Я никому не скажу - Дина Дэ

— Саша, тебе надо поесть. Выпей хотя бы чаю.

Андрей поставил возле меня на подоконник кружку чая и тарелку с какой-то едой. Я скользнула по ней равнодушным взглядом. Мне не хотелось жить. Мне не хотелось дышать. Мне не хотелось существовать. И еда была последним, о чем я могла сейчас думать.

— Расскажи... — тихо попросила я, поднимая на Андрея взгляд.

Глаза парня за стеклами очков были красными и воспаленными. Ему пришлось пережить собственный ад, прежде чем осознать, что лучшего друга не стало.

Андрей судорожно сглотнул и, медленно опустившись на стул, начал говорить.

— Мне позвонил профессор. Его знакомый подполковник подключил к поискам Клима всех своих людей. Они усилили патруль на загородных трассах и всю ночь прочёсывали пустыри. И утром в каком-то овраге за городом нашелся тот самый черный джип с номерами, которые ты запомнила. Машина сгорела дотла. В ней был только один человек. Тело очень сильно обгорело, но в кармане лежали права на имя Клима...

Я резко закрыла глаза.

Больно. Всё еще больно.

А ведь казалось, что внутри меня осталась лишь пустота, наполненная табачным дымом. Разве может болеть то, чего нет?

Я открыла глаза и уставилась на дымящуюся сигарету в своих дрожащих пальцах.

Одна мысль не давала мне покоя. Я должна была убедиться, что в машине был именно Клим. Я должна была собственными глазами увидеть его бездыханное тело. Возможно, это окончательно сломит меня, но по-другому я просто не смогла бы поставить точку. Вопреки всему мне хотелось верить в чудо.

— Где он? Я хочу его видеть, — я резко вскинула голову и посмотрела на Андрея.

Он не сводил с меня печальных глаз. От моего вопроса его лицо дрогнуло.

— Клим в морге. Роберта Алексеевича вызвали на опознание, но, боюсь, он нескоро сможет выйти из больницы. После разговора с полицией он снова попал в реанимацию. Второй сердечный приступ.

Я буквально проглотила жалобный стон. Бедный профессор...

— Насколько я знаю, если родственники не могут присутствовать на опознании, то зовут людей, которые близко общались с погибшим, — задумчиво проговорил Антон.

Он сидел за столом в углу кухни и смотрел на нас с Андреем.

Парни буквально с первого взгляда прониклись друг к другу неприязнью. Напряжение, повисшее между ними, можно было пощупать руками. Они не доверяли друг другу и даже не пытались скрыть этого.

Пока Андрей рассказывал о звонке профессора, Антон помалкивал и обеспокоенно поглядывал на меня. Я ловила его взгляд и думала о том, что не имею права до конца доверять этому красавчику. Клим ничего не рассказывал об их общении, и все рассказы Антона я должна была делить надвое.

И я всё еще помнила его поцелуи в доме Клима и в машине. Что это было? Жалость? Спасительная пилюля? Попытка приручить меня и выведать всю информацию? В то, что это был страстный порыв, я не верила. Такие мажоры, как Антон, предпочитают других девушек — красивых, ухоженных, беспроблемных. А я была полной противоположностью.

Пристально посмотрев на Антона, я повернулась к хозяину квартиры.

— Антон прав, нам надо ехать в морг.

Андрей шумно втянул воздух через нос и, сняв очки, кивнул.

* * *

В глазах начало темнеть еще до того, как мы зашли в здание морга.

— Саша, у тебя губы посинели. Давай присядем.

Андрей, бросая встревоженные взгляды, потянул меня к скамейке возле входа. Я упрямо помотала головой, чувствуя, как от этого легкого движения к горлу подступает тошнота.

Сколько бы мы ни оттягивали время, лучше мне не станет. Я должна была сделать это. И, может, даже к лучшему, что все мои силы в данный момент уходили на то, чтобы переставлять ноги и удерживать себя в сознании. Так я меньше думала о том, что меня ждет впереди.

Антон с Андреем, на время забыв о своей неприязни друг к другу, синхронно встали по обе стороны от меня. Они были готовы к тому, что я упаду в обморок прямо сейчас. Но я сжала зубы и решительно открыла входную дверь.

Я не хотела признаваться даже себе, что крохотный огонек надежды еще теплился глубоко внутри меня. А что если они ошиблись? Что если это не Клим сгорел в той машине?

Я не смела даже думать об этом, но каждый мой новый вдох был наполнен призрачной надеждой. А что если...

В приемной нас встретил огромный мужчина в медицинском халате. Когда Андрей объяснил ситуацию, он с ходу отказал нам.

— На опознании должны присутствовать родственники. Мы уже позвонили его отцу.

Я, не мигая, смотрела на шевелящиеся губы мужчины и физически ощущала, как утекает время. Что если Клим еще жив и где-то в другом месте ждет, когда я приду к нему?! А мы стоим здесь и пытаемся убедить этого человека, что Клим нам не чужой.

— Роберт Алексеевич сейчас находится в Центральной больнице №1, у него сердечный приступ. Вы может позвонить туда и убедиться в этом. Больше близких родственников у Клима не было. А мы его друзья. Я был знаком с ним еще со школы. Я принес общие фотографии с подписанными фамилиями и у меня сохранился студенческий Клима...

Андрей говорил спокойно и размеренно. Он заранее подготовился к нашему походу и скрупулезно собрал все возможные документы. У каждого из нас были свои способы справляться с горем.

— Хорошо. А остальные кем ему приходятся?

Медик кивнул в нашу с Антоном сторону.

Андрей посмотрел на нас и ровно ответил:

— Это его девушка и друг.

Мужчина отложил папку и с тяжелым вздохом сказал:

— Девушку туда лучше не пускать.

Поймав мой гневный взгляд, он тихо проговорил:

— Девочка, от твоего парня ничего не осталось. Только обугленное тело. Тебе не надо на это смотреть.

* * *

Андрей зашел в комнату на опознание первым. И вышел оттуда бледным и окаменевшим.

— Саша, ты не пойдешь туда, — не своим голосом отрезал он, дрожащей рукой прикрывая дверь.

По сердцу будто полоснули острым лезвием.

— Это он? — одними губами спросила я, впиваясь безумным взглядом в лицо Андрея.

— Я не знаю...

Андрея припал спиной к стене и медленно сполз вниз. Ноги плохо держали его.

— Там невозможно понять. Это не тело, это просто обугленный кусок мяса...

Парня трясло. Я посмотрела на