Одинокая звезда - Ирина Касаткина

– И чем дело кончилось? – поинтересовалась Юля. – Неужели съели красавца?

– Пришлось. Зять заявил: «Или я, или он!» Куда было деваться?

– Лучше бы зятя съели, – мрачно заметил Гена под смех остальных.

– Интересно наверху? – Леночка посмотрела на верхнюю полку.

– Еще как! Лезь ко мне – увидишь.

– Да мы не поместимся.

– Поместимся, я подвинусь. Залезешь? Давай руку!

Подсаженная Отаром девочка взобралась на полку к своему «братику». Он вжался в стенку, чтобы ей не было тесно. Лежа рядышком, они убедились, что вдвоем смотреть гораздо интереснее, чем порознь.

Ольга вышла в коридор и встала у окна, Юлька немедленно последовала за ней. Прижавшись друг к дружке, они смотрели на проплывавшие мимо пейзажи и вспоминали, как восемь лет назад в точно таком же поезде и в это же время ехали на море, полные самых радужных надежд и планов. И не подозревали, что судьба уже приготовила им встречу, которая оставит в их жизни такой глубокий, такой неизгладимый след.

– Что, девочки, загрустили? – Отар подошел сзади и обнял их за плечи. – Ничего, мои хорошие, не надо печалиться. Жизнь продолжается. А в Батуми вас ждут родные и друзья, и ваше любимое море, и много-много чудесных дней. Пойдемте, сейчас чай принесут – будем ужинать. Ну-ка, детвора, спускайтесь вниз.

Но Гена никак не хотел слезать с верхней полки. Он заявил, что хочет увидеть, как поезд будет въезжать в тоннель, и боится пропустить этот момент.

– Какой тоннель? – засмеялась Леночка. – Мы еще долго-долго будем ехать по равнине. Горы только ночью начнутся. А тоннели вообще завтра будут. Слезай, все равно сейчас темно станет и ничего не будет видно. А завтра, как проснемся, увидим море. Да, мама?

– Конечно, – подтвердила Ольга. – Ешьте, да будем укладываться.

Уговаривать их долго не пришлось. Все, что было предложено, ребята умяли с завидным аппетитом. Постелив, они погасили свет, еще немного поболтали – и наконец задремали.

Сквозь сон Ольга услышала жалобный всхлип. Стараясь не разбудить спящую у стенки дочку, она села. Всхлип повторился. Заглянув на верхнюю полку, Ольга увидела вздрагивающие плечи мальчика. Уткнувшись в подушку, Гена тихонько плакал.

– Геночка, что с тобой? – шепотом спросила она. – Болит что-нибудь?

– Маму жалко! – заливаясь слезами, ответил мальчик. – Вдруг она умрет, и я ее больше не увижу? И зачем только я уехал? К маме хочу!

– Но, Геночка, ты же так хотел на море, – растерялась Ольга. – Поезд ведь назад не повернешь. Давай договоримся: вот завтра приедем, денек побудешь, в море искупаешься, а если не понравится, мы тебя отвезем обратно. А за маму не бойся. Мне доктор обещал, что с ней ничего плохого не случится. И детки родятся благополучно – с ними тоже все будет в порядке.

– Если случится, я их задушу, – мрачно пообещал Гена.

– Господи, что ты говоришь! Они же ни в чем не виноваты. Повторяю, ничего плохого с твоей мамой не будет.

– Да, а бабушка сказала, что ей живот резать будут. Представляете, как ей будет больно. Я вот палец порезал, и то так больно было! А это – живот. Она от боли может умереть – у нее сердце слабое.

– Так она же ничего чувствовать не будет. Ее усыпят.

– Усыпят! – И Гена еще сильнее заплакал. Он вспомнил, как усыпили соседского Рекса, и он больше его никогда не видел.

– Геночка, ты не так понял. Она спать будет и ничего не почувствует. И не проснется, пока будет идти операция. А когда проснется, все останется позади. Животик ей зашьют, и все будет хорошо.

– И ей не будет больно? Не может быть! – не поверил мальчик.

– Ей в первые дни будут делать специальные уколы, чтобы не болело. А потом все заживет. Не плачь, деточка, спи спокойно. Я тебе обещаю, что с твоей мамой все будет в порядке. Мы, как приедем, позвоним бабушке и узнаем, как мама себя чувствует. Спи, милый, все будет хорошо.

Она поцеловала мальчика и постояла рядом, пока он не заснул. Тогда легла сама.

Но на этом ночные приключения не кончились. Часа в три их разбудили грохот и вопль. Оказалось, что Гена, убегавший во сне от страшного чудовища, стал энергично отталкиваться ногами от стенки, но тут полка внезапно кончилась, и он с криком рухнул вниз. Падая, Гена вцепился в постель Отара, тот, проснувшись, успел схватить мальчика за рубашку, чем смягчил падение. Обошлось без ушибов, но Гена сильно испугался. Пришлось Юле поменяться с ним местами. Он еще долго ворочался, вздыхал – и наконец утих.

Остальная часть ночи прошла спокойно.

Проснулись они поздно, когда уже начали разносить чай. Гена так крепко спал, что его решили не будить, пока сам не проснется. Наконец приготовления к завтраку и разговоры разбудили и его.

– Ага, без меня собрались завтракать, хитренькие, – сказал он, зевая. От его ночных страхов не осталось и следа.

– Гена, посмотри в окошко. – Леночка лукаво взглянула на мальчика. – Там что-то интересное.

Гена быстро встал на колени и отодвинул занавеску.

– Ой, какое большое поле! – изумился он. – Это что, асфальт?

– Какое поле? – засмеялась девочка. – Это же море.

– Море? – не поверил мальчик. – А почему оно серое? Я думал, оно синее. Совсем не такое, как по телевизору показывали.

– Просто сегодня пасмурное утро. И потом, оно пока далеко. А скоро будет рядом с поездом – тогда ты увидишь, какое оно на самом деле. А с другой стороны поезда горы. Выйди в коридор – увидишь.

Гена быстро вскочил и прилип к окну в коридоре. Но Отар не дал ему вдоволь налюбоваться.

– Гена, бери мыло, полотенце – и пошли умываться. Позавтракаем, пока чай не остыл, а тогда любуйтесь, сколько хотите. Море и горы теперь от вас никуда не денутся. Еще насмотритесь.

После завтрака ребята снова взобрались на верхнюю полку. Море местами подходило совсем близко, и Гена, наконец, смог его разглядеть. Да, действительно, при солнечном свете оно на горизонте было синим-синим, а у берега голубым. Волны бились о берег, а вдали были видны гребешки пены – точь-в-точь как белые барашки, о которых рассказывала Лена в день их первого знакомства.

– Помнишь, как мы строили тоннель? – спросила девочка.

– Еще бы! А когда он будет?

– Уже скоро.

– А мы увидим, как поезд будет в него въезжать?

– Увидите, – заверил его Отар. – Особенно много тоннелей близ Сочи. Насмотритесь, еще и надоесть успеют.

Гена вытянул шею, стараясь разглядеть, что там впереди по ходу поезда. И увидел вдали гору, а в ней черное отверстие – к нему быстро приближался их поезд. Вот локомотив нырнул в это отверстие и стал втягивать туда вагоны.

– Тоннель! – заорал он так, что все вздрогнули. – Сейчас будет тоннель!