Тракт Чёрной Вдовы - Сона Исаева

На границах участились случаи грабежа торговых караванов. Отряды подвергаются нападению из засады. Рекомендуем в охранный отряд набрать побольше стрелков, а также защитить шеи лошадей.

А теперь к скандалу. Свидетели чайного вечера у леди Т. рассказывают о неподобающем высказывании лорда Хиволи о своей супруге, а именно, о том, как жена позорит его в высшем обществе своим «неумением петь» и «отвратительном музицированием» на фортепиано.

Редакция газеты провела расследование. Лорд Хиволи действительно имеет право унижать свою супругу на глазах у знати. Оказывается! Уважаемый лорд — нелюбимый клиент у всех мадам Столицы! Девушки резко уходят на больничный, когда упомянутый приходит в заведение, где, просим заметить, просаживает имущество своей же супруги.

Так же он задолжал игорному дому в первый же вечер посещения. Как выяснилось, лорд Хиволи не умеет считать. И в попавшей в руки редакции его письмо с просьбой дать взаймы так же было написано с ошибками.

Но, главное, после небольшого расследования были выявлены случаи хищения из королевской казны нереализованного товара на сумму больше ста золотых.

Редакция напоминает, что супруга была не в курсе порочащих и недостойных дел своего мужа.

Настоятельно ей рекомендуем выставить вещи мужа и обратиться к поверенному для оформления всего имущества на себя. При необходимости, редакция окажет содействие.

А теперь к погоде:

Собака Фроси прилипла языком в жестяному ведру. По утрам мороз, пора утепляться.

Биржевая сводка: стоимость изумрудов выросла на три с половиной процента…»

Мою маленькую шалость в виде газеты так часто осуждают, но кто бы знал, сколько экземпляров продается каждый день именно в верхнем городе. Да-да, нас не обманут эти горничные, которые, оглядываясь, берут по несколько экземпляров «для себя». Мальчики-газетчики прибегают в трактир с горящими глазами, всякий раз вываливая на стол целую гору медяшек.

Я отдаю им всё обратно.

М-да, печать газеты бесплатно — не самое выгодное предприятие. Но я не могу брать деньги у ребят, даже те, что они заработали с моими газетами. Ну, не могу и всё. Чем я буду лучше Фитхи в таком случае?

— Леди Арманд, — голос с бархатными нотками пробрался под кожу, вызывая галоп мурашек. Внутренне пошлёпала себя по щекам, приходя в чувство, — прошу.

Герцог почему-то остался у прохода, придерживая для меня двери и оставляя не так уж и много пространства, а я же, протискиваясь мимо, украдкой втянула его аромат. Да, так пахнет роскошь и слезы соблазненных девиц.

Так. Это уже не смешно. Нельзя даже мысленно пускать слюнки на того, кто может отправить тебя на казнь. Или в тюрьму. Или в тюрьму, а потом на плаху.

Даже стало как-то стыдно из-за моей увлеченности, пусть и тайной, герцогом. Стыдно больше всего перед Сессилией. Если бы она оказалась той ещё стервозиной с отвратительным характером, пускать слюнки по Кенану было бы в разы проще.

Но я вспомнила, как девушка в притворном обмороке валялась на грязном полу трактира, помогая мне спасти детей, а потом пела им колыбельные в карете, когда те пытались согреться и отойти от пережитого ужаса.

Настроение резко испортилось. А ещё я разозлилась на лорда Макбула. Вот чего он лезет со своими чёрными глазами?

— Что-то произошло, леди Арманд? — Моя перемена в настроении не прошла незаметно.

— Леди Моэр, будьте добры, — привычно поправила его, вернув на лицо традиционную улыбчивую маску.

— Итак, леди Арманд, я бы хотел услышать цепочку событий, которая привела вас в трактир «Чёрная хвоя». Как вы узнали, что мальчики именно там? Как узнали о причастности Фитхи?

— Сестра одного из мальчиков работает в заведении мадам Жизеллы…

— Вы общаетесь с блудницей?

— Я слышу в голосе презрение или мне показалось? — Лорд Макбул вместо ответа лишь хмыкнул, откидываясь в кресле. И опять, чуть склонив голову набок, посмотрел на меня тяжелым взглядом чёрных глаз, вызывая внутри иррациональное раздражение. Мне точно нужен вечер покоя и отдыха, — а знаете ли вы, лорд Хад Макбул, как девушки туда попадают? И какой процент из них оказывается там против своей воли?

— Что вы хотите этим сказать, леди Арманд?

— То, что так легко осуждать тех, у кого не осталось выбора. И не надо мне говорить, что выбор есть всегда. Сестра Лалы не может забрать мальчика к себе, потому что у неё даже собственной комнаты в борделе нет, а она там лишь моет полы и чистит овощи на кухне. Но кого это волнует, не так ли? Пусть лорды с пафосным видом под самым носом у жён посещают бордели хоть каждый день, принося домой целый букет болезней, пусть они одаривают комплиментами и подарками девушек оттуда, но каждый раз, встретив их на улице, они будут воротить носы, будто не они вечером на кануне стояли на коленях, выпрашивая их внимания.

— Впечатлен, леди Арманд, — его взгляд стал холодным, — ещё больше обвинений я вряд ли мог услышать. Прежде, чем мы приступим к цели нашей встречи, посмею кое что заметить: к сожалению, такие заведения пользуются спросом. Стоил ли озвучивать, на сколько вырос процент насилия над женщининами, когда мы их пытались закрыть? И стоит ли рассказывать, какие заведения открылись тайно и в каком ужасе жили работающие там девушки? Я ни в коем случае не осуждаю девушек, мой вопрос относился к тому, как именно вы узнали о том, что похититель Фитха.

Стало стыдно. В сравнении с железобетонным самообладанием Кенана, я капризный ребёнок, который не может сдерживать эмоции.

Мой рассказ занял не много. И клянусь, я слышала смешок в той части, как мы с Мойдой подсыпали снотворное Фитхе.

— Как вы открыли скрытую дверь в подвале под трактиром?

А вот на этот вопрос мне не хотелось отвечать ни в коем случае. Рассказывать про призрака? Плохая идея.

— Не знаю, — чисто технически, это правда, — там не было никакой двери, а потом она резко появилась.

Взгляд Кенана стал колючим. Сложно было сказать, поверил ли он мне, но сама мысль о том, что я смогла открыть магическую дверь, ему не нравилась.

— Как оказалась ваша лошадь в том подвале?

— Он у