Измена. Любовь (не) вернуть - Иден Хол

Ладно, придется пытать мужа.

– Макс! – я всплеснула руками едва вошла. – Откуда у тебя ноутбук? Тебе же врач запретил работать!

– Ева, любимая, только не волнуйся! Со мной все в порядке! – он отложил ноут на тумбочку и привстал. Синяки на его лице напоминали, что не в порядке он еще. Упрямец непослушный!

– Что ты делаешь? Кто к тебе приходил? Полиция?

– Обещай, что не будешь сильно пилить, – попытался он смягчить свое наказание.

– Конечно, буду! Тебе сказали отдыхать, мало было в прошлый раз приключений?

– Я должен был все закончить! Пойми, я не мог оставить то, что могу завершить только сам! Детка, иди ко мне, – он попытался встать, но я его опередила и подошла, чтобы тут же быть пойманное в объятья, стоя у кровати.

Он крепко обнял меня за талию, а потом несколько раз чмокнул в живот. Затем усадил на край кровати и поцеловал уже в губы, зная, что я тут же растаю и перестану ругаться. Манипулятор!

– Это я позвонил следователям, которые занимаются нападением. А заодно пришли люди, которые расследуют махинации DG-Group.

– И для чего?

– Два дня в полуотключке подали мне отличную идею, Лешка привез мне ноутбук и я вычислил в переписке, как общались Злата и заказчики. Поднял все ее контакты и разобрался, кто у нее был куратором, как бы они не шифровались. Это один из топ-менеджеров DG-Group. Это была его операция.

– Ты про тендер? Чтобы помешать вам выиграть?

– Да, именно про него. Еще я обнаружил, что они через Злату наняли этого нового «сторожа» с криминальным прошлым, который напал на меня. Оказывается, он там давно сидел вместо Михалыча и ждал, когда я приеду. Омелина уволила моего сторожа и наняла этого, потому что я дал ей такую возможность во время работы над домом.

– Так, выходит, она знала, что как только ты приехал бы домой, тебя ждал бы самый настоящий убийца?

– Может, и знала, по крайней мере, помогла все организовать по указке куратора. Его я вычислил и отдал все нарытые сведение следователям, дальше они сами выйдут на полную схему. Там еще и коррупция в комиссии вскрылась, кто-то должен был помочь выиграть тендер просто за деньги, но в последний момент отказался, потому и включили план «Б» с моим участием.

Я посмотрела на него и покачала головой.

– Когда ты все это успел сделать? Ты же должен был спать и восстанавливаться?

– Ты же знаешь, что я не могу успокоиться! Эти люди чуть не разрушили мою жизнь! Нашу! Я тебя чуть не потерял, – Максим снова меня обнял, – бессонные ночи и головная боль ничто по сравнению с потерей тебя!

– И что теперь, Шерлок? – я отстранилась и пригладила его отросшие волосы. Мой муж неисправим, если чем-то увлекается, то не отпустит, пока не завершит, как с той безумной идеей оформления дома. Выложится на полной, даже если на кону безумно высокая цена.

– Теперь Омелиной и ее куратору предъявят совсем другие обвинения, это уже будет покушение на убийство, а с мотивом и порчу тормозов будет проще доказать. То есть две попытки. Им не отвертеться. – максим выглядел уверенным и довольным собой. Да и кто бы ни был, он распутал этот клубок быстрей, чем полиция. – Их подельников исполнителей уже объявили в розыск, со всеми данными теперь быстро поймают и их показания закопают очень быстро всех виновных. Они не знали, что я на фасаде нашего дома поставил скрытую камеру для дополнительной безопасности, засветились там все начиная от «сторожа» и заканчивая Омелиной. Кстати, Филимонов бросил Злату.

– Это тот ваш клиент, который с ней познакомил?

– Да, он собирался на ней жениться, влюблен был по уши, но после того, как я отослал ему видео, разорвал с ней все контакты и выкинул из своей жизни. Он тут ко мне приходил вчера вечером поговорить. Заплатил кому-то на посту, пролез в неположенное время. Извинялся.

– Ничего себе. Значит, он не будет защищать Злату? – очень хотелось, чтобы эта гадина получила наказание по полной программе. За все, что она сотворила.

– Не будет, – подтвердил Максим, – теперь ей не увернуться и не спрятаться за кошелек папика. Она опозорена и карьере тоже конец. Ее ждет уголовка, как и куратора. Будет создавать новый интерьер в тюремной камере.

Я рассмеялась.

– Да уж, чтобы талант не пропадал.

– Детка, – Максим снова притянул меня к себе, – я так жалею, что все это заварил, если бы ты только знала. Не так я себе представлял нашу годовщину.

– Не переживай, – я решила его утешить, – главное, что в итоге все встало на свои места. Ты живой и здоровый, мы не расстались. План злодеев провалился, – я нежно поцеловал в губы Максима. Мы могли гордиться собой оба. Пусть и наделали ошибок в самом начале, но потом сумели все исправить.

– Нет, – почему-то возразил Макс, – мне этого недостаточно. Я знаю, что еще нужно сделать. Как только я выпишусь, моя малинка. Тебя ждет настоящий сюрприз!

– Что? Опять сюрприз? – я распахнула глаза и схватилась за живот. Мой самый большой сюрприз от Максима там внутри перевернулся, наверное, от перспективы новых приключений.

– Не волнуйся, в этот раз я все сделаю правильно! Ты веришь мне?

– Верю! – я обняла Макса за шею и припала к губам в сладком поцелуе.

Конечно, верю!

Мне просто немного страшно! И кажется, я разлюбила сюрпризы.

Но он заслужил второй шанс.

Глава 34

– Ты уверен, что это хорошая идея? – Макс тянул меня за руку из квартиры, не успела я забежать с работы домой в обед. – У меня еще дела в магазине, тебе завтра на прием к врачу, – пыталась я найти поводы остаться. Ох, уж эти сюрпризы.

– Твои парни справятся со складом, Тоня с остальным, выключай начальницу, включай любимую жену, – он стиснул меня в объятьях, пока ждем лифт. – К врачу только завтра, я успею.

– А как же… – начала я, вспоминая, что встреча с юристами по поводу предстоящих предварительных слушаний.

– И с ними я договорился, – Макс буде читал мои мысли, – тебе не отвертеться. Расслабься, малинка, тебе понравится, – поцеловал меня, подтверждая свои слова.

А я не могу расслабиться даже в его объятьях, опять нервы шалят на фоне беременности, эмоциональный разброс от умиления до истерики в три секунды.

У подъезда стоял огромный внедорожник Лешки.

– Он тоже с нами? – уточнила я про брата.

– В качестве водителя, сам вызвался, не прогонять же его, –