Забвение Миров - Мирослава (Мира) Кулеш

Андрей лишь кивнул Маше и ответил вместо неё.

— У неё скверный характер, я пока пытаюсь привыкнуть, — он добродушно улыбнулся, призывая на помощь едва ли не всех святых, которых знал.

Зал снова загудел, словно большой улей. Маша часто заморгала и наконец-то взялась за бокал, выпрямляясь.

— Теперь о важном, — проговорил Сергей, протягивая руку к бокалу. — Ты единственный живой Дракон, доказательство нашей истории и пришествия в этот мир наших предков. Твой отец состоял в Ордене, как твои бабушка и дедушка, теперь пришла твоя очередь. Это неформальная встреча для знакомства, мы просто посидим, пообщаемся, посмотрим друг на друга. Ты в любом случае в Ордене, тут у тебя выбора нет, как ты понимаешь.

— И каким вы видите моё присутствие в Ордене?

— Ну для начала мы заполним пробелы в твоём образовании, — ответил Сергей. — Ты не получил классического образования, как остальные члены нашего Ордена, поэтому сразу погружать тебя в гущу событий не очень разумно.

— Да, конечно, — согласился Андрей.

— Потом поговорим о наших текущих задачах и планах, ничего сверхъестественного: благоустройство мира, планы на будущее, поиск кладки и других Драконов. Всё стандартно, — заверил Сергей. Андрей сканировал его и видел, что в целом тот говорит правду, но при этом она никак эмоционально не окрашена. С каким бы воодушевлением Сергей ни говорил, на деле он ничего не чувствовал. А вот про кладку было непонятно: то ли он лгал, то ли действительно верил.

А Драконы вокруг?

Андрей прислушался к себе и своим чувствам. Да, связь Драконов — это не Видящий взор, его ещё надо освоить. Драконы не чувствовали угрозы по отношению к Сергею и верили ему с некоторой оговоркой, у этой веры была длинная и нудная доказательная база, он не знал этого, не видел, а просто чувствовал. Он не слышал их мыслей, не видел воспоминаний, но понимал их чувства, будто они были его собственными, не все, конечно, а лишь те, что делали их единым целым: доверие и надежда. А они, кажется, слышали только те чувства, которые он открыто демонстрировал. Наверное. Проверить надо. Маме и маме Лёне надо будет сказать спасибо за то, что научили его себя контролировать.

— Я пришлю тебе материалы, а также места проведения занятий, — продолжал Сергей. — Думаю, много времени тебе не понадобится, говорят, ты гений.

Андрей мысленно скривился при этих словах, но внешне это никак не выразил. Драконы, стараясь не привлекать внимания, оглядывались на него и одаривали поддерживающей улыбкой.

— Может быть, — отозвался Андрей.

— Его умственные способности сильно преувеличены, — фыркнула Маша, отпивая вино из бокала.

Андрей никак не отреагировал на колкое и даже немного обидное замечание, по максимуму задействовав свою способность контролировать эмоции. Драконы никак не отреагировали. Вот как это работает. Андрей мысленно похвалил себя.

— Как и твои, — спокойно ответил он.

— Дорогие, вам не стоит ссориться, — улыбнулся Сергей. Внутри него же снова ничего не происходило, он не был раздосадован, что его планы по сводничеству не удались, не чувствовал веселья или беспокойства, а были пустота и вакуум. — В конце концов вы союзники, вам нужно помогать друг другу.

— Так мы уже, — улыбнулась Маша.

— Славно, — кивнул Сергей. — Ну, что ж, — он посмотрел на часы и довольно улыбнулся. Опять ничего, хотя на лице было написано удовлетворение. — Я думаю, что пары месяцев хватит для твоего обучения и введения в курс дела.

— Согласна, — кивнула Маша.

Потом разговор перетёк в безобидное русло работы, школьных и студенческих лет Андрея, а также контроля его способностей. После продолжительной беседы и нескольких блюд Сергей переключил своё внимание на других присутствующих, а Андрей и Маша переместились на балкон. Чудесный летний вечер плавно переходил в тёплую ночь.

— Какая ирония, — хмыкнула Маша. — Они все Драконы, та самая пресловутая «кладка», на поиски которой положило жизни не одно поколение. Они, конечно, в курсе, что всё, во что они верили, рассыпалось, как карточный домик. Но предположить, что они тоже Драконы, как ты и твой отец, не могут. Это так раздражает.

— Почему ты им не сказала? — спросил Андрей.

— Случая не представилось, — Маша задумчиво сморщила лоб. — Твоя мать сказала мне, что «кладка» это гены, но в тот же день, буквально сразу после нашего с ней разговора, убили родителей Павла и её приёмных родителей, а следом обернулся Павел. И я просто не успела, а потом поняла, что не верю Ордену.

— Почему?

— Ты где был, когда я говорила, что не понимаю их мотивов?

— Для веры не нужны мотивы. Большинство из них живут в иллюзиях, а истинная информация только у правящей верхушки. И, кажется, он упивается этой властью. И да, он знает твой маленький секрет.

Маша перевела на Андрея вопросительный взгляд.

— Они все Драконы, кроме одного, — пояснил Андрей. — Кто он, я так не понял, но точно не человек.

— О чём ты?

— О том, что у каждого Дракона есть ментальная защита от моего Видящего взора, а у него нет. Я посмотрел его и увидел лишь пустоту. Словно у него нет прошлого, настоящего, эмоций, мыслей. У него в голове вакуум. Только намерения, планы, будто он программа, выполняющая свою функцию. Чётко прописанный алгоритм, без чувств и эмоций. Хотя это тоже может быть формой защиты.

— И на основании этого ты решил, что он владеет всей информацией? — Маша подняла бровь.

— Архив, который ты так удачно скопировала, должен был откуда-то взяться, — парировал Андрей. — К тому же из этих документов ясно, что они в курсе твоего обращения, хоть и прямо не написано. И ты была права, тебя хотят отдать мне в пару. Ты единственная, кто обратился, у тебя есть бессмертие. Обрати внимание, как сейчас они на нас смотрят, словно уже всё решено, и эта уверенность исходит от Сергея, а они просто чувствуют, как я чувствую их веру и надежду, которую они испытывают ко мне. Программа выполнила свою функцию и теперь готова приступить к следующей операции. Он их направляет, и они следуют за ним. Совершенно непонятно, почему. Пока не знаю, как это работает, но они чувствуют меня, а я — их, и в какой-то степени они чувствуют его, поэтому владеют информацией о его решениях и намерениях, но без подробностей и мотивов. Какой-то странный коллективный разум.

Маша скривилась.

— Безумно подмывает сообщить им о том, что их планы накрылись медным тазом, — она хихикнула. — Не могу простить себе, что была настолько слепа. Я ведь находилась