Я тебя (не) прощу - Юлия Николаева

Дядька окинула нас с Лехой внимательным взглядом, на вопрос о Грибке сказал:

-Войковская, 16. Второй подъезд, квартира на втором этаже направо.

Леха кивнул и, поблагодарив мужчину, вышел из заведения и закурил.

-Охранник, видимо, не особенно радеет об этом Грибке, - заметила я.

-Здесь никто ни о ком не радеет. Мир такой.

-Это ты про данную субкультуру или про жизнь в целом?

-А ты как подумала?

-Это какой-то тест? - усмехнулась я.

-Точно. На любовь к миру.

-Вопрос неясен, - ответила я голосом робота, Леха хмыкнул, неожиданно потрепав меня по голове.

-Если шутишь, значит, не все так плохо, - заметил, садясь в машину.

-Ха-ха. Поедем к Грибку?

-Конечно. Или ты думаешь, я шатаюсь по ночам по грязным притонам ради удовольствия?

-Кто тебя знает, ты личность неординарная.

Леха хмыкнул, а я добавила:

-Нет, правда, я многого о тебе не знала.

-Не факт, что я стал бы раскрывать некоторые свои стороны. А не знала, потому что не интересовалась. Но это простительно, если учесть, что большую часть жизни ты провела чуть ли не под замком, а когда дорвалась до свободы, на некоторое время замкнулась на себе.

-Можно было проще сказать: ты просто эгоистка, - ведь ты это имел в виду?

-Красивые женщины всегда эгоистки, это заложено природой... - он притормозил на повороте. - Так, где у нас Войковская? Наверное, на следующем.

-Здесь все рядом, такой микромир, - я переключилась на дорогу, потому что в ушах все ещё звучали его слова про красивую женщину. Вот вроде умом понимаю, ну что он такого сказал? Я красива и знаю это, а раз уж Леха на какое-то время связал свою жизнь со мной, я ему точно нравилась. И все равно, услышав эти слова, сердце екнуло. Было приятно. Ну и дура же ты, Милана, хватаешься за каждое оброненное слово, чтобы им насладиться, а потом ведь придётся все выковыривать из себя, и возможно, с кровью.

Дом шестнадцать по Войковской мы разыскали с трудом. Улица представляла собой скопление хрущевок, построенных с чьей-то легкой руки самым немыслимым образом: дома стояли в несколько рядов, а между ними в разных местах располагались еще дома, но выстроенные перпендикулярно к этим. Нумерация была хаотичной. Ездить по узким улицам было неудобно, потому Леха припарковал машину неподалеку от единственного встреченного ночного ларька. От него мы двинули вправо, через тропинку вошли в эту вереницу построек, и тут нам повезло: третий дом оказался нашим.

-А второй подъезд откуда считать? - проворчал Леха, которому надоело тут таскаться. Райончик, кстати, был весьма неприятный, темный, фонари горели редко, прохожих на улице не было, а если бы я кого и увидела, то, скорее, испугалась, нежели обрадовалась. На подъездах висели номера, нам повезло. Дверь была железная, но домофон сломан, так что мы попали внутрь беспрепятственно. Подъезд на удивление оказался чистым. Нужная нам дверь была приоткрыта, и я даже вздохнула.

-Его-то за что? -  Леха мыслил в том же направлении, аккуратно толкнул дверь коленкой, она отворилась. Квартира была однокомнатная, свет горел везде кроме прихожей. Тут скрипнула дверь ванной, и из нее показалось опухшее женское лицо с растрепанными сальными волосами. Определить, сколько даме лет, я не взялась. Она смотрела на нас рассержено.

-Что надо? - поинтересовалась хриплым голосом.

-Грибок здесь?

-В комнате, - женщина снова скрылась в ванной. Мы прошли и обнаружили тело в самом углу, на матрасе. Мужик весьма жуткого вида спал, скорчившись в позе эмбриона.

Леха пнул его ботинком, тот что-то бормотнул, но не проснулся.

-Может, его из чайника полить? - предложила я.

-Может, ты еще за него замуж выйдешь?

Он снова пнул мужика ногой, и в этот раз тот среагировал. Забормотав, открыл глаза, приподняв голову, стал нас рассматривать. Выглядел он не очень: отекший, лицо красное, глаза заплыли, еще его потрясывало.

-Ты кто? - спросил Леху.

-Дьявол, - ответил тот вполне серьезно, - пришел забрать твою душу.

Мужик хохотнул, присаживаясь.

-В том плане что... - тут он уставился на Леху, нервно сглотнул и додумался спросить. - Леха Дьявол?

-Он самый.

-А что я сделал? - мужик стремительно побледнел и затрясся еще больше, как будто реально увидел перед собой представителя преисподней. Видя его реакцию, я подумала, что он с большей радостью согласился бы на последнего.

-Ничего. Мне нужна информация.

-Хорошо, - мужик кивнул, - я все, что угодно. Только это... - Грибок стрельнул глазами в сторону выхода. - Мне бы освежиться. Я быстро.

-Валяй, - кивнул Леха, и мужик, с трудом встав, скрылся в ванной. Леха же, осмотревшись, примостился на краю дивана, я осталась стоять, прислонившись к стене и разглядывая его. Передо мной опять был другой человек, жесткий, вызывающий страх. Какой он на самом деле? Или в нем живет сразу несколько разных людей, и все это - он, такой сложный, такой непонятный, такой... родной?

Грибок вернулся через минуту куда более бодрым, чем уходил, активно шмыгая носом. Если я вызвала у него интерес, то явно куда меньший, чем Леха. На него он смотрел, как на внеземное явление. Грибок присел на стул, и Леха сказал:

-Я ищу Короля. Павел Королев.

-Знаю такого, - кивнув, Грибок затараторил, - мы с ним в "Адмирале" познакомились. Он там с полгода отирался, но все один больше. Как-то выпивали вместе, ну поехали ко мне, продолжать. Он нажрался в зюзю, стал нести какую-то чушь про долги из прошлого, которые надо отдавать. Короче, грузил. Я ему предложил вмазаться, мол, расслабишься, забудешь о своих проблемах. Он вмазался, но все только хуже стало. Как начал болтать про эти свои долги опять...

-Что за долги? - перебил Леха.

-Да я толком не понял. То ли его кто кинул, то ли он кого. Короче, начал нести бред: мол, у него тут миссия - восстановить справедливость. Типа у него в руках две чашки весов, а он вроде бога, качает их. Короче, повело его порядочно. Ну вот он и сказал: я, мол, должен привести эти весы в равновесие, и это моя миссия. Я его спрашиваю, что за весы. А он опять символами затирает, что на одной чаше прошлое, а на другой будущее. И что, пока прошлое не будет уничтожено, будущее не будет установлено. Ну только он не так говорил, а очень гладко затирал, Иоанн Богослов отдыхает. Прямо новая философия типа. Я, конечно, ничего не понял кроме того, что крыша у парня течет и что надо от него подальше держаться. Утром отправил его домой, а потом он в "Адмирале" меня нашел и говорит, мол, как достать дури. Я его с Крестом свел, он мне амф толкает. Ну и после этого старался от него подальше держаться, на всякий случай, потому что мне той ночи с его пароноидальным бредом за глаза хватило.