Муж для дочери Карабаса - Наталия Миронина

– Ты поедешь со мной. Охранником. Будь начеку. Понял?

Пес что-то пробурчал. Вести диалоги с ним было забавно, иногда создавалось впечатление, что собака все понимает и по каждому вопросу имеет свое мнение. Леонид утверждал, что пес еще имеет привычку подслушивать.

– Ты заметила, что он всегда нас опережает на шаг? Вот мы пальто не надели, а он уже свой поводок тащит.

Ольга смеялась, но отказать псу в сообразительности и умении манипулировать хозяевами не могла.

Ольга, как всякая самостоятельная женщина, решила, что мужу ничего не скажет. Она боялась ненужных советов и опасалась, что долгие обсуждения повредят делу. «Я потом все ему скажу. Или когда станет ясно, уступит мне Ромадин право аренды или нет».

Адрес, который ей дали в приемной главы, свидетельствовал, что нужный человек живет в хорошем престижном месте. Ольга долго изучала карту, потом набрала номер.

– Добрый день, меня зовут Ольга Хитрова. Ваш телефон мне дал глава управы, – сказала Ольга.

– Да, знаю такого, – откликнулся мужской голос, – что вы хотели?

– Скажите, можно поговорить с вами об участке, который вы арендуете сейчас?

– Это какой участок? У меня их много.

Ольга прочитала по бумажке точный адрес, где находилось полуразрушенное здание.

– А, это. Так что вы хотите?

– Я бы хотела встретиться с вами. И поговорить об этом участке.

– Я никуда не выезжаю. Я живу за городом и никуда не езжу.

– И как быть? Мне очень надо с вами увидеться.

– А мой адвокат вас устроит?

– Адвокат? – переспросила Ольга. – А он все вопросы решает?

– Все.

– Даже не знаю. Боюсь, что это только затянет дело. А я не могу ждать! Понимаете, совсем не могу. – У Ольги вдруг сорвался голос. Она так волновалась, прежде чем приступить к этому решающему разговору, что сейчас вдруг занервничала.

– Дама, перестаньте истерить, – послышалось в трубке, – меня этим не проймешь. И потом, откуда я знаю, может быть, вы из газеты какой-нибудь.

– Господи, вы позвоните в управу и там вам все расскажут. Я с самим главой сама разговаривала лично. И он не возражает, чтобы я к вам обратилась. И не возражает против переуступки прав. Он мне так и сказал. Может, он вам еще позвонит.

– Пусть и мне об этом скажет, а пока… Вот позвонит, тогда и будем разговаривать.

– Хорошо, он вам сейчас позвонит. А потом позвоню я. И мы договоримся о встрече.

– Вы с ума сошли. Вы еще мне условия ставите.

– Я знаю, что если вы сейчас прекратите разговор, больше у меня не будет возможности связаться с вами.

– Почему это?

– Вы не ответите мне.

– Ха, – мужской голос рассмеялся, – удивительно догадливы!

– Вам смешно, а у меня к вам очень важный разговор.

Что-то зашумело в трубке, что-то зашуршало, потом голос произнес:

– Ладно, приезжайте. Только у вас десять минут. И вы будете одна.

– С собакой, – выпалила Ольга.

– С кем?

– С собакой. На всякий случай. Ведь я вас тоже не знаю.

– С ума сойти, – пробурчали в телефоне.

Ехать было недалеко. МКАД была на удивление свободной. Потом надо было свернуть, проехать по узкой дороге между сосен, потом после железной дороги свернуть направо и уткнуться в бежевый забор невероятной высоты.

– Там жирафы прячутся, – пробормотала Ольга псу и добавила: – Пойдешь со мной. Но веди себя прилично. Не жри что попало, не попрошайничай и вообще.

В ответ пес зевнул с подвыванием.

– Вы к Юрию Петровичу? – Из калитки вышел охранник.

– Да, – ответила Ольга.

Охранник переписал номер машины и попросил у Ольги паспорт.

– Так, хорошо, – он что-то пометил в большой тетради, потом возвратил ей документы, – заезжайте на машине.

Через пять минут она ехала по лесу с аккуратными тропинками и дорожками. Всюду были скамеечки, изредка мелькали люди в камуфляжной форме. Ольга, как ей велел привратник, проехала небольшое здание бассейна, потом свернула у фонтана и остановилась напротив невысокого и длинного строения. Большая часть окон была закрыта массивными деревянными ставнями. Остановившись, Ольга вышла из машины, выпустила собаку и пошла к входу. Там на высоком крыльце ее ожидал еще один охранник.

– К Юрию Петровичу?

– Да, – ответила Ольга и кивнула на пса: – Он – со мной.

Охранник смерил собаку взглядом.

– Намордник имеется?

– Нет, – возмущенно ответила Ольга, – мы не мучаем собак.

– Он у вас очень большой, – задумчиво сказал охранник и связался с кем-то по рации: – Пятый говорит, тут собака. Большая, без намордника. Почему одна? Не одна. Почему несколько?

Ольга не выдержала и расхохоталась. Пес внимательно посмотрел на хозяйку.

– Проходите, вас проводят, – наконец закончил переговоры охранник.

Ольгу провели сначала в большой холл, где она минут пятнадцать просидела на мягком золоченом стуле в стиле короля Людовика Четырнадцатого. Пес важно улегся у ее ног. Ольга казалась себе девочкой Элли с собакой Тотошкой в гостях у волшебника Изумрудного города.

– Молодец, хорошая собака, – чесала за ухом Ольга собаку и разглядывала помещение, в котором они находились. «Богато. Очень богато. И на удивление красиво. Даже и представить себе нельзя, что все эта позолота, парча и синий бархат в сочетании создадут такой достойный монарший стиль». – Ольга внимательно изучала обстановку. Она вообще любила почерпнуть полезное из чужого опыта.

– Проходите, Юрий Петрович ждет вас. Собаку оставьте здесь. – Молодой человек в темно-сером костюме вырос на пороге комнаты.

– Боюсь, что…

– Пожалуйста, – настойчиво попросил молодой человек.

– Слушай, побудь тут. Ладно? Я быстро вернусь. А ты пока вздремни. – Ольга потрепала пса по шее и на всякий случай привязала поводок к ножке стула.

Комната, в которую она вошла, была чуть меньше первой, но по убранству не только не уступала, но и превосходила ее в помпезности. Главным предметом здесь был длинный стол из красного дерева. За такими столами в больших ведомствах проводят совещания. Во главе стола сидел человек. Из-за некоторого полумрака Ольга не сразу его увидела, а когда разглядела, то в душе у нее что-то екнуло. Мужчина, сидевший за столом, был инвалидом. Во всяком случае, были отчетливо видны устойчивые колесики инвалидной коляски и механизм управления на одном из подлокотников.

– Юрий Петрович?

– Он самый, – отозвался человек и что-то нажал на столе. Комната озарилась ярким светом, и стало понятно, что кроме золотой краски в комнате присутствует еще яркая медь и темно-бордовый, почти черный бархат.