Лилия под дождем - Кэндис Кэмп

После ужина Гидеон расстелил тонкий матрац.

– Вы и Джинни будете спать здесь, – сказал он, – а я, Уилл и Ти ляжем под этим деревом, – он указал на раскидистый дуб, стоящий рядом. – Если что, позовете нас.

– Хорошо, спасибо. – Она обратилась к Джинни. – Пойдем, дорогая, к ручью и умоемся.

Гидеон, Уилл и Ти сели вокруг костра, и Гидеон начал рассказывать им всевозможные истории.

Тэсс и Джинни стали готовиться ко сну. Расчесав дочке волосы и уложив ее спать, Тэсс стала прислушиваться к тому, что рассказывает Гидеон. Он говорил с увлечением, а Ти и Уилл внимательно его слушали. Вдруг Гидеон замолчал. Тэсс, решив, что что-то случилось, повернулась в сторону костра и встретилась глазами с Гидеоном, который неотрывно смотрел на нее. Раньше так на нее смотрел Шелби. По ее телу пробежала дрожь. Она быстро отвернулась и улеглась рядом с дочерью.

Гидеон снял свои башмаки и забрался в спальный мешок, думая, как ему протянуть эту ночь. В том, что он не уснет, у него не было сомнений – ведь Тэсс была так близко. Он не хотел думать о ней, о том, во что она одета, и одета ли вообще, но эти мысли назойливо лезли в голову. Он повернулся на бок и попытался уснуть. Но услужливое воображение вновь и вновь рисовало ему одну возбуждающую картину за другой. И чем сильнее он старался избавиться от этих видений, тем неотступнее они его преследовали… Когда он, наконец, уснул, уже светало.

На протяжении всего оставшегося пути Тэсс чувствовала себя с Гидеоном неловко. Сидя рядом с ним, она не знала, о чем говорить. Вместо обычных интересных разговоров, сейчас они обменивались лишь замечаниями об окружающей их природе. Она вздохнула с облегчением, когда они добрались, наконец, до места.

Остановились у кузины Тэсс. На следующее утро Тэсс и Гидеон отправились в город продавать драгоценности и мебель. Она была рада, что Гидеон настоял на поездке с ней. Без него ей не удалось бы выручить столько денег. Остаток дня они посвятили прогулке по городу.

На следующий день, по дороге домой, они почти не разговаривали, устав от поездки и полученных впечатлений. Уже дома Тэсс призналась Гидеону:

– Спасибо, за помощь. Хорошо, что вы поехали со мной, я не справилась бы одна.

– Пустяки, – ответил Гидеон, пожимая протянутую ему руку.

– Жаль только, что не удалось выручить всей необходимой суммы. Но, может, мне удается еще где-то раздобыть денег.

– Может быть. – Гидеон, смущаясь, достал из кармана небольшой кошелек. – Это должно помочь. Откройте его.

Тэсс взяла кошелек, открыла застежку и высыпала его содержимое на стол. Это были серебряные монеты.

– Но… Но, Гидеон, откуда это? – От изумления она не знала, что сказать.

– Мы продали кое-какие вещи, не нужные нам.

– Господи, уж не часы ли вашего отца?

– Какая разница? Пусть это вас не волнует.

– Но, Гидеон, вы любили эти часы. Я знаю, Шелби говорил мне, как много они для вас значат. – Ее глаза наполнились слезами.

– Не думайте об этом. Я попробую достать недостающую сумму.

Тэсс широко открыла глаза.

– Где? Как?

– Я собираюсь поговорить с Джонсом.

Тэсс пристально посмотрела на него.

– С янки? Зачем?

– Я хочу продать луг, которым не пользуюсь.

– Что? Вы хотите продать вашу землю? О чем вы говорите! Это немыслимо!

– Я не вижу другого способа спасти ваш дом. Я не могу позволить, чтобы вы потеряли его.

Тэсс посмотрела на него. Он сидел на стуле, расставив ноги, опершись локтями о колени и крепко стиснув руки. Выглядел он мрачным и решительным, и Тэсс, зная характер мужчин из семьи Тирелл, поняла, что переубедить его невозможно. Тогда она решила идти до конца.

– Я не приму от вас деньги. Я могу быть такой же упрямой, как и вы.

– Ну что ж, тогда я отдам эти деньги сборщику налогов.

Упершись руками в бока, Тэсс запальчиво сказала:

– Если вы сознательно решили разбазаривать свою собственность, тогда, пожалуйста, это ваше дело. Но что вы будете делать на следующий год, когда мне опять придется платить налоги? И потом? Будете продавать ферму по частям, пока у вас ничего не останется?

– Этим мы выиграем время, чтобы что-нибудь сделать с Конвеем. Я найду способ, как остановить его.

Тэсс вздохнула и принялась размышлять. Ей очень не хотелось терять дом, в котором прошло ее безмятежное детство, где она была так счастлива в молодые годы. Но на каком основании Гидеон должен приносить такие жертвы? В то же время она достаточно хорошо знала его и чувствовала, что он делает это бескорыстно, по велению сердца. В порыве восхищения и благодарности она стремительно подошла к нему и обняла.

– Ах, Гидеон!

Пораженный, Гидеон замер. Затем его руки робко дотронулись до плечей Тэсс. Она склонила голову к нему на плечо, и Гидеон почувствовал себя смелее. Он крепко обнял ее, почти поверив, что вправе обнимать ее и целовать, что она его женщина.

Тэсс подняла голову и чмокнула его в щеку. И тогда Гидеон, прижав ее всю к себе, начал жадно целовать.

– Дорогая, я так рада… Тэсс! – неожиданно раздавшийся женский голос вернул их на землю. Оторвавшись от Тэсс, Гидеон поднял голову и увидел ее мать, стоявшую в дверях кухни. Он вдруг сообразил, где находится и что делает. Его руки опустились, и он отошел в сторону.

– О, Господи, – пробормотал он. – Ах, Тэсс, извините. Я… – он запнулся, не стал продолжать, повернулся и выбежал из кухни, оставив Тэсс, которая смотрела ему вслед.

– Тэсс, скажи мне на милость, что ты здесь делаешь? – испуганно спросила ее Аманда Колдуэлл. – Прямо в доме целуется с мужчиной! Ведь Джинни дома. Господи, и это родной брат Шелби!

– Ах, мама, замолчи! – резко сказала Тэсс, бросая сердитый взгляд на мать. – Успокойся, пожалуйста.

Тут же повернувшись, она выбежала из дома.