Вдох-выдох - Мария Акулова

– Что за… – он нажал на ручку, почувствовал какое-то несвойственное сопротивление, нажал еще раз, толкнул, и лишь ступив в кабинет, понял, в чем причина.

Саша смотрела на него так растерянно, будто это она застала его в собственном кабинете, а не наоборот. Святая наивность.

– Что ты тут забыла? – ее взяли за локоть, притягивая ближе. Сбежать он ей не даст, поймал на месте преступления, а значит и расплата настанет тут же. Окинув взглядом комнату, явных изменений не заметил, но ведь неизвестно, сколько времени она тут, могла успеть начудить.

– Заблудилась.

– Врешь, – хват стал сильней, – что успела сделать?

– Ничего.

Руку Самарски отпустил, но ненадолго, сделал шаг в комнату, захлопнул дверь, а потом бесцеремонно прошелся руками по всему телу, как это делают охранники в аэропортах. От неожиданности Саша даже воспротивиться не смогла.

Кажется, утащить и правда ничего не успела.

– Как ты сюда попала? – ее снова схватили, заставили подняться на цыпочки, запрокинуть голову.

– Шла мимо, думала, это уборная. Ошиблась.

– Снова врешь. Почему одна? Где охрана?

– Вы сами вызвали Артема.

– Так значит, ты решила подставить друга? Не совестно?

– Я никого не подставляла. Шла мимо, перепутала с уборной, поняла что ошиблась, вышла.

– И документы на столе в процессе понимания перерыла? – Черт. Стоявшая еще недавно на своем законном месте рамка сейчас лежала вверх тормашками под одним из листков. Так и не дождавшись ответа, Яр достал из кармана телефон. – Артем, зайди.

Ее подвели к столу, на секунду оставили в покое, включая ноут. Яр смотрел на экран так же напряженно, как и она до этого. Дождался появления голубого экрана, ввел пароль так быстро, что уловить комбинацию девушка не успела. Не обращая внимания на направленный в монитор взгляд, он пересмотрел все открытые документы, ссылки, убеждаясь, что оставлял именно так.

– Пароль не успела угадать, а малышка? – его состояние Саше сложно было сейчас понять и описать. Он был дико сосредоточен, явно зол, явно хотел ее убить, но почему-то сдерживался. – Ты хоть понимаешь, что только что сделала?

Саша честно помотала головой. Нет. И понимать не хотела.

– Сейчас узнаешь.

Дверь снова открылась, являя глазам Артема. Он перевел взгляд со сжимавшего челюсти Яра на побелевшую Сашу и обратно.

– Что за…

– У меня тот же вопрос. Артем, объясни, как она оказалась тут?

Сначала охранник выглядел растерянным – пытался сопоставить все в голове: бегая с поручениями от Глаши Самарскому и наоборот, он успел уже забыть о Саше, а вот когда вспомнил… Понимание и желание убиться головой об стену проснулись одновременно.

– Это моя вина.

– Я не спрашиваю, чья это вина, очевидно, что твоя. Как?

– Я оставил Александру Константиновну одну, – на нее он предпочитал не смотреть, наверное, хотел сейчас открутить ей голову, как и сам Самарский.

– Ты уволен, – Яр сказал это вполне буднично, так же спокойно, как и все до этого. Слишком быстро, слишком опрометчиво, слишком решительно.

– Но… – Артем-то возражать не собирался, лишь кивнул, встряла почему-то Саша, – я просто перепутала двери! Я не собиралась ничего…

– Молчи! – на нее бросили злой взгляд. – Ты свободен.

Все так же храня молчание, Артем отступил к двери, развернулся, вышел. Что-то грохнулось об пол, а может он просто стукнул кулаком о стену.

– Он не виноват! – Саша перевела взгляд с закрытой двери на Самарского, и в голове в этот миг билась одна мысль – это несправедливо. Пусть глупо защищать собственного тюремщика, но абсурдность происшедшего возмущала намного больше.

– Ты решилась записаться в адвокаты? Не советую, проигрышное дело. Свободна.

Ей положено было так же как Артему молча кивнуть, выйти, отправиться в комнату, а потом ожидать кары, которая, несомненно, настанет. Не получилось.

– Ты даже не дал ему объяснить!

– Я дал объяснить тебе, ты соврала. Мне достаточно. Тебе что, его жалко? Серьезно? – сейчас они выглядели странно – и он, и она облокотились руками о стол, Саша смотрит широко открытыми глазами, не до конца еще веря в то, что произошло, а Самарский наоборот, с прищуром, не понимая ее реакции.

– Это несправедливо!

– Несправедливо? Александра Константиновна, вы в своем уме? Мы сейчас вообще о чем? Ты залезла в мой кабинет, рылась в моих вещах, и я до сих пор не уверен, что безрезультатно. Хочешь узнать, чем это светит для тебя? Для начала я приколочу тебя наручниками к ближайшей батарее, будешь всегда на виду, устраивает? На что ты надеялась?

– Это ты вызвал его вниз! – почему-то Саша поверила на все сто – приколотит, а значит, тему лучше перевести, раз уходить молча уже поздно.

– Артем не справился со своими обязанностями, хоть я и считал его лучшим в своем деле. А если хочешь утешить – беги, пока я не решил, как именно это скажется на тебе. Гляди, встретитесь потом как-то, вспомните, он – твою глупость, ты – его низость, чудесная получится история любви.

– При чем тут… О чем ты? – Саша видела, что Самарский снова начал заводиться, сворачивая не на ту дорожку.

– Почему ты за него заступаешься? Сама-то хоть понимаешь, как это выглядит?

– Я уже сказала, это несправедливо.

– А я, по-твоему, часто бываю справедлив? Почему ты вдруг решила, что твоя гребаная справедливость вообще имеет для меня какое-то значение?

Он загнал Сашу в тупик. Она не знала о Самарском практически ничего, а то, что знала, никак ему не льстило. И почему вдруг она решила, применить к нему категорию справедливости, теперь стало непонятно самой.

– Свободна.

Сосчитав до трех, Саша оттолкнулась от столешницы. Девушка чувствовала себя ужасно, виновато и так глупо… Она не должна ощущать вину перед теми, кто ее выкрал, не должна пытаться помочь им, должна радоваться, что удалось отомстить хоть одному, но нет…

– Не думай, что тебе сойдет это с рук! – угроза догнала Алекс уже у двери. Она и не думала, лишь удивлялась, что расплата настала не сразу.

* * *

Все происходило слишком стремительно. В коридоре ее не ждал «артемозаменитель», Самарский не запретил ей выходить из комнаты, а значит, не теряя времени, Саша помчала вниз. Где искать Артема, она понятия не имела, но почему-то ей было очень важно с ним объясниться.

Лишь с третьей попытки ей удалось остановить несущегося куда-то мужчину, схватив за руку. На оклики он не отзывался.

– Что? – получилось грубо, но на другое обращение она и не рассчитывала.

– Я виновата, прости.