Шоко Лад и Я - Мария Бомон

— Мама в последнее время ведет себя как-то странно.

И я рассказала Лизе о таинственном звонке вчера вечером.

— Мама станет католичкой? Эми, но это еще более нелепо, чем папа со своей блондинкой. Раз уж мы заговорили о ней… вчера мне позвонил наш частный детектив.

Пока у него еще нет никакой информации, звонок был лишь предлогом: беспринципный негодяй воспользовался случаем и пригласил меня пропустить по стаканчику. Но зато он предоставил мне промежуточный отчет.

— О мисс Босоножки на шпильках?

— Ее выследить не удалось. Но папа направился в бутербродную. Купил булочку с сыром и солеными огурцами.

— О Боже мой! Неужели с сыром и солеными огурцами?

— Крепись, я рассказала еще не все.

— Что? Может быть, он еще приобрел диетическую колу?

— Ну хватит, Эми. Папа нес экземпляр «Гардиан» под мышкой. Невероятно, да?

Лиза сделала глоток вина, дав мне возможность осмыслить скрытый в ее словах подтекст. По мнению мамы, для отца более серьезным грехом, чем секс с другой женщиной, может стать только голосование за лейбористов. Конечно же, застав человека с «Гардиан» подмышкой, нельзя призвать его к суду за фанатичную приверженность социализму, но для мамы это убедительное доказательство.

«Но, милая, я сделал так всего один раз. Купил газету из-за статьи о крикете. Клянусь, я даже не читал политические колонки. Эта газета для меня ничего не значит, ты же знаешь, я люблю только «Мейл»».

Бедный отец, будучи настоящим консерватором, может до посинения доказывать свою невиновность, но мама мгновенно вытряхнет его шмотки из шкафа и разбросает по газону.

Я покачала головой: папа ступил на опасную тропу. Но кто из нас не совершал ошибок? Я все еще не могла перестать думать о Лизе и ее парне-ярди, который избивает женщин. И она еще раздумывает, не уехать ли с ним на край света! Зачем? Чтобы он мог спокойно продать ее в рабство?

— А что насчет Гонконга? — поинтересовалась я, заметно нервничая.

— Просто кошмар какой-то. Дэн начал давить на меня, он хочет, чтобы я поскорее приняла решение.

— Я так и думала, он и правда избивает тебя.

— Да нет, я имела в виду вовсе не такое давление. Ему просто необходимо знать…

Она замолчала, а мое внимание привлек какой-то странный прохожий. Я уставилась поверх Лизы в стеклянную витрину бара.

— Что случилось, Эми?

— Не смотри туда. Какой-то парень подошел к двери и теперь глядит в нашу сторону.

— Как он выглядит?

— Около тридцати. Костюм и галстук. Очки. Кудрявые волосы. Коренастый. Довольно непривлекательный зануда… Боже, он просто не сводит с меня глаз!

— Он один?

— Похоже на то… Черт возьми, заходит в бар… Изучает нас… Теперь, похоже, направляется сюда.

Я в ужасе наблюдала, как странный тип все ближе и ближе приближался к нашему столику. Взгляд его говорил, что ему все обо мне известно.

— Черт, держу пари, это репортер. Что теперь делать?

У Лизы не было возможности ответить, поскольку незнакомец подошел к столику и угрожающе навис над нами. Я подняла глаза и увидела, как он наклонился и… поцеловал Лизу — влажным поцелуем со слегка приоткрытым ртом. Не слишком подходящее поведение, если ты в первый раз увидел девушку. Я возмутилась и подпрыгнула на стуле вместо сестры.

— Что, черт возьми…

Лиза вытянула руку и остановила меня:

— Эми, познакомься, это Дэн.

— Убить тебя мало, Лиза, — прошипела я, когда Дэн отошел к стойке бара.

— Откуда мне было знать, кто это? Ты просила не оборачиваться. И по-моему, именно мне нужно бы злиться на тебя. Сначала обвинила моего жениха в побоях, а потом назвала его непривлекательным.

— Почему ты не сказала, что он придет? — спросила я, проигнорировав ее вполне разумные доводы. Лиза попала в самую точку — я действительно была смущена своей бестактностью.

— Хотела сделать сюрприз. В любом случае он не сможет сидеть с нами долго, утром Дэн летит в Чикаго. Итак, что ты о нем думаешь? Кроме «непривлекательного зануды».

Я взглянула на Дэна, махавшего двадцаткой в тщетной надежде, что его наконец обслужат. Видимо, он был одним из тех парней, которые становятся невидимыми при попытке сделать заказ. И вряд ли рост около ста шестидесяти сантиметров ему поможет.

— Я ожидала несколько иного, — произнесла я с сомнением.

Итак, во-первых, он белый. И хотя мои познания о криминальных бандах весьма ограниченны, уверена, Дэна не приняли бы в «Триаду». Он также не мог быть ярди. И еще одно: Лиза падка на внешность, а Дэн… Что тут можно сказать? Да, возможно, он обладает необыкновенной внутренней красотой, но… Где же следы от уколов на его предплечьях? Перевернутый крест и (или) пузырек с кровью на шее? Татуировка в виде свастики Чарли Мэнсона[41]на лбу? У него нет ни одного фирменного знака, отличавшего любого парня Лизы… Только если пирсинг… Ну, вы понимаете… Там, внизу… Нет, не тот тип, костюм к этому не располагает. Он выглядит чересчур… черт… респектабельным, что ли.

Тут все-таки что-то не так.

— Мне кажется, он очень милый, — продолжила я, используя эпитет, который никогда бы не применила ни к одному из ее бывших. — И вообще не стала бы утверждать, будто он непривлекательный… Просто я как следует не разглядела… Ну, ты понимаешь… Все-таки мешала стеклянная витрина.

Дэн наконец привлек внимание бармена, и это могло объясняться лишь тем фактом, что он остался единственным необслуженным посетителем в баре. Бойфренд Лизы обернулся и одарил нас победоносной и в то же время робкой улыбкой… И, прости Господи, он и правда походил на самого настоящего зануду.

Дэн провел последние полчаса, пытаясь объяснить, чем зарабатывает на жизнь. Оказывается, владеет «Раше форвард инвестментс» и занимается форвардными инвестициями… «Форвард» ведь значит «вперед», верно? Значит, эти инвестиции находятся именно впереди, а вовсе не сзади, сбоку или диагонально…

Как вы догадались, я абсолютно не разбиралась в предмете и поэтому чувствовала себя идиоткой. Меня слегка успокоило лишь одно. Лиза, встречавшаяся с Дэном целых два года, в какой-то момент перебила его нудные объяснения и радостно воскликнула: «Теперь поняла… Значит, в форвардных акциях никто не бросается вперед, чтобы продать их!»

Самое время сменить тему.

— Итак, Гонконг? Немного далековато, — сказала я.

— Если быть точным, шесть тысяч триста семьдесят семь морских миль, — сказал Дэн. Он вообще производил впечатление человека, любящего точность во всем. — Я заработал определенную репутацию на азиатском рынке, — продолжил он, сняв очки и вертя их в руке. — Они хотят, чтобы я переехал к ним, но для этого им придется приобрести всю компанию целиком. Я надеялся уговорить Лизу поехать вместе со мной.