Сказание о демоне - Айла Берен

— Вэй Ин, мальчик мой, помоги спустится к невестам, — сказал Хотохори. Взяв под руку Вэй Ина, он буквально повис на нем.

Спустившись к нам, Хотохори сорвал печать и развернул свиток. Перед тем он огласил вопрос, ответ на который определит будущую императрицу, воцарилась гробовая тишина. Но император не спешил. Он прочел свиток, а после, грубо сжав пергамент, передал его Вэй Ину. От увиденного императрица вскочила и спустилась до середины лестницы. Она остановилась лишь, когда ее ушей коснулось порицательное шушуканье высших чиновников.

— Когда я был молод, мой любимый учитель рассказывал сотни притч! Но ни одна… ни одна не сохранилась в моей голове, лишь обрывки, да мутные воспоминания — начал император, а после слов о потере памяти зло взглянул на Докузо. — Но только что, я вспомнил одну из них. Вы две предстали передо мной такие разные, и сейчас я, наконец, узнаю правдивость той притчи. Я задам вопрос, и кто даст ответ достойный императрицы, станет таковой.

Хоши явно запаниковала. Я же успокоилась, и наши шансы сравнялись.

— Представьте, — обратился к нам Хотохори. — Вы находитесь в саду и пред вами тысячи цветов. Как найти лучший, тот который вы преподнесете в дар императору? Я дам вам подумать, но не много! Пока я дойду по этим клятым ступеням вверх, ваше время истечет.

Вэй Ин повел императора к трону, а нас оставили размышлять. Но я уже знала ответ — когда-то мне его дал Тору. Но были мы не в саду, а в поле возле дома пасечника, рядом росло множество плодовых деревья.

Когда Хотохори, наконец, добрался до трона, нам с Хоши позволили подняться ближе к императорской семье. Так близко к ним не подходили даже высшие чиновники.

Мы опустились на колени и выказали почести, в этот момент раздался грохот строевых шагов. У главных ворот перед площадью появился Тамахомэ и Дзирая в доспехах генерала. После них вышли воины и рассредоточились по периметру. Тамахомэ вбежал по лестнице. Мы на мгновение пересеклись взглядами, и император дозволил нам с Хоши подняться.

— Простите за опоздание, но какое торжество без демонстрации мощи императорского войска? Я привел лучших воинов.

— Ты вовремя. Сейчас мы выслушаем невест. Присядь Тамахомэ рядом с Вэй Ином, он тоже жених.

Наконец я разглядела улыбку императора, но он тут же закашлялся, схватившись за сердце.

— Кхе-кхе, пожалуйста, начните уже…

Вперед выступила Хоши. Одарив всех очаровательной улыбкой, она начала:

— Несомненно император достоин лучшего цветка. Я бы выбрала самый уникальный из всех. Изысканный, недавно распустившийся бутон! Нужно обратить внимание на его изгибы и форму лепестков, манящий аромат и благородный цвет. Только такой цветок достоин императора.

Хоши закончила, и я робко сделала шаг вперед:

— Я бы не стала выбирать цветок за красоту или его сладкое благоухание. Ведь то и другое скоротечны, подобно нашей жизни.

— Пф-ф… — усмехнулась императрица, прервав меня.

— Если бы мне пришлось выбирать цветок для вас, — продолжила я уверенней, — то я бы выбрала бутон, вокруг которого кружит рой пчел, осыпающий его пыльцой, превращая нектар в сладкий мед. И даже если растение увянет, после него останется семя, из которого прорастут новые цветы, продолжая великий цикл жизни. Цветок нельзя сорвать. И я не сорву его для вас… Ваше Величество, я приведу вас к нему.

После мгновения тишины послышалась череда хлопков. Это был император. Следом и собравшиеся на площади аплодировали.

Все, кроме императрицы и Хоши.

— Ну что же, кхем-кхем… Тут все очевидно. Будущая мать наследников — Харука, — сдерживая кашель сказал император. После он попытался привстать чтобы оповестить всех собравшихся, но поручил это глашатому. Его состояние ухудшалось.

— Позвольте мне удалиться, Ваше Величество, — холодно обратился к императору Вэй Ин.

— Хм, дозволяю, — усмехнулся Хотохори, внимательно разглядывая меня. — Я бы тоже расстроился, потеряв такую драгоценность.

— Нет, Вэй Ин, останься, — вмешался Тамахомэ. — Ты должен присутствовать, как один из наместников. Отец! В моих руках оказались документы, подтверждающие заговор против вас. Его цель… ваше убийство, а после военный переворот и коронация на трон Одзёро Кёко.

— Что за вздор! — разъярилась Докузо. — Господин Одзёро… Он, верный подданный императора Хотохори. Тамахомэ, ты отговариваешь достопочтенного человека, пользуясь своей неприкосновенностью!

— Кхем-кхем… — откашлялся Император, потирая виски. — Сын, покажи доказательства, не будем безосновательно порочить честь наместника Северной провинции. Глашатай, подойди…

К Тамахомэ подбежал маленький сгорбленный человек и вытянул перед ним руки. Принц вытащил из его рукава стопку бумаг и, не сводя сводя глаз с Докузо, отдал один из конвертов императору.

Матушка, вам это ничего не напоминает? — спросил он императрицу. — Это письмо Одзёро Кёко, адресованное вам. А это…

Тамахомэ прервался и показал желтый конверт с синей печатью.

— Ваш ответ ему. Письмо, которое должна была отправить покойная служанка по вашей просьбе, но перед тем как вы ее убили, она отдала его мне.

Докузо попыталась вскочить с места, но ее задержал Дзирая, обнажив меч. Увидев острие клинка возле шеи императрицы, Хоши упала на колени и взмолилась:

— Император, прошу пощадите! Я не при чем, мой отец… Мой отец и Ее Величество приказали мне стать невестой наследного принца! Без объяснений. Я обрадовалась и не задавала вопросов.

— Читай! — разъярился император.

Глашатай торопливо развернул конверт и зачитал вслух содержание:

— Докузо, дорогая, никогда бы не подумал, что тебе требуется столько времени, чтобы убить одного несчастного человека! Он продолжает дальше терять разум, а должен потерять жизнь. Разумней было бы поспешить, ведь тебе известно, что бывает с людьми, которые меня огорчают. Власть и так у нас в руках, ртуть сделала свое дело, лишила рассудка, а теперь дело за тобой. Действуй! Также по поводу списка наместников. Я жду от каждого документ, где сказано об их преданности мне, согласие поддержать военный переворот. Пусть старые алчные ублюдки режут пальцы. Мне нужны их отпечатки.

Он закончил, и опустилась тишина. Император, побледнев от гнева, резко поднялся и приказал:

— Схватите Докузо и Хоши! Без промедления!

Принц Тамахомэ развернулся к толпе и начал называть имена чиновников-предателей. После оглашения списка «смерти» стража устремилась арестовывать преступников.

Прозвучал суровый приказ императора:

— Все задержанных увести. Проследите, чтобы они не свели счеты с жизнью. Подготовьте больше места для предстоящей казни.

— Отец, — внезапно его перебил Тамахомэ. — Уже завтра на свадебное торжество. Прибудут делегации всех провинций, включая и Северную. Именно тогда мы сможем схватить Озёро Кёку.

— Прекрасно, — ответил император. — Нужно проследить, чтобы до