Такси счастья - Алиса Лунина

Говорят, ночь особенно темна перед рассветом, но можно ли этому верить?

Следуя данной теории, самое счастье — впереди у пациентов хосписа. Им прямо таким счастьем светит, что обзавидуешься. Потому как темнее и хуже уже не бывает.

На работу Саша вышла — деньги-то пока никто не отменял, а ей нужно себя и кошку кормить. Села она в Масяню, поехала на вызов и нарвалась на католического священника. Что-то с ним не так, подумала она, едва взглянув на пассажира. Странный какой-то.

А он оказался поляк — раз, католический священник — два, по делам в Москву приехал — три, был в приподнятом расположении духа — четыре. Он поинтересовался, почему у пани такой кислый вид. Пани оживилась и ответила, что вот ничего в жизни не радует, блуждаю во мраке уныния, может, вы, святой отец, укажете направление, в котором мне следует двигаться?

А он вдруг серьезно и даже торжественно сказал, что уныние есть смертный грех, и унылые будут погружены в ил болотного дна. Саша усмехнулась, вот спасибо-то! Только разве это справедливо, если за то, что человеку плохо, ему гарантированно сделают еще хуже? Не лучше, нет, отряды ангелов не бросятся на подмогу; у них, типа, разнарядка — сделать ему хуже, в ил болотного дна, и без вариантов.

И Саша стала стремительно погружаться в эту самую тину, депрессию, ил болотного дна, куда должны быть погружены, согласно Священному Писанию, все отчаявшиеся и унылые.

…Руку помощи в борьбе с хандрой Саше протянула маленькая девочка, восьми лет с необычным именем Соломея. Юную пассажирку Саше сосватала Катя. Сначала, когда Катя предложила встречать из школы восьмилетнюю дочь своей знакомой и отвозить ее домой на машине, Саша даже руками замахала, вспомнив печальный опыт с рублевским деткой.

— Нет, Катя, извини.

— Почему, Саня? Тебе не все равно, кого возить за деньги? Между прочим, речь идет о нормальных деньгах!

— Я с детьми не очень… Не могу наладить контакт.

Катя усмехнулась:

— Тебе и не надо контакт налаживать, нужно просто забирать ребенка из школы и отвозить домой, три раза в неделю, когда мамаша на работе. Это ты можешь?

— Пожалуй, да.

— Вот и славно! Мать ответственная, абы кому ребенка не доверит, а за тебя я поручилась.

Соломея оказалась своеобразной девочкой. Худенькая, две рыжие косички, смешливые голубые глаза, большой ранец за спиной (как они, бедняги, таскают такую тяжесть?), серьезная, но с превосходным чувством юмора.

В жизни у Соли все организованно — спецшкола, языки, занятия.

В первый же день они с Сашей разговорились, и оказалось, что никаких усилий для установления контакта не понадобилось, в конце концов, ребенок — это же не инопланетянин какой-нибудь! Все естественно получилось, само собой. Общительная, живая Соля, смеясь, рассказывала о своей жизни, и Саше хотелось говорить с ней без сюсюканий и заигрываний, а как с думающим, оригинальным, не взрослым пока еще человеком. В девочке было что-то очень чистое, искреннее. Саша вспомнила собственное детство, потому что в Соле узнавала себя маленькую.

Соля у нее — самый приятный пассажир. Это даже не работа, а удовольствие — подвезти девочку домой и дорогой поболтать о своем, о девичьем!

Впервые сев в Масяню, Соля обрадовалась:

— Надо же! Новогоднее такси, елочные шары! Вы, наверное, любите Новый год, Александра?

Саша растерялась, не зная, что ответить.

— А я тоже очень люблю, — улыбнулась Соля. — Это мой самый любимый праздник!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Иногда, если время позволяло, они вместе обедали, а однажды Соля попросила сводить ее в кино. «Маме некогда, ей всегда некогда, а я сто лет не была в кино». Саша с радостью согласилась.

Порой Соля выдавала такие фразы, что обхохочешься.

— Знаешь, Александра, моя мама очень переживает по поводу того, что меня непременно должны обижать. В социуме вообще и в его отдельно взятых моделях, например, в школе. У нее прямо бзик какой-то или комплексы по этому поводу. Может, ее много обижали в детстве, не знаю, но она повторяет, что надо уметь постоять за себя, и учит: если тебя будет обижать учительница, немедленно сообщи мне, а если кто-то из мальчишек — бей его в нос! Я даже позволила себе пошутить: «Почему именно в нос? Вполне достаточно дать обидчику в лицо! — И после паузы добавила: — Ногой!

Саша так хохотала, что чуть не проехала на красный свет.

Соля забавная и смышленая, при этом она — серьезный человек с богатым внутренним миром. Недавно пожаловалась Саше:

— У меня кризис!

Саша подумала: может, шутит? Взглянула, а маленький человек абсолютно серьезен, задумчиво накручивает косичку на палец и размышляет, чем заняться в ближайшие годы.

— Кризис чего?

— Наверное, возраста! — вздохнула Соля. — Сейчас я переосмысливаю жизненные ценности. Раньше хотела заниматься атлетикой, а теперь понимаю, что это не мое! А зачем заниматься делом, если чувствуешь, что это не твое?

— Да, Соля, это прямой путь к тому, чтобы стать несчастным человеком.

— Именно, — улыбнулась девочка.

— А чем ты хочешь заниматься?

— Пока не знаю! Сложно разобраться в себе, когда ты еще маленькая и ничего про себя не знаешь! Взрослым, наверное, с этим проще!

— Вряд ли, — усомнилась Саша. — Мне кажется, у них еще хуже. Путаницы больше и непоняток про себя. Они все какие-то заблудившиеся, как мишки в песне.

— Что за песня?

Соле понравилась песня про медведей, и она часто просила включить ее.

Саша познакомилась с матерью Соли — милой, интеллигентной женщиной с красивым усталым лицом. Та призналась, что много работает, и на дочь, к сожалению, остается мало времени.

— Стыдно сказать, я ухожу — она еще спит, прихожу — она уже спит, общаемся только по мобильному телефону. Правда, у меня растет очень самостоятельная девочка.

Однажды Саша отвозила Солю на вокзал. Оказалось, ребенок едет на соревнования. Услышав Сашин вопрос: «Не страшно ехать одной?» — девочка удивилась.

— Не в первый раз, я с пяти лет езжу на сборы одна! А мама говорит, что если всего бояться, то ничего в жизни не добьешься!