Позолоченное великолепие - Розалинда Лейкер

— Хорошо, — скрипучим голосом произнес он, с трудом сглотнув. — Тогда продолжай.

— Это заведение называлось институтом для благородных юных леди, но в действительности оно ничем не отличалось от тюрьмы. Я несколько раз пыталась сбежать, но меня все время ловили. Тут в город явился полк солдат и их распределили на постой в семьях, как это всегда бывает. В сторожке у ворот оказалась свободная комната, но когда директриса стала возражать командиру по поводу того, что нельзя размещать грубых солдат в пределах женского заведения, он отправил туда одного сержанта, женатого человека, считая, что на него можно положиться. — На лице Сары появилась кошачья улыбка. — Однако сержант — это лишь мужчина в шинели пурпурного цвета. Я покинула это презренное заведение, одевшись в униформу юного барабанщика и привязав к спине узелок со своей одеждой, никто ни о чем не догадался.

Если бы он не испытывал столь сильной неприязни к Саре, то рассмеялся бы, представляя, как она в таком одеянии с важным видом выходит через ворота.

— Что случилось потом?

— Сержант пристроил меня среди маркитантов, всегда следующих за любым полком, и они спрятали меня прямо под носами тех, кто прочесывал сельские районы, разыскивая меня.

Когда полк ушел дальше, я тоже отправилась следом за ним, а к этому времени меня уже перестали искать. — Сара радостно откинула голову. — Мне стало так весело после всех этих месяцев заключения. Некоторые из женщин были старыми греховодницами, но многие оказались добрыми, веселыми, и никто не сокрушался по поводу того, что я говорила или делала. Сержант был добр ко мне, но когда мы прибыли в Девиз, что в графстве Уилтшир, к нему приехала жена и мне пришлось оставить его. Он плакал. Этот бедняга плакал. Он отдал мне все свои деньги, которых мне хватило, чтобы дилижансом отправиться в Йорк, а затем в имение Тренчей, где я намеревалась тайком от Натаниела повидаться с Изабеллой.

— Это было рискованно. Как-никак Тренч мог заметить тебя.

— Я соблюдала осторожность. Я пришла к слугам и сообщила, что раньше служила горничной у Изабеллы и явилась проведать бывшую хозяйку, но сестры не оказалось дома. Неделей раньше они с Натаниелом уехали в Лондон. Вдруг выяснилось, что я не знаю, как поступить и куда идти, поэтому я сказала, что беременна и больна и не могу идти. Домоправительница, наверно, понимала, что Изабелла никогда не выгнала бы меня, и, взяв на себя ответственность, позволила мне остаться на некоторое время. Находясь в этом доме, я узнала из разговоров слуг и из того, что увидела сама, как несчастна моя сестра с человеком, за которого вышла замуж ради матери и меня.

И Томас услышал все о том, на какую жертву пошла Изабелла, о бальзамированной фигуре прежней жены, присутствие которой приводило ее в такое уныние. Этот рассказ задел одну струну в его памяти; он вспомнил, как Изабелла однажды выразила желание жить в Ностелле вместе с восковыми обитателями кукольного домика, и даже не мог представить, что по странной прихоти судьбы ее легкомысленно выраженное желание станет зловещей действительностью. Неужели он предчувствовал что-то недоброе, когда тут же запретил ей даже думать об этом? Томас отпустил полную горести тираду в адрес Сары и ее бессердечного зятя.

— Должно быть, ты догадывалась о скверном характере этого человека, раз не захотела выходить за него замуж, и тем не менее не пожалела свою сестру. Хорошо еще, что ее там не оказалось. Если бы обнаружилось, что Изабелла помогает тебе, а так оно и случилось бы, то одному богу известно, какому наказанию подверг бы ее муж.

Сара вырвала руку, которой держалась за него.

— Знаю! Знаю! Но что же мне было делать?

Томас сердито взглянул на нее.

— Зачем было ехать к ней? Можно ведь было обратиться к матери.

Она сжала пальцы в кулаки.

— Я же говорила тебе! Она отреклась от меня. Когда я совершила первую попытку бегства, она написала, что Натаниел пригрозил лишить ее денежных средств, если я не останусь в том заведении в соответствии с условиями договора, заключенного между ними. Она написала, что я никогда не должна обращаться к ней за помощью.

Томас пренебрежительно взглянул на нее. Теперь настал его черед отпустить колкость.

— Подумать только! Никогда не слышал, чтобы мать и дочь были столь достойны друг друга!

Сара зло сверкнула глазами.

— Можешь смеяться сколько угодно. Если хочешь узнать всю правду, то я действительно была беременна, когда явилась в имение Тренчей. Разве я иначе могла бы сама справиться с этим? Я все время обходилась без помощи. Но я ведь не могла родить ребенка под забором, пусть даже прижила его от обычного сержанта!

Томас глубоко вздохнул.

— Ты хочешь сказать, что взвалила своего ребенка на Изабеллу?

Сара покачала головой.

— Я потеряла его, пока жила в имении Тренчей. — Сара не выдержала его сурового взгляда и отвела глаза. — У меня случился выкидыш. Все произошло к лучшему. Все равно я никогда не любила детей и возненавидела бы ребенка, который стал бы для меня тяжелым бременем.

Томас легко догадался, что она сделала аборт.

— Значит, ты после этого покинула имение Тренчей?

Сара снова улыбнулась.

— Я забрала несколько лучших платьев Изабеллы и оставила записку в ее шкатулке для драгоценностей, в которой объяснила, куда исчезли кольца и ценные безделушки, чтобы она, вернувшись, не подумала, что их стащили воры. Я тайком вынесла свою добычу, затем распрощалась с домоправительницей и слугами. Никто так и не догадался о том, что я не та, за кого выдаю себя. Только Изабелла узнала, что я там была.

— С тех пор ты слышала о ней что-нибудь?

— Нет. Она ведь не знала, где я нахожусь и что ее одежда и драгоценности принесли мне удачу. В постоялом дворе, где я остановилась на ночь, мне повстречался один джентльмен с театральными связями. Он дал мне столь необходимый шанс. Он устроил так, что я прошла обучение у пожилой актрисы, ушедшей на пенсию, которая в свое время прославилась на сцене. После этого я вступила в труппу актеров, затем в другую. Теперь я играю ведущие роли в паре с Себастианом Сэрле, с которым ты сегодня видел меня за столом.

— Однако ты должна рассказать мне об Изабелле, как обещала.

— Она еще не стала вдовой, — Сара зло уколола его, — если ты ожидал услышать именно это.

— Я знаю, — сердито ответил он. — В колонках газет, посвященных политике, время от времени появляется имя Тренча.

— У нее также нет любовников, — продолжила она тем же колючим тоном. — Пока я играю на сцене, разные слухи доходят до моих ушей. Ты удивишься, если узнаешь, что многие джентльмены заводят любовниц среди актрис или светских дам, у которых в свою очередь есть любовники среди актеров. Смотря по обстоятельствам. Могу заверить тебя, что Изабелла, видно, стала одной из самых блистательных хозяек в Лондоне, но она остается верной этому презренному Натаниелу, что уже скучно. Я слышала, что заключались пари на то, кому повезет там, где другие потерпели неудачу. — Сара заметила полный отвращения взгляд Томаса и хитро и весело улыбнулась. — Вижу, тебе не нравится, что доброе имя целомудренной Изабеллы обсуждается в компании развратников. Так сильно ты еще любишь ее? Только подумать, ведь ты и сейчас мог бы опередить всех и добиться у нее большего успеха, чем в Ностелле!