Забвение Миров - Мирослава (Мира) Кулеш

идущая по полю, пшеница гнулась под потоками воздуха, перед ней приземлялся золотой Дракон. Она тянула к нему руки и подзывала к себе. Это был отец. Откуда Андрей это знал, он не понимал, но чувствовал это всем своим естеством. Картинка сменилась пылающим городом и огромной дырой, зияющей фиолетовым нутром, в небе. Драконы сражались, дышали огнём, молниями, льдом, полыхала битва. Павшие враги падали с небес, осыпаясь пеплом над незнакомым городом. А потом была Алиса. Она лежала на больничной койке, обвешанная трубками, Алёна держала её за руку. Все внутренности Андрея сжались, сердце пропустило удар — это был тот самый день. Именно эту картину он увидел, когда вернулся в больницу после того, как обратился, не сдержав свою боль. Алиса, всегда Алиса. Потом он увидел, как она смеялась и танцевала, целовала его, так сладко и так честно, что Андрей схватился за сердце. Это было новое видение, в её волосы были вплетены ленты, а белый сарафан в мелкий блёклый цветочек поднимался, когда она кружилась. Она была так прекрасна, на её пальце сияло обручальное кольцо, Андрей увидел себя в странной одежде, а ещё увидел свою мать, которая обнимала его с такой любовью, что сердце снова пропустило удар. Алиса протянула к нему руки, и он смог заглянуть ей в глаза. Она…

Андрея резко вырвало из видений. Это не могло быть правдой! Он тряхнул головой и растёр лицо руками. Увиденное в глазах Алисы не только напугало его, но и оставило надежду. Она жива, у них есть будущее. Но какой ценой? Готов ли Андрей заплатить эту цену? А Алиса? Ей и так досталось слишком много испытаний.

Но надо брать себя в руки и искать Алису. Куда мог поехать Сергей? Может, у него был какой-нибудь загородный дом? Подвал? Зачем ему два уникальных Дракона и Алиса? Он прокрутил в памяти последнее видение.

— Где же ты, Лиса? — прошептал он вслух. — Где ты, моя родная?..

Сияние ослепило его. Когда он смог разлепить веки, то понял, что уже не сидит в машине, а находится на берегу… реки? …моря? Маяк… На берегу водоёма стоял маяк, старинный, высокий, сияющий во тьме ночи. Андрея снова выбросило из видения, он часто дышал и совершенно не понимал, что происходит, он по-прежнему сидел в машине, крепко вцепившись в руль. Он не понимал, что происходило. В следующее мгновение его снова ослепило и выбросило в смотровую камеру маяка к вращательному механизму. Маяк освещал путь в… море? Андрей постарался собраться и увидеть то, что освещал маяк. Слабый свет плохо развеивал тьму, вдали ничего не было видно. Андрей ударил руками о перила смотровой площадки и повернулся к прожектору, который оказался старинной масляной лампой, увеличенной в сотни раз. Металлические вогнутые зеркала отражали свет, усиливая его в несколько раз. В ярком свете он увидел Алису, которая лежала в больничной палате. Она металась по постели явно в бреду, шевелила губами, звала, Андрей мог поклясться, что она звала его. Он попытался сконцентрироваться на обстановке, в которой находилась Алиса, но ничего не вышло. Его снова выбросило, видения были слишком реальными и слишком отрывистыми, он снова открыл глаза, от досады ударил руками по рулю. Что с ним происходило, он понять не мог, но безумно хотел повторить, потому что это было единственной зацепкой к месту нахождения Алисы. Но продолжить он не смог.

В водительское стекло постучали. Андрей повернулся к стучавшему, у его машины стояла мать Марианны, а у неё на руках была сама Марианна. Андрей удивлённо огляделся. Вокруг его машины стояло несколько человек — Драконы, те самые, с кем он познакомился в ресторане во время его представления Ордену. Андрей вышел из машины.

— Что здесь…?

Договорить ему не дали, Марианна бросилась к нему на шею, переползая с рук матери. Он снова огляделся, подхватывая малышку. Людей было не несколько, здесь были все. Андрей помнил каждого, чувствовал каждого.

— Ты позвал, и мы пришли, — улыбнулась малышка.

— Она так кричала, что ей нужно к тебе, даже обернулась, еле успокоила, — посетовала её мать.

— Я забыл спросить, как вас зовут, — внезапно вспомнил Андрей.

— Екатерина, можно просто Катя или Кэт, меня так Кирилл называет, — улыбнулась женщина.

— Отлично, Кэт. А теперь по порядку…

— Андрей Павлович, — к ним подошёл один из Драконов. — Тут такое дело…

— Вы услышали зов и приехали? — опережая вопросы, спросил Андрей.

— Что-то вроде того, — ответил мужчина. — Это странно, мы все внезапно ощутили необходимость быть рядом с вами, помочь вам…

— Да, мне нужна помощь, — подтвердил Андрей.

— Я думаю, что выражу мнение большинства, но мы…

— Готовы помогать мне, даже несмотря на то, что почти меня не знаете? — Андрей хитро улыбнулся.

— Да, — кивнул мужчина.

— Отлично, — ответил Андрей.

Его глаза сверкнули золотом, а зрачки стали вертикальными. Мужчина пристально посмотрел ему в глаза и отзеркалил его метаморфозы, его глаза почернели, совершенно утратив разницу между радужкой и зрачком…

========== Глава 25. Павел. ==========

Первое, что ощутил Павел, это то, что у него дико раскалывается голова. Мягкая высокая трава лезла в ноздри и вызывала противный зуд. Он попытался взяться руками за голову и осознал, что у него не руки. Это заставило его резко распахнуть глаза и посмотреть на свою чешуйчатую лапу с когтями, отливающую золотом в солнечном свете. Он поднял голову и понял, что стал гораздо выше. Что он такое? От страха внутри всё похолодело. Он оглядывал массивное тело, крылья, хвост. Хвост. У него есть хвост. Пробуждение никогда ещё не было таким странным. Конечно, в голове крутилась масса неприличных ругательств и вопросов, но Павел решил не произносить их вслух, к тому же не был уверен, что в таком виде ему доступна речь. Он снова поднял голову и понял, что линия горизонта начала приближаться. Через несколько мгновений он стоял голый в человеческом облике посреди поля пшеницы, достающей ему почти до груди. Он неловко поёжился, прикрыл руками пах и двинулся в сторону восхода солнца и странной фиолетовой дыры в небе.

Тысячи мыслей роились в его голове. Самая главная, за которую ему было стыдно, это то, что он оставил Киру одну. Он совершенно не помнил, как очутился посреди поля, как обернулся в Дракона, что делал, пока им был. Он Дракон. Он та самая пресловутая кладка, оставленная предками. Это не яйца, не спящие в недрах земли особи, а гены в крови людей, всё, как говорила Кира. Мало тысячу раз поверить, достаточно один раз проверить. Павел тяжело вздохнул, головная боль отступала.