не изменился, Орлов, всё такой же оторванный, - сплюнув на пол кровь рявкнул он.

- Ты трахал МОЮ женщину! МОЮ! Ту, которую я любил больше жизни! За неё, я готов был не раздумывая ринуться в огонь и воду! И ты ещё смеешь так нагло смотреть в глаза? После того как пользовался ею? Вслед за мной…

- Не сходи с ума, Милош! – взревел он. - Не смей, слышишь? НИКОГДА не смей оскорблять Илону! Эта девочка – самое дорогое, что было и есть в моей жизни!

- Так значит и сейчас вы вместе? – бешено вращая глазами прокричал я.

Словно дикий зверь, защищающий свою территорию от чужака, я вновь кинулся на Миронова. В тот момент мы оба обезумели, нанося друг другу всё более болезненные удары. Перед глазами встала красная пелена. Ни один из нас не думал идти на попятную и поддаться другому. Мы делили женщину, ту, что встала меж нами много лет назад. Не знаю, чем бы всё это закончилось, если бы на шум в кабинете не отреагировала секретарь, вызвав охрану.

- А ну блядь, разошлись в стороны! – прокричал Макс, влетая в кабинет. - Вы что здесь за бои без правил устроили? Кабинет с рингом попутали?

Парни пришедшие вместе с ним растащили нас в разные стороны, удерживая от неминуемого сближения. Я рвался закончить начатое, и высвободившись из жёсткого захвата, вновь ринулся к Миронову.

- Брейк я сказал! Хватит лупить друг друга! – не унимался Максим. – Взрослые мужики, чего вы тут устроили уличные бои без правил?

- ВОН! Все, вон из моего кабинета! – срывая голос прокричал я. - Пошли на хер! И чтобы никто не смел переступить этот порог без моего разрешения! А ты, - схватил Миронова за грудки, - ты останешься! С тобой я ещё не закончил! И не думай смыться отсюда, под шумок!

- Даже и не собирался, - презрительно ответил он, - пока не вправлю тебе мозги, хрен ты от меня избавишься!

Вытолкнув всех сотрудников взашей, я захлопнул дверь и закрыл её на внутренний замок предусмотрительно подперев тяжёлой тумбой с документами.

- А теперь давай, рассказывай по порядку, как ты снюхался с этой шлюхой, - прохрипел я, задыхаясь от злости, - хочу знать всё до мелочей… сколько раз в день и в какой позе вы трахались!

- Какой же ты придурок, Орлов! Не видишь дальше своего носа! У тебя всё в жизни сводится к сексу? Думаешь между людьми невозможны иные отношения? Ещё раз повторюсь – перестань оскорблять Илону! Иначе я тебе устрою такую трёпку!

- А кто она, по-твоему? Непорочная наивность? Да я сам, своими глазами видел, как её пытался трахнуть один мудак, прямо здесь, в моём офисе! Не кого-то другого, а именно Романову! Значит сама дала ему повод! Она ведь даже не сопротивлялась в тот день… только мной вот брезгует. Не даёт прикоснуться! Всё кричит, чтобы руками я её не трогал… грязные мои руки для такой, как она! Так ты давай, Мирон, расскажи мне ничего не скрывая, сколько мужиков было у неё в жизни? Ты хоть знаешь, под кем она раздвигала ноги, пока ты был на службе? Кому отдавалась?

- Один! В жизни Илоны был лишь один мужчина, - тихо произнёс Пашка с жалостью взглянув на меня. - И это ты, Милош!

- Что? – переспросил я, будто не расслышав его слова.

- Я, НИКОГДА, не был с ней, как мужчина с женщиной. Никогда!

- Грош цена твоим словам!

Не обращая внимания на мои выпады Миронов продолжил.

- Послушай друг, Илонка, она всё ещё живёт в твоём сердце. Поэтому тебе нестерпимо больно. Ты видимо так и не смог позабыть свою первую любовь, из-за которой жестоко страдал, сходя с ума от непонимания и неприятия…

- Какой ты мне друг? – вскинулся я, доставая из бара непочатую бутылку водки.

Сорвав пробку плеснул в стакан крепкой жидкости и выпил жадными глотками.

- Пей, родной, пей! То, что тебе предстоит услышать, вмиг приведёт в чувство, не давая спастись в обманчивом плену алкоголя.

В этот миг, я почувствовал словно что-то изменилось между нами. Может водка подействовала, или высказанные слова, рвавшие душу изнутри, но я вдруг понял, что во мне более не кипит злоба на весь мир… и на Павлуху, в частности. Больше мне не хотелось ему грубить и выяснять на кулаках отношения. Я осознал, что именно сейчас должен услышать и с честью принять то, что скажет мне Мирон. Другого времени не будет и оттягивать этот неприятный разговор абсолютно бессмысленно.

Разлив алкоголь, теперь уже по двум стаканам, один из них я протянул Павлу.

- Пей, - беззлобно бросил я, опрокидывая в себя огненное пойло.

Молча приняв из моих рук предложенную выпивку, он взял со столешницы пачку сигарет и закурил, сделав глубокую медленную затяжку. Внимательно разглядывая меня парень словно о чём-то задумался, принимая какое-то серьёзное решение.

- Когда ты ушёл в армию, Илона осталась совсем одна в пустом доме. Ты даже не позаботился о том, чтобы оставить кого-то приглядывать за ней…

- Она сама прогнала меня тогда! – оборвал я Миронова.

Не обращая никакого внимания на мои слова, собеседник согласно кивнул и продолжил:

- Тот день, когда девчонка сдала свой последний экзамен, стал началом конца для неё, и началом новой жизни – для меня.

- Вы начали жить дружной семьёй? – съехидничал я. – Именно об этом ты пытаешься мне рассказать?

- В твоих словах есть доля правды, - снисходительно улыбнулся Миронов, - с того дня я вновь обрёл семью, человека, которому не безразличен.