Больше, чем любовь - Ники Сью

Хотя Ильина тоже хороша: вырядилась в короткое мини платье песочного цвета. Выделила глаза яркими фиолетовыми тенями, губы накрасила алой помадой. Она выглядела немного вульгарно, я сказала ей об этом, однако подруга отмахнулась, мол, ничего ты не понимаешь.

В семь вечера мы уже ехали в такси к месту икс. Я вся такая школьница и Лилька — девочка-огонь. Таксист, мужчина за шестьдесят, с лысой макушкой и в стареньком свитере, еще так посмотрел на нас, словно говорил: “Вот же распутницы”, или распутница я так и не определилась.

Общежитие находилось в другом конце города. Оно было старым, местами даже рамы из дерева. На некоторых балконах висела одежда, а какие-то окна были заклеены газетами.

— Ты уверена? — на всякий случай еще раз уточнила я.

— Конечно! Мы зайдем и выйдем! — заявила Лилька.

У входа нас встретила консьерж: пожилая женщина ковырялась в телефоне, кажется, она смотрела там какой-то сериал. Ильина с ней поздоровалась и улыбнулась, кладя на стол плитку шоколада.

— Только быстро, — сообщила женщина, пропуская нас через турникет.

Мы шмыгнули на лестницу, быстрым шагом достигнув третьего этажа. А там уже во всю играла музыка, в воздухе витал запах спиртного. Из угловой комнаты доносился женский смех, мужские голоса, не иначе, гулял целый этаж.

— Я тут тебя подожду, — почему-то заходить внутрь этого аля ночного клуба мне не хотелось.

— Пойдем, мне нужна твоя поддержка, — стала канючить Ильина.

— Лиль…

— Ну, пожалуйста, — она надула губки, и я сдалась.

Мы переступили порог комнаты. Перед нами открылась банальная картина: парни и девушки, смех и веселье, стол, на котором стояли пластиковые стаканы, салаты в одноразовой посуде. Одна парочка зажималась в углу, кошмар! Парень так открыто лапал девчонку за бедра, что даже мне сделалось стыдно. В центре стола сидел симпатичный брюнет, он пытался играть на гитаре, но за громкой музыкой его не было слышно.

— Привет, — достаточно уверенно поздоровалась Лилька. Я толком не поняла, кто из всех этих людей тот самый Денис. Зато заметила, как покосилась на меня блондинка с большим вырезом на груди и в коротких шортах. Будто я увела у нее парня.

— Лиля, да ты не одна? — улыбнулся брюнет. Именно он играл на гитаре. — Сделайте тише, — скомандовал, видимо, Денис. Ребята послушно выключили музыку, теперь все взгляды были направлены на нас, вернее, на Лильку. Внутри мне что-то подсказывало, не стоило приезжать, надо было всеми правдами и неправдами отговорить подругу.

— Да, это Лина. Знакомьтесь! — Ильина улыбнулась, но за этой улыбкой скрывался страх размером с океан. Страх быть отвергнутой. Страх осознать, что совершаешь ошибку.

— Может, выйдите, — заговорила я, пытаясь как-то поддержать Лильку.

— Может, — кивнул Денис. Он отложил гитару в сторону, мой взгляд коснулся его пальцев, совсем не музыкальных и неаккуратных, одним словом, не таких, как у Ярослава. Стоп! Чего это я сравниваю парней с Громовым? Стадия симпатии перешла на новый уровень? Мамочки…

Денис вышел из-за стола: высокий, но в плечах худощавый. Он прошел мимо друзей, подмигнув кому-то, и оказался рядом с нами. Парень посмотрел сперва на Лильку, затем мазнул по мне уж больно неприятным взглядом, словно это я, а не Ильина была вызывающе одета.

— Ну? — в его голосе звучала издевка. Внутри я вспыхнула от злости, каков гад!

— Угу, — Лили кивнула, и мы втроем вышли в коридор, прикрыв за собой дверь.

Денис засунул руки в карманы рваных джинс и облокотился о стенку. Я же, сообразив, что являюсь третьей лишней, решила отойти. У меня как раз телефон стал вибрировать, отчего в груди сладко екнуло: наверное, Ярослав.

— Уходишь? — крикнул мне в спину Лилькин парень. Я нехотя оглянулась.

— Да.

— Твоя подруга явно не одобряет наш союз, зай, — обратился этот Денис к Ильиной. Я едва сдержалась, чтобы не покрутить пальцем у виска. Чего он добивался этой репликой?

— Нет, это не так! Денис, — Лилька заговорила таким тоном, будто стояла на коленях перед этим парнем и готова была на все. — Давай отойдем.

— Эй, подруга, — казалось, Денису Лиля была вообще не интересна. — Давай знакомиться. Я честно не кусаюсь.

— Для начала переоделся бы, — я кивнула, взглядом намекая, что на кофте у парня было большое пятно. — На одной самооценке, знаешь ли, не уедешь. И вообще, Лиля хочет поговорить с тобой, прояви уважение.

— А иначе что? — он вдруг подошел ко мне, слишком резко, и схватил за подбородок. Только сейчас я почувствовала запах перегара, кажется, парень прилично выпил.

— Денис! — крикнула Лилька, подбежав к нам. Она постаралась влезть между мной и своим экс-парнем. — Что ты делаешь?

В ответ этот самый Денис, милый и прекрасный, ради которого моя подруга была готова на любые унижения, оттолкнул ее. Притом достаточно сильно. Ильина не смогла удержать равновесие на своих каблуках и ударилась боковой частью плеча о стенку.

— Ты совсем уже? — повысила голос я, стала вырываться из хватки этого придурка, но он наоборот еще жестче сжал мою челюсть. Я вспомнила, Вадим как-то учил меня: поднять руку вверх и резко повернуться в бок, вроде как техника самозащиты.

— Какие мы грозные, — пропел самодовольно Денис, выдавая мерзкую ухмылку. И только я собиралась опробовать свой прием в действии, как кто-то схватил парня за плечо, повернув на себя. Рука, сжатая в кулаке, в долю секунды проехала вдоль скулы парня, и он упал на грязный пол.

Глава 37

События происходили будто в замедленной съемке. Ярослав появился, словно из воздуха, схватил Дениса за грудки и стал бить. Костяшки его рук покрылись чужой кровью, но кажется, Громова это не останавливало. Я испугалась. Так, если бы случилось кораблекрушение, и близкий человек пошел ко дну, потому что не умел плавать.

Из комнаты, где проходило торжество, выскочили друзья Дениса, один из парней кинулся разнимать драку, другие почему-то остались на расстоянии, будто приглашенные гости на тв-шоу. Лилька завизжала, она тоже попыталась остановить Яра, ухватившись за его локоть.

— Хватит, пожалуйста! — завопила подруга.

Однако Ярослава словно подменили: глаза его сделались стеклянными, глубокими и холодными, губы были сжаты в тонкую нить, а кулак метил ровно в цель. Всего лишь одна фраза сорвалась с его уст в этот момент:

— Никогда не смей трогать ее!

— Яр! — а это был голос Арта. Он вихрем влетел в коридор, обогнув меня. — Боже, Гром! Утихомирься, ты же покалечишь придурка. Оно того не стоит.

Я не знала, что делать, а там позади уже кто-то звонил друзьям на подмогу, чтобы устроить Громову “веселую” жизнь. Дело пахло серьезным конфликтом. Поэтому, не придумав