Мы не можем (не) быть вместе - Сара Ривенс

— Я не изменился, Белла. И никогда не изменюсь, я всегда буду собой, твоим Беном.

Завибрировал мой телефон. Я бросила взгляд на экран — звонила Райли. Я сбросила вызов, чтобы продолжить разговор с моим Беном, который так и стоял у кухонного островка.

— Вопрос вот в чем: ты сама все еще хочешь быть со мной? — спросил он, наморщив лоб.

Мне было нужно время, чтобы осознать услышанное, к тому же я понятия не имела, как реагировать и что чувствовать… но сердце громко билось в груди. И я решила прислушаться к внутреннему голосу, который кричал, что надо дать Бену шанс.

— У тебя две недели, — сообщила я, — две недели, чтобы доказать все, что ты должен мне доказать.

На его губах заиграла улыбка, на моих тоже.

— Только тогда я дам тебе ответ. Посмотрим, справишься ли ты, Дженкинс.

Он весело кивнул в ответ. Тут завибрировал его телефон, он вздохнул и извинился.

— Чего? Сейчас? Ты просто бесишься, потому что Элла с Киарой…

Бен посмотрел на меня со смущенной улыбкой.

— Ладно, не накручивай себя, — пробормотал он. — Буду через пару минут.

Он положил телефон в карман и взглянул на меня.

— Это был Эш, — объяснил он. — Он бесится без своей… мм…

— Девушки? — добавила я.

— Нет, скорее… напарницы по работе. В общем, я должен ехать к нему, чтобы подписать какую-то дурацкую бумажку.

Мне было интересно узнать, каковы обязанности Бена.

— А мне можно с тобой? — спросила я нерешительно.

Раз уж я хотела снова с ним сойтись, нужно было влиться в его жизнь, узнать о его работе, которая казалась… довольно загадочной.

Он вытаращил глаза:

— Если Эш увидит тебя, он меня убьет… Поправка: он убьет нас.

— Значит, ты отказываешься взять меня с собой? — надавила я. — Я хочу увидеть, из чего сделан теперешний мир Бена Дженкинса.

Он скривился и задумался, глядя на меня.

— Этот мир сделан из любви к Изабелле Грейс, энергии, которая тратится на сеть Скоттов, и… желания избежать смерти от руки Эша Скотта.

Меня забавлял его глупый страх перед кузеном. В школьные времена тот вел себя мирно, если только его не слишком доставали. Видимо, Бен преувеличивал, чтобы рассмешить меня, и у Эша не было причин злиться.

Я решительно скрестила руки на груди. Он склонил голову набок, глядя на меня все так же страдальчески, и уступил моей просьбе.

— Поцелуй Мисти перед отъездом, — возможно, ты видишь его в последний раз.

Глава двадцать вторая Гнев Эша Бен

— Вау…

Белла восторгалась домом Эша, а крошка Бен в это время малодушно очковал, потому что на него будут орать. Надеюсь, просто орать.

Да, я сделал несусветную глупость. Да, я, скорее всего, подвергал Беллу опасности из-за Уильяма и его жажды власти. Но я ни за что не собирался упускать Беллу, уж точно не в третий раз.

Я полный кретин, ведь если она умрет… ну, тогда Беллы больше не будет.

От этой мысли скрутило живот. Я боялся кузена, который категорически запретил видеться с ней. Я же не только увиделся, но еще и привел ее сюда, к нему домой.

А ты не обнаглел ли?

Нервно сглотнув, я заглушил двигатель. Моя Белла любовалась коллекцией автомобилей в гараже.

— Вы… У вашей семьи много машин, — выдохнула она.

Ее слова вызвали у меня приступ смеха. Она реально думает, что эти машины принадлежат всей моей семье?

— Это тачки Эша, — поправил я, — а не моей семьи.

Рот у нее раскрылся еще шире. Ее невинность напомнила Эллу, а Элла, в свою очередь, часто наводила меня на мысли о Белле.

Я вылез из машины. Она тоже вышла, не отрывая взгляда от всех этих авто.

— Ему… нужно столько машин? — ошеломленно спросила она.

— Думаю, половиной он даже не пользовался, — признался я со вздохом. — А вот эта, наоборот, одна из его любимиц.

Я указал пальцем на «шевроле-корвет» 1962 года, коллекционный автомобиль, за который отвалили кругленькую сумму.

— Ты идешь? — спросил я, поморщившись. — Будем подписывать свой смертный приговор.

Белла весело покачала головой. Если она думает, что я шучу, то просто не понимает, в какой мы сейчас жопе. Еще меньше она понимает масштаб гнева моего кузена. Я неохотно поднимался по лестнице, внутри все заледенело, словно я шел на встречу с самим дьяволом…

Порой он и правда на него похож.

Мы вошли в холл. Стояла тишина. Его здесь не было.

Очко у меня сжималось, напряжение зашкаливало. Мне уже виделось, как он велит прогнать ее и никогда с ней не разговаривать. Или хуже — начнет ей угрожать. Да ни за что.

— Он живет здесь один? — спросила Белла, оглядываясь.

— Не…

Меня прервал собачий лай. Белла наклонилась, чтобы погладить собаку, которая ластилась к ней.

— Это тот самый, усыновленный, — сказал я.

Она бросила на меня убийственный взгляд, потому что я смеялся над тем, как она приняла Киару за мою бывшую.

— Ты захлопнешь свою пасть? — раздался сверху хриплый голос моего кузена. — Если бы не она, ты бы уже сдох, так что не вынуждай меня укорачивать тебе жизнь, Мудак!

Я перестал дышать, когда на лестнице послышались его шаги. Он вошел в гостиную с… полотенцем на бедрах. С полотенцем! Вот сучий потрох.

У меня глаза вылезли из орбит. У него тоже, когда он заметил Беллу. Она же стояла, не проронив ни слова.

Сигарета, зажатая в его губах, упала на пол. В полном охренении он оглядел нас по очереди.

— Это что такое? — спросил он, с убийственным видом указывая пальцем на Беллу.

Я судорожно сглотнул.

А если я потеряю сознание? Может, тогда он отвлечется от Беллы, нет?

— Это… в общем… Не хочешь предста…

— Погоди, — перебил Эш, — я не настолько набрался, чтобы тебя слушать.

Решительным шагом он подошел к журнальному столику, взял бутылку виски, пустой стакан и застыл. Мгновение смотрел на нас, затем поставил стакан и стал пить… прямо из горла́.

Понял, мне крышка.

— Мне кажется… Нет, я даже уверен, что очень ясно дал тебе понять — ты не должен…

— ДАЙ МНЕ ВСЕ ОБЪЯСНИТЬ! — тут же выкрикнул я, пока он меня не сожрал. — Белла, это Эш. Эш, это Белла. Теперь, когда вы познакомились…

— Ты не помнишь меня? — спросила Белла.

Он молча уставился на нее и повернулся ко мне. Пожалуйста, Белла, ради своей же жизни дай мне все уладить.

— Я тебя очень хорошо помню, Грейс, — сказал он, глядя прямо мне в глаза. —