Я тебя (не) прощу - Юлия Николаева

В дороге нас настиг ещё один звонок, одного Лехиного взгляда на экран хватило, чтобы понять: Королев.

-Она рядом, - услышала я его голос по громкой связи, - я чувствую. Она придёт, чтобы он поглотил ее. Но он выше ее, он выше всех. Она поймет, но будет поздно.

-Где ты? - спокойно сказал Леха. Его таким бредом не проймешь, а вот мне стало не по себе.

-На позиции света.

Королев отключился, Леха, чертыхнувшись, набрал кого-то.

-Этот придурок, скорее всего, в школе. Глядите в оба, - положив трубку, он посмотрел на меня, - тебе идти опасно. Лучше переждать в машине.

-Я пойду, - упрямо сказала я, Леха вздохнул.

-Постарайся держаться за мной.

Мы бросили машину за полкилометра от школы и неспешно пошли по дороге, пока ребята обеспечивали нам прикрытие.

-Думаешь, он еще там? - спросила я.

-Скоро узнаем.

Мы прошли через кустарники на дорогу, ведущую к школе. Она выглядела страшно: провалы окон, осыпающиеся стены, и какое-то ощущение жуткого одиночества. Это место было похоже на типичную картину из фильма ужасов: казалось, вот-вот раздастся ужасающий детский вопль или смех. Или на пороге появится девочка с двумя хвостиками, перевязанными бантами, в старой школьной форме с белым передником. Она будет прыгать через скакалку и считать. А потом повернется, но у нее не будет глаз.

Короче, страшилки пугали меня куда больше, чем реальность, потому я шла, напряженно вслушиваясь и оглядываясь вовсе не из-за Королева. Мне кажется, я даже до конца не осознавала опасности, которую он представляет. Беспрепятственно мы подошли к лестнице, поднялись и оказались у дверного провала. Перед нами были развалины, пол усеян кусками бетона, стеклами, деревяшками. Качнув головой, Леха прошел внутрь, я осторожно ступала следом, уже начиная жалеть, что не осталась в машине. Потолка над нами местами не было, мы видели часть второго этажа, как раз там, где в него упиралась парадная лестница, находящаяся напротив нас. Перил не было, часть металлических перекладин, их державших, выкручена. Мы прошли через холл, от него тянулись в разные стороны два коридора, где когда-то располагались классы. Леха посмотрел по сторонам, а потом двинул вперёд, под остатки лестницы, буркнув:

-Стой.

Сделав несколько шагов, остановился, чертыхаясь. Не выдержав, я подбежала к нему и коротко вскрикнула: под лестницей на верёвке, намотанной на крюк, висел Королев.

Выражение лица у него было ужасное, я отвернулась, чувствуя, что меня трясёт. Мы опоздали буквально на несколько минут. Если бы Леха разрешил кому-то из своих людей зайти внутрь, Королев мог быть жив.

-Выйди, - велел Леха, я послушно выскочила прочь. Казалось, мир слишком ярок после тёмных сводов школы. Усевшись на ступеньках, уставилась перед собой. Он повесился. Почему? Перебрал с наркотой и, придумав что-то себе, решил, что это выход? Ушёл в свет, или куда он там собирался? Но зачем он хотел видеть меня, что хотел сказать? Теперь, вспоминая его слова, я видела в них странное желание предупредить меня. Но я не могла понять, о чем. Единственное связующее нас звено - Витязев, но он никак не мог стать причиной разворачивающихся событий и участия в них Королева. И тем не менее, он что-то знал.

Мои думы перервал Леха, усевшийся возле. Его ребята все это время сновали туда-сюда, один расположился неподалёку от меня, видимо, охраняя.

-Записку оставил, - вздохнул Леха, взъерошив волосы, - параноидальный бред про свет и тьму. Что он уравнял прошлое с настоящим, и жизни пяти человек легли на чашу весов.

Я вскинула взгляд на хмыкнувшего Леху.

-Точно, вот он наш страшный убийца.

-Но... ты же говорил...

-Конечно, это подстава, - кивнул Лёха, - спятивший наркоман, признавшийся в убийстве, плюс старая девятка со стволом под сиденьем. Неподалёку тут, в кустиках. Уверен, оружие будет с пальчиками Короля и как раз то самое, от которого все почили.

Я смотрела во все глаза:

-Убийца должен понимать: мы на это не купимся.

-Он понимает. А ещё он понимает, что следователь примет эту версию.

-Почему?

-Потому что я позвоню и сообщу о трупе. Он приедет, поохает, заглядывая мне в глаза, и закроет дело. Не сечёшь, почему? - он наблюдал моё непонимающее лицо. - Потому что решит: сплетни о мести имеют место быть. Я дал приказ убить всех неудобных, повесил Королева, подкинул ему в машину пистолет, и теперь, уважаемый следователь, примите, распишитесь.

-Бред какой, - пролепетала я, - ты объяснишь ему, что все не так.

-Брось, Милана, с этим все ясно.

Тут к нам подошёл дюжий мужчина лет сорока.

-Так что, ментов вызывать будем? - спросил Леху, покосившись на меня. - Или, может, ну его, кто-нибудь другой найдёт.

-Вадим, я все сказал.

-Но Леха, они же решат: это месть. Он стрелял в тебя, а ты теперь...

-Вадим, - Леха просто посмотрел, а мужчина смешался, - звони.

Тот, поджав губы, отошёл, доставая телефон. А я вцепилась в Лёхину руку.

-Он сказал... Королев стрелял в тебя?

Тот устало вздохнул, посмотрев на меня, ответил:

-Было дело.

-Как? Когда?

-Это не имеет значения.

-Имеет. Я должна знать.

Посверлив меня взглядом, он отвернулся. Достал сигареты, не спеша закурил.

-Я вроде говорил, когда ты пропала, он меня доставал. Но я его всерьёз не принимал, мне вообще не до того было, я все больше бухал и трахал девиц по вызову, пытаясь таким странным образом забыться. В то утро я ждал Борьку, дверь, как обычно, была открыта, когда раздался звонок, я только удивился, ничего не заподозрил. Крикнул, заходи, и пошёл навстречу. А там Королев с пистолетом навытяжку. Мстить пришёл за своего друга, которого я якобы приказал в болоте утопить, - Леха все-таки хмыкнул, покачав головой, я же слушала, затаив дыхание, - увидел меня, выстрелил, я даже ничего сообразить не успел. Упал, а он сбежал, видимо, испугавшись содеянного, - Леха на некоторое время замолчал, словно перенесясь в тот день, а я осмысливала услышанное. Вдруг понятными стали слова Королева у отделения, когда он сказал, что чуть грех на душу не взял, но обошлось. И Лехина нелюбовь к этому парню, и новое видение ситуации в целом.

Я посмотрела на Леху и замерла, поражённая. Он словно был не со мной, лицо его разгладилось, глаза странно сияли, а в уголках губ застыла улыбка, настоящая улыбка, которую у Лехи никто никогда не видел.

-Я лежал, глядя на белый потолок, - заговорил он, а я боялась шевельнутся, словно даже моё дыхание спугнет, уничтожит этот момент, - и думал: неужели все? А потолок расплывался, расплывался, пока не стал просто светом, а я стал его частью. Я видел, что люди - всего лишь тени, преломленные через этот свет, невообразимо далекие от него и при этом живые только им. Этим светом была любовь, которой не было конца, всеобъемлющая, всепоглощающая. И я почти растворился в ней... - замолчав, Леха щелчком отправил окурок в сторону. - А потом пришёл Борька, вызвал скорую, и они вытащили меня с того света, - я уловила в его голосе горечь, сердце сжалось, - Борька сказал, он нашёл меня с улыбкой на губах и без сознания. Врачи дали мне один шанс из ста, - он встал, я вскочила следом, - как видишь, я им воспользовался.