Легенды Эвера. Возвращение - Елена Лихачева

Насколько Вика помнила из школьной программы, животные из отряда рукокрылых, такие как летучие мыши, летучие лисицы, крыланы — очень маленькие и соответственно очень лёгкие. Если б летучие мыши были крупнее, то им сложнее было бы летать. Или она что-то не знает и не понимает в анатомии животных?

Ещё Вике показалось странным, что у сиолов крылья начинались от локтя, а не от пальцев, как у их рукокрылых собратьев.

Вика снова нашла на карте одну из групп сиолов, они собирали плоды какого-то дерева. И всё бы ничего, но делали они это слаженно, как команда. Самый маленький сиол, залез или скорее взлетел выше всех на дерево и срывал подходящие плоды, затем аккуратно передавал их своему брату или сестре, которые сидели на ветках пониже, а те осторожно передавали плод тем, кто стоял на земле. И что самое удивительное — плоды они складывали в плетёные корзины, которые наполняли и куда-то уносили.

— А корзины, сиолы где берут? — Вика снова повернула планшет экраном к помощнице.

— Сами плетут, — ответила Кинаки. — Их с детства обучают плести старшие мастера.

— Обалдеть, — покачала головой Вика. — И обучают друг друга, и корзины плетут, и на дуэлях сражаются. А за что кстати, те двое сражались? За сердце прекрасной самки?

— В брачный период, сиолы сражаются за самок, а в остальное время года — за территорию. Но те сиолы, которых ты видела из враждующих племён и могут затеять ссору вообще без причины, просто случайно встретив друг друга.

— А договориться и уладить конфликт они не могут?

— Могут, но не на долго. За десятилетия их вражды накопилось слишком много неразрешимых проблем, которые они предпочитают решать с помощью силы.

— Да, — разочарованно вздохнула Вика. — К сожалению, разум редко сочетается с благоразумием. У людей тоже с этим проблема.

Вика ещё долго разглядывала остров, но снова и снова искала племена сиолов. Они заворожили её своей экзотичностью. Кинаки рассказала Вике, что сиолы очень трудолюбивы и несмотря на изобилие вокруг плодово-ягодных растений, они охотно занимаются выращиванием определённых культур, которые крайне прихотливы и требуют особого ухода. Сиолы обожают плоды чуги и выращивают её, как настоящие фермеры.

Жить они предпочитают в пещерах, большими племенами. Но пещеры перед заселением, сиолы обязательно облагораживают, обмазывают их глиной, чтобы стены были ровные без плесени и грибков.

Вход в пещеру на ночь закрывают толстыми, плетёными воротами. Воздух через такие ворота хорошо проходит, а звери даже мелкие пробраться не могут. Если к пещере подходит крупный хищник, который может выломать ворота, то сиолы отгоняют его огнём. Сами сиолы, не боятся огня и умеют его разводить.

Кроме того, сиолы научились создавать примитивные орудия труда и нехитрое оружие, в виде остро заточенных длинных палок.

Язык сиолов скуден, но мелодичен и приятен на слух. Слова короткие и схожи по звучанию. Весь мир сиолов, делится на два главных враждующих племени, которые живут в разных концах острова.

Одно племя называется Гмеры — у большинства представителей этого племени шерсть бурого цвета. Другое племя называться Мёнги — у них шерсть в основном светло-рыжего цвета. Цвет шерсти очень важен для сиолов, по нему они определяют кто перед ним свой или чужой.

— Это их сражение, я видела? — спросила Вика.

— Да, это подростки из враждующих племён. На острове есть много других племён, менее воинственных, но они малочисленны и слабы. Главные племена часто воюют, делят территории и нуждаются в поддержке извне, поэтому племена поменьше обязаны дружить или с племенем гмеров, или с племенем мёнги.

— А что будет, если небольшое племя не будет дружить и оказывать поддержку этим враждующим племенам? — спросила Вика.

— Их уничтожат, — ответила Кинаки. — Таких случаев было очень много. Племя занги со светло-серой шерстью, как у меня гмеры, полностью уничтожили несколько лет назад. И теперь сиолов с таким окрасом, почти не осталось.

Вика слушала, разинув рот. Какие драмы оказывается, разыгрываются на этом острове.

— А почему люди позволяют сиолам, уничтожать друг друга?

— Люди не имеют права вмешиваться в их дела. Вмешательство извне, ещё больше может навредить отношениям между племенами.

«Куда уж больше», — подумала Вика, но возражать не стала.

После ужина, Вика приняла душ, измерила индекс здоровья и легла спать. Сиолы, не выходили из головы. Знакомство с летающими обезьянами стало, пожалуй, самым сильным впечатлением за всё время, что она находилась в Эвере. Засыпая, Вика видела себя маленькой обезьянкой, с золотистой шёрсткой, прыгающей с ветки на ветку, а затем стремительно взмывающей ввысь к белоснежным облакам.

Проснулась Вика посреди ночи от жуткого скрипучего бормотания. Голос волной то отдалялся, то приближался, звучал нестройным многоголосьем с глухим протяжным эхом, как из колодца. Разобрать хоть что-то, в этой какофонии, было сложно, но несколько слов Вика, кажется расслышала: «ты… свои… скоро… считай» или скорее «щиитай».

Вика, ещё толком не проснувшись, лежала с закрытыми глазами, вытянувшись в струну и пыталась сообразить сон это или явь. На несколько секунд всё стихло, но затем опять что-то зачавкало, зашипело резко приближаясь. На Вику нахлынула нешуточная паника, сердце гулко застучало в висках. Она попыталась открыть глаза и пошевелиться, но ничего не получалось — тело стало каким-то свинцовым и нечувствительным.

«Да, что происходит?! — от страха Вику стало лихорадить, хотя внешне наверно, это не видно. Очень странное ощущение, когда внутри всё дрожит от страха, а тело лежит словно мёртвое. — Похоже, это сонный паралич», — пронеслось в голове у Вики спасительное объяснение.

Скрипучий голос снова исчез. Вика немного успокоилась, посчитала до десяти и открыла глаза ожидая увидеть всё, что угодно, но рядом никого не было. Облегчённо вздохнув, она огляделась.

«А где Кинаки?» — скосив глаза к дверному проёму, Вика увидела свою помощницу в другой комнате. Кинаки, стояла в нише для зарядки, её экран был выключен, значит помощница спит. Этот факт окончательно успокоил Вику, и она облегчённо выдохнула. У Кинаки очень чувствительный слух по сравнению с человеческим, она обязательно бы проснулась, услышав, что-то подозрительное.

Вика снова попыталась пошевелиться — нет, тело упорно не слушалось. — «Странно, — подумала Вика, — а вдруг это инсульт или что-то подобное? После аварии и комы, наверно бывают такие последствия. И что теперь делать? Опять метаморфизм включать?»

Как только Вика озадачилась новой проблемой и забыла на пару секунд о ночном кошмаре, в спальне что-то упало и покатилось в её сторону. — «Нет!