Красота по-русски - Татьяна Алюшина

Арбенин обалдел, растерялся даже как-то, быстренько глянул в зеркало заднего обзора на Ваську, устраивающегося на заднем сиденье.

– Не пугайся так! – улыбалась Лена, перехватив этот взгляд.

Она специально сунулась поприветствовать поцелуйчиком, подготовить немного, ведь дорога дальняя, а мужик за рулем. Ну, чтоб сильно не пугался в пути, когда Васька приступит к своим расспросам.

Приступил, не задержался высказыванием.

– Лена сказала, что вы уже друг другу нравитесь? – заспрошал въедливый пацан.

Спасибо, что издалека начал, а не «хуком» в лоб, тоже небось подумал о нервах господина Арбенина. Заботливый мальчик!

А Ленке даже интересно стало, как Денис справится. Он посмотрел на Василия в зеркало заднего обзора.

– Нравимся, – подтвердил степенно.

– Так нравитесь, что уже спали вместе?

Оп-ля! Это что за фигня?! Арбенин офонарел! Что за дела такие? Посмотрел на Лену, она безмятежно расточала улыбки, а в золотистых глазах плясали чертики.

Что? Надо отвечать?

Денис молчал, что отвечать и как реагировать он напрочь не знал! Злиться на эту мамашу ненормальную, обсуждающую с ребенком такие темы, или на пацана неугомонного?

Совсем не знал. Растерялся как-то.

– Вам неприятно, что Лена мне сказала, да? – выяснял Василий.

– Неприятно, – признался Арбенин строгим тоном.

– Ну, это нормально, – «успокоил» Василий Федорович. И пояснил: – Вы же не знаете, что у нас с ней железное правило: никогда не врать и не скрывать правды друг от друга. Я и сам догадался о ваших делах, но спросил, а она не стала лабуду всякую нести. Я не хочу, чтобы вы тайком с Леной встречались, прятались по углам и шугались меня. Лене такое не нужно.

– Я тоже не хочу тайком, – не смягчив тем не менее тона, ответил Денис. – Мне тоже такое не нужно.

– Это хорошо, – резюмировал Васька. И выдвинул предложение: – А Зое Львовне пока говорить не будем. Вдруг у вас ничего не сложится, а она вашей маме проговорится, да и сама расстраиваться станет.

«Что это за мальчик такой?! А?! Что здесь вообще происходит?» – недоумевал Арбенин. Охренеть!

Лена положила свою ладонь на его кисть, лежавшую на ручке переключения скоростей.

– Спокойно, Денис, Василий Федорович не вмешивается, он таким образом дает тебе понять, что знает про наши отношения. И все! Васька не переносит никаких секретов, недомолвок и неправды.

– Это хорошо, – повторил Денис Васькино высказывание, – я тоже не переношу секретов и неправды.

От руки, на которой лежала Ленина ладошка, через плечо, в голову и по всему телу покатилась теплая волна, и Денис расслабился.

Мальчик Василий Федорович прав – это хорошо, без секретов-то.

Ну вот он такой, этот мальчик, и это тоже хорошо, а то, что прятаться по углам и шугаться не придется, еще лучше!

Денис сразу повез гостей к цехам, удостоверившись предварительно, не голодны ли они.

– Ого! – подивился Василий Федорович, подходя к высокому кирпичному забору. – А зачем такая охрана серьезная?

Васька указал пальцем на камеру слежения на заборе и кодовый замок, который открывал карточкой Денис.

– Нам привозят на реставрацию ценные музейные экспонаты, и то, что мы делаем сами, стоит весьма дорого. А в производстве используем древесину разных пород, иногда в тысячи долларов за квадратный метр, и серебро, золотое напыление, ткани, очень ценные, ручной работы, из разных стран, литье. Да и инструменты, оборудование тоже стоит немало. Наше производство вообще весьма и весьма дорогостоящее.

Денис пропустил в ворота Лену с Васькой, вошел следом за ними и позвал:

– Илья!

К ним подошел охранник.

– Доброе утро! – поздоровался.

– Здравствуй, Илья, познакомься, Елена Алексеевна, а это ее сын, Василий.

Васька протянул охраннику руку для рукопожатия мужского. Если Илья и удивился, то виду не подал, пожал.

– Дима на мониторах, – сказал он Арбенину.

– Дима, – это второй охранник, – вел экскурсионные пояснения Денис. – Есть еще две собаки. Волкодавы. Но они в загоне закрыты, можете не боятся, я ребят предупредил, что гости приедут.

– Злые собаки? – спросил Васька.

– Злые, – подтвердил Денис.

В первом цеху гостей встретил полный, крупный мужчина лет шестидесяти.

– Это наш чудо-мастер, – представил Денис, – Тарас Петрович. Сегодня выходной, и все мастера и рабочие отдыхают, а Тарас Петрович решил поработать.

– В тишине. Мне так лучше отдыхается, – улыбался по-доброму мужчина.

– Познакомьтесь, это Василий и Елена Алексеевна.

Познакомив с гостями, Денис пригласил мастера присоединиться к ним. Арбенин присматривался к Василию Федоровичу, нравится ли ему, заинтересовался? И к Лене – ну, это как дышать! – присматривался постоянно. Пользовался тем, что Тарас Петрович взял на себя проведение подробной экскурсии, и наблюдал.

Васька, сдвинув брови, серьезно, вдумчиво слушал, задавал много вопросов, внимательно смотрел, даже пробовал что-то делать, они с мастером про остальных забыли, так увлеклись. И по всему было видно, что Тарасу Петровичу парнишка нравился, он с удовольствием объяснял, демонстрировал.

– Напугал тебя Васька? – шепотом спросила Лена, когда они чуть поотстали.

– Застал врасплох, – внимательно на нее посмотрев, признался Денис, – парень прав, лучше без уверток.

– Лучше! – согласилась она.

А Денис смотрел, смотрел на нее… пока Васька не прервал эти «гляделки»:

– Лен, иди сюда! Что ты там застряла, тут такое интересное!

Ленка подмигнула Денису и поспешила на зов.

Они больше часа знакомились с цехами, производством, пока не добрались до последнего помещения.

– Это у нас цех краснодеревщиков, – объявил Денис, пропуская гостей в двери. – Здесь мое царство.

Вошли, и Васька, присвистнув восхищенно, предупредил Дениса, обозрев, что именно находится в комнате:

– Ну все! Сейчас она зависнет!

А Ленка уже ничего не слышала – выключилась и не обращала ни на что внимания.

Ломберный столик, середина девятнадцатого века! Отреставрированный!

Шкаф в стиле позднего классицизма с трехчетвертными колонами на ножках, с пальметками по углам на мифические темы!

Лена осторожненько проводила пальцами, рассматривала, изучала – никаких иных вариантов! – полезла под столик. Переключившись на шкаф, засунула внутрь него голову и чуть не улеглась на пол, рассматривая его ножки.