Жена по требованию, или Мы так (не) договаривались! - Елена Сергеевна Счастная

– Ты считаешь, это действительно проблема? – светлый остановился под тенью развесистого дерева, крона которого была настолько плотной, что под ней, пожалуй, можно было бы спрятаться от дождя. – Может, это был… разовый случай?

– Мы с Атикой и Фалаэлем обыскали комнату Назэды и нашли там странные рисунки, – сразу решила я выложить все свои соображения на этот счёт. – И они в точности повторяют то, что я тогда видела. Похоже, перед тем, как с ней это случилось, она мучилась такими же картинками в голове. Только, наверное, чаще, чем я.

Теперь Мирэй окончательно помрачнел. Его метка заметно потеплела, словно он каким-то образом сканировал моё состояние. И результат его, видимо, удовлетворил. Однако сомнения остались.

– Тебя это пугает? – участливо уточнил он. – Понимаешь, дальше нам придётся гораздо сложнее, чем сейчас. И если тебе страшно…

– Ты снимешь метку и отправишь меня домой? – я сложила руки на груди.

– Разумеется, нет! – Мирэй иронично закатил глаза. – Но я готов подумать над тем, как тебе помочь.

И тут мне внезапно стало так странно тревожно, что я не сдержалась.

– Я боюсь, что это лишь первые симптомы того, что может случиться со мной дальше. А вдруг я однажды тронусь умом так же, как Назэда или Харск? Возьму и просто исчезну?

Светлый улыбнулся, пристально изучая моё лицо. Кажется, это занятие нравилось ему больше остальных. Порой от его внимания мою кожу словно бы начинало припекать, и я не понимала, с чем может быть связано такое въедливое изучение. Может, он каждый раз пытается увидеть признаки того, лгу я или говорю правду?

– Ого! – выдохнул он, выслушав меня. – Ты всегда казалась мне очень уверенной в собственных силах и стойкости.

– Раньше я не испытывала ничего подобного.

– Тогда я только могу пообещать, что не допущу, чтобы с тобой случилось нечто подобное, – заявил Мирэй. – Ты слишком важный участник этой экспедиции.

Вот это уточнение в конце было ну очень важным. Видимо, чтобы я случайно не подумала ничего лишнего. Это ощутимо меня задело, поэтому я удержалась от дальнейшего обсуждения своих тревог и просто пошла по дорожке к женскому крылу Цитадели.

– А почему ты не защитил принцессу Фенассу? – всё-таки задала мучивший меня долгое время вопрос. – Полагаю, вы были достаточно близки, чтобы присмотр за ней входил в твои обязанности.

Мирэй обречённо покачал головой. И если у него промелькнула мысль уйти от этого разговора, то он почему-то её отринул. Возможно, просто решил отплатить откровенностью за откровенность.

– Это хорошо, что ты говоришь о том, что тебя беспокоит. Значит, ты способна критически оценивать своё состояние, и на самом деле с тобой всё в порядке. Если же человек хочет скрыть свои проблемы, со стороны оценить его достаточно сложно, – он помолчал. – Мы с принцессой были помолвлены. Не скажу, что я испытывал к ней какие-то чувства, кроме дружеских, но мы не собирались идти против уговора наших родителей. Это казалось нам удобным. А потом я начал понимать, что Фенасса действительно меня любит. И знаешь… Эта мысль странным образом меня разозлила. Как будто она нарушила мой жизненный план.

– И вы поссорились… – догадалась я.

– Поссорились, – кивнул Мирэй. – В тот день, когда я встретил тебя в саду Цитадели. Они видела наш поцелуй. Просто пришла проведать меня на посту и увидела, как часто бывает по закону подлости. Потом через некоторое время она пропала.

– И ты винишь себя?

– Сначала винил. А когда начало твориться всё это, понял, что был виноват только отчасти, – Мирэй вновь придержал шаг и серьёзно на меня взглянул. – И мои слова о том, что я не допущу, чтобы с тобой случилось нечто подобное, вовсе не шутка или бахвальство. Ты поняла?

– Да, – я кивнула и внезапно почувствовала, как у меня нестерпимо запело щёки.

– Только было бы неплохо, чтобы ты мне помогла и перестала ходить на встречи с типами, которых плохо знаешь!

Ну вот, опять за своё! А всё как будто наладилось.

– Тебя я тоже плохо знала, но однако пошла с тобой неизвестно куда!

– Кей!

– Хорошо! Я буду осторожнее.

– Вот и отлично, – удовлетворённо кивнул светлый.

А я мысленно оставила за собой право обходиться без его мнения там, где посчитаю нужным. Для нравоучений мне хватает и Нэйаса.

Глава 12

– Как-то она устрашающе выглядит, – слегка морща нос, отметила Атика, внимательно оглядев лежащую в ящике деталь защитного купола. – Отец никогда не посвящал меня в тонкости зачарования таких сложных магических механизмов. Несправедливо, кстати!

– Возможно, он считает, что тебе ещё рано этим заниматься, – предположила я и захлопнула крышку.

– Назэде он позволял больше даже когда она была того же возраста, что я сейчас, – подруга вновь приуныла. Так случалось каждый раз, когда она вспоминала о сестре. – Хотя… Скорее это какие-то непубличные разработки. Если все будут знать тонкости изготовления таких вот устройств, то им проще будет навредить. Или подделать их – что тоже нехорошо. Интересно было бы покопаться в формулах, с помощью которых всё это было зачаровано.

– Лучше не надо. Велик риск что-нибудь нарушить.

Атика вздохнула, тоскливо глянув на ящик.

Я вообще не собиралась открывать его до самого Пепла, но когда мы погрузили на корабль, который должен был доставить нас на Лазуритовые острова, сразу стало так скучно, что мы с Атикой развлекались, как могли в ограниченном пространстве небольшого торгового судна.

Мужчины были заняты обсуждениями дальнейшего плана действий и мало обращали на нас внимание. Что уж говорить о команде, которая, кажется, искренне считала, что две женщины на корабле – к гораздо большей беде, чем одна. К тому же нас почему-то сопровождала не очень хорошая репутация тех, за кем следует несчастье. Хотя было ровным счётом наоборот – это мы следовали за несчастьями, чтобы разобраться в их причинах.

В общем, на этот раз даже капитан мало с нами общался, лишь изредка оказывал кое-какие знаки почтения, чтобы не выглядеть совсем уж невоспитанным грубияном.

К тому же впереди мы не ждали ничего хорошего: по пути на Лазурит нам предстояло высадиться на том самом острове, где пропал родственник Фалаэля. Мирэй планировал осмотреться там и, возможно, найти какие-то подсказки. Честно говоря, мы с Атикой опасались, что при таком отношении капитан просто оставит нас там и уведёт корабль дальше, не дожидаясь нашего возвращения.

При таком нарочито недружелюбном отношении это было бы вполне закономерно.

Нужный нам остров показался на горизонте под конец второго дня пути. Мирэй заглянул в тесную каюту, где затаились мы