Самая главная проблема Академии Драконов - Оксана Гринберга

- Мисс Таккер? – раздался вопросительный голос секретаря, и я протянула ему свой исписанный от начала до конца (еще и на оборотной стороне) лист.

Окинув мою работу глазами, он кивнул одобрительно и пошел дальше.

Я же поднялась из-за стола, после чего, едва чувствуя ноги, потащилась вниз.

Тут на задних партах все пришли в движение, и меня, пожалуй, затоптали бы парни, ринувшиеся из аудитории.

Но не затоптали, вместо этого осторожно обошли стороной, потому что внизу уже дожидался Эйдан МакГилл. Стоял и смотрел то на них, то на меня спокойным взглядом, и пятикурсники передумали бежать галопом, не замечая препятствия в моем лице.

- Как все прошло? – спросил у меня Эйдан, когда мы с ним направились к выходу из аудитории, а я по дороге быстро улыбнулась нашему декану.

- Ну, что-то я написала, – ответила кронпринцу.

Но не стала уточнять, что написала почти все за небольшим исключением.

Эйдан одобрительно кивнул. Затем добавил, что ему жаль, что он так сильно опозорился на математике.

В детали принц вдаваться тоже не стал, а я не решилась у него расспрашивать. Признаться, для меня все еще было немного странно общаться на равных с наследным принцем Нерлинга!

Наконец, вышли из аудитории. Но далеко не уходили, дожидаясь, когда нас позовут на следующий экзамен, который должен был начаться сразу же, как только проветрят помещение и явится магистр Дальмайер с экзаменационными вопросами.

Но ни преподаватель, ни другие магистры или же секретари так и не появлялись, и это было довольно странно.

Еще через несколько минут к нам присоединился Кайден. К этому времени уже стало ясно, что второй экзамен по непонятным причинам задерживался, и Кайден, оказалось, знал, что именно произошло.

- Не очень хорошие новости, – произнес он. – Экзаменационных вопросов по Мирозданию больше не существует.

- Что с ними?! – округлила я глаза.

- Пришлось срочно заменять, так что Дальмайер рвет и мечет. Заодно составляет новый экзамен вместе с Винслером, который почему-то вызвался ему помогать.

- Не понимаю, что могло случиться с вопросами, – удивленно произнес Эйдан, хотя мне сразу же все стало предельно ясно.

- Дальмайер заметил следы вскрытия на конвертах, – пояснил кузену Кайден. – Кто-то из деканата постарался, пока он отсутствовал, а конверты лежали на его столе. Похоже, осторожно достал варианты, прочел и положил обратно, не забыв после этого запечатать. Но уже не так хорошо, так что Дальмайер это заметил.

- Выходит, украли, – кивнул Эйдан. – Когда это произошло?

- Рано утром, так что у тех, кто получил вопросы, было время подготовиться.

- Ты тоже знаешь, что будет на экзамене? – спросил у него кузен.

Кайден качнул головой.

- Я-то знаю, но, судя по разговорам, часть моего крыла скоро перестанет ею быть, потому что обманщиков у себя я не потерплю.

Эйдан, кивнув, подтвердил, что он тем более.

Минут через десять нам надоело ждать возле аудитории, и мы отправились в столовую. Там я выпила кофе и съела сдобную булочку, из-за чего повеселела и почувствовала себя значительно лучше.

Тогда-то нас всех снова позвали в зал возле деканата.

Стоило рассесться по прежним местам, как из-за стола комиссии встал лорд Винслер, держащий в руках два пухлых конверта. Один он сунул тоже поднявшемуся лорду Аллавею, второй оставил себе, а позади столичных лордов стоял крайне раздосадованный магистр Дальмайер.

- Подозреваю, вы уже в курсе, что именно стало причиной задержки экзамена по Мирозданию и спешной работы над новыми его вариантами, – начал лорд Винслер. – Крайне, крайне досадный случай воровства и обмана в Академии Эльрена! К сожалению, мы пока еще не нашли замешанных студентов. – Произнеся это, он посмотрел на меня, словно нисколько не сомневался в том, что именно Эйвери Таккер заварила всю эту кашу. – Но мы все обязательно выясним, потому что нам удалось поймать за руку того, кто это сделал!

В зале заволновались, но лорд Винслер властным жестом потребовал у студентов тишины.

- Некая Наташа Диксон, работающая секретарем в деканате, получила приличную сумму из анонимного, по ее словам, источника, которому и передала содержимое экзаменационных заданий. Она уже признала свою вину и очень скоро назовет нам имена тех, кто передал ей деньги.

И снова посмотрел на меня давящим взглядом.

- Ну что же, мисс Диксон может и дальше жить на полученную за воровство сумму, но в академии с этого дня она больше не работает. Архимаг Грон по моей рекомендации принял решение об ее увольнении. Что же касается замешанных в этом деле студентов… – очередной темный взгляд в мою сторону. – Если мы обнаружим, вернее, когда мы обнаружим, кто к этому причастен – кто ей заплатил и среди кого распространились эти сведения, – то они сразу же будут сняты с отбора, после чего встанет вопрос об их отчислении. Единственное, решать буду уже не я, а администрация академии. Но пока что… Ну что же, мы подготовили новые варианты экзамена, и у вас есть отличный шанс доказать, что вы не зря просиживали в академии свои штаны, а мы не зря тратили на вас деньги из казны королевства!

Уже скоро мы отправились это доказывать. Вернулись в свои старые аудитории и заняли прежние места.

- Сейчас секретарь раздаст вам работы, – произнес Мартин Вебер, выглядевший порядком обескураженным произошедшим.

Я прекрасно его понимала – имя Наташи Диксон многие связывали именно с ним, хотя они не были парой, и я не сомневалась в том, что Мартин не имел ни малейшего понятия о происходящем.

Но, думаю, декану все произошедшее было крайне неприятно.

- Будут два варианта… – добавил он и снова задумался.

- Пожалуй, дальше я сделаю все сам, – произнес лорд Винслер. Затем добавил с фальшивым сочувствием в голосе: – Знаю, вам пришлось нелегко, декан Вебер, так что позвольте мне вам помочь! К тому же произошла небольшая путаница, и в конечном итоге вариантов экзамена будет три.

Мартин, судя по его лицу, удивился, но промолчал.

Тем временем лорд Винслер демонстративно вскрыл конверт, после чего, вытащив его содержимое, отправился в обход, лично раздавая студентам листы с экзаменационными работами, хотя с этим вполне могли справиться и секретари.

Начал с дальнего левого конца аудитории, и мне казалось, что, обходя парты, он специально выбирал такой путь, чтобы дойти до меня последней.

Ему это удалось, так