Мои. Спор на счастье - Натализа Кофф

Словом, Ржавый не удивился, когда парни из бара донесли о том, с кем встречался Ильнур. Более того, о чем именно был разговор.

Теневые бои, тотализатор, букмекеры – все это было связано. Ирбисы давно не занимались подобными делами, а потому, Лева знал, представляли интерес в определенных кругах. О Григории Ирбисе еще помнили, он стал легендой в свое время, и навести шума вокруг нового боя, чтобы повысить ставки – дело нехитрое.

Все закрутилось буквально за сутки. Ржавый и глазом моргнуть не успел, как Ильнура уже подцепили на крючок. Так уж были воспитаны пацаны, что слово нужно держать, оправдывать репутацию клана.

Верил ли Лева в силы мальчишки? Да, без вопросов. Но в раздевалках всякое может случиться. К тому же, Латыш довольно сильный противник. В честном поединке Ильнур мог бы выступить достойно, но кто знает, кому заплатили, чтобы опрокинуть пацана? Шутка ли, если сам внучок Ирбиса вдруг нечаянно не переживет бой?

И пока Георгий Ирбис вел переговоры с людьми его статуса и положения, перед Ржавым стояла конкретная задача.

У противника Тахирова, бойца по прозвищу Латыш, была семья. Нужно было придержать родню Латышева, обеспечить безопасность, проследить, чтобы не было давления.

Или наоборот, если вдруг парень окажется неадекватным, надавить. В крайнем случае – заставить «лечь», если вдруг жизнь Ильнура окажется под угрозой.

Леве было без разницы, он не особо щадил чувства Латышевых. Он знал, что нужно делать. И подрядил своих братков аккуратно разузнать и привезти мать и сестру Латыша к нему на «чистую» хату.

Кто ж знал, что тетка окажется с прибамбахом, а братки слегка перемудрят? Со всей свистопляской в виде похищения прямо на улице, черных мешков на головах и тряски в багажниках джипов через весь город.

И теперь Лева напрягал мозги, чтобы решить, как поступить дальше. Нужно было успокоить дамочку, но пока не выходило. А ему еще неделю с ней торчать, в худшем случае.

– Я обращусь в полицию! Учтите, я не стану молчать! – грозилась гостья. – Я запомнила ваши лица! У меня фотографическая память!

– Лучше помолчи. Хватит пугать ребенка! – кашлянул Ржавый в кулак.

– Да как вы смеете?! Что вы себе позволяете?! Почему нас похитили? – не унималась женщина.

– Вас никто не похищал, дамочка, – в который раз повторил Лева, – мы вас пригласили в гости. Побудете здесь недельку. Чем не отпуск?

– Ну, знаете! Это чересчур! – возмутилась Латышева.

– Мам, ну хватит уже истерик, – подала голос девчонка-подросток, – Если сразу не убили, значит, не убьют. Давай лучше ужинать. Я есть хочу.

Ржавый хмыкнул. Малая, в отличие от матери, совсем не испугалась. Осматривала все в квартире. Делала вид, что ничем не интересуется. Но Лева видел, что девчонка узнала вид из окна. Поняла, где находятся. Шустрая малышка. Чем-то напомнила ему Фроську. Только возрастом чуть помладше. И волосы не рыжие, зато тоже кудрявые.

– Кстати, уважаемый Ржавый, наверняка вы знаете, что денег у нас нет, выкуп никто не заплатит за нас, а с братом мы не виделись уже давно. Потому смею задать вопрос: вы нас с какой-то определенной целью похитили, или по ошибке? – произнесла девчонка, выступив вперед.

Лева минуту рассматривал малую. Нет, он ошибся. Напугана девчонка. Просто при матери не хочет этого показывать.

– Откуда знаешь, что я Ржавый? – уточнил Виткинчук.

– Слышала от охранников, – пожала плечом девчонка.

– Глянь, какая ушастая, – расхохотался мужчина и взглянул на дамочку, которая, к счастью, перестала истерить. Вовремя, а то у Левы уже начала трещать голова от ее визгов.

– Ужинать будете?

– Вы не ответили на мой вопрос, – напомнила малая.

– Никакой ошибки. Посидите здесь, в целях вашей же безопасности, – уже серьезно произнес Лева и кивнул парням, чтобы несли пакеты из ресторана. Нельзя ведь гостей морить голодом. – А ты, значит, Василиса?

– Не подходите к ней! – вперед вышла мамаша, закрыв собой девчонку.

И как-то некстати так вышла. Ржавый не особо подумал, что Елизавета Латышева – женщина. Для него она была просто фигурой с фотографии. А в живую как-то иначе смотрелась.

Словом, Лев Михайлович ощутил небольшой конфуз. Или у него просто бабы давно не было? Не до баб в последнее время. Все дела кругом.

– Все меня Васей зовут, – подала голос девчонка из-за плеча матери.

– Будем знакомы, Вася, – подмигнул Ржавый и ушел.

Васька ему понравилась. Нет, ничего такого, конечно. Больно уж она напоминала ему Фросю. Лева был уверен, что с его дочкой Васька нашла бы общий язык.

* * *

Почти неделю Лева присматривал за Лизаветой и Васькой по ночам, чтобы отпустить парней отдохнуть. И каким-то образом прикипел к гостьям.

Василиса была забавной. А вот Лизавета метала в него настороженные взгляды и всегда была начеку. Будто ждала, что Ржавый начнет в них стрелять или чинить другой произвол.

Понятно, что любая мать будет подозрительно относиться к чужому мужику, боясь за ребенка. Но только это ж совсем не случай Ржавого. Дети – это святое, трогать нельзя.

Да и Васька хорошая девчонка, как такую обидеть?

Лизавета казалась ему хрупкой бабой, но такой, со стержнем внутри. Нервной слегка, но там же были основания для истерики.

И что-то было в ней, в этой женщине невысокого роста с идеально прямой спиной, очками в тонкой оправе и собранными в пучок волосами. Что-то все-таки было.

Притягивала Лиза взгляд бандита Ржавого, так и тянуло смотреть на нее. Хотя, конечно же, смотреть на нее нежелательно.

Лева со своей конопатой рожей и судимостью совершенно не сочетался с Лизаветой Латышевой. Строгая школьная учительница живет в другом мире, а Ржавому оставалось разве что наблюдать издалека.

Чем он и занимался последние сутки. По сути, все уже было решено. Георгий Матвеевич подключил связи, бойцы до клетки не дошли. Весь подпольный клуб разогнали, кого нужно – посадили, кого не нужно – помогли исчезнуть тихо и без свидетелей.

Ильнур слово сдержал, от боя не отказался. Просто бой так и не состоялся, а Латыша отправили отсидеться в теплых странах. Вроде бы даже Ирбис договорился с нужными людьми, чтобы у парня появились денежные контракты, но не здесь, за границей. Подальше от недовольных.

И по идее Лизу и Ваську можно было возвращать домой.