Моя мачеха – иномирянка - Ольга Ивановна Коротаева

Наслаждаясь мнимым могуществом, я прильнула к Кендану, и мужчина нежно обнял меня. Мы молча смотрели на звёзды, и эти минуты стали для меня самыми счастливыми в жизни. Будто всё в этом мире было едино, каждый человек – на своём месте. Цельный пазл, идеальная картина, где не выбивается ни единый мазок. Всё идеально.

Эйфория начала таять вместе с темнотой неба. Когда звёзды утратили свой искристый блеск, Кендан произнёс:

– Приближается час ритуала. Не замёрзла?

Я повела плечами и поняла, что стала зябнуть, когда пламя магии Древних стихло. А ещё осознала, что снова потеряла драгоценное время. Стоит нам с Кенданом остаться наедине, как у меня пропадает желание обсуждать дела.

Нет, не пропадает… а теряет важность по сравнению с другими желаниями. Яркими. Всепоглощающими. Наверное, я действительно влюбилась в фиктивного мужа. А ведь клялась, что подобное больше не повторится. Надо немедленно прийти в себя!

Глянув исподлобья на улыбающегося соэра, я вздрогнула.

Поздно.

Кендан встал, легко поднял и поставил на ноги меня.

– Вернёмся в дом.

– Постой, – запротестовала я и схватила его руку. – Давай немного пройдёмся. Мне нужно кое-что сказать.

– Хорошо, – просто согласился он.

Я старалась шагать быстрее, чтобы согреться. Меня так и подмывало попросить Кендана о поцелуе, хоть в щёчку. Тогда бы я снова наполнилась невероятно приятными ощущениями. И теплом. Но от осознания подобных желаний затылок стягивало льдом страха.

Очень уж это было похоже на зависимость.

Сразу вспомнилась Молари и её отчаянное поведение, когда соэр перестал навещать спальню женщины. Возможно, ломки любовницы были сильнее, ведь они с Кенданом долгое время были близки. Я резко остановилась и посмотрела на мужчину.

Нельзя мне оставаться в этом мире!

– Так о чём ты хотела спросить? – поторопил меня Кендан.

– О ведьме, – серьёзно проговорила я. – Ты сказал, что она стоит за смертью старого конюха. И я не могла не вспомнить о нашей первой встрече. Рэнд принял меня за ведьму и хотел убить. Ты спас меня, взяв в жёны, а после отец Лонси попытался доказать правоту воина. У него не получилось, поскольку вмешался Тартан, который искренне считает меня своей сестрой…

– Так в чём вопрос? – перебил соэр.

Лицо его будто окаменело, взгляд стал холодным и колким. Я повела плечами, но преодолела минутную слабость и не стала отступать. Ещё неизвестно, когда судьба подарит шанс всё прояснить.

Хотя бы между нами.

– Что, если я на самом деле ведьма? – задала я свой самый главный вопрос. – Ты убьёшь меня?

Неожиданно Кендан рассмеялся – весело и искренне. Пожал плечами и, успокоившись, заявил:

– Ты не можешь ею быть.

– Ты явно подозревал меня, – не сдавалась я. – Разрешил лечить дочь, доверившись предсказанию, но всё равно приставил Рэнда следить за фиктивной женой…

Он молча помотал головой, и я вздохнула.

– Пойми, я завела этот разговор не из праздного любопытства. У моего так называемого братца на самом деле есть сестра Констанция. Была… Она очень похожа на меня, и ты можешь убедиться в этом, взглянув на портрет, который стоит у моей кровати. Тартан прибыл сюда, зная, что я появлюсь. И принёс кольцо из моего мира. А приглашённые кузины посланника короля утверждают, что я должна помочь брату отобрать трон. Я не понимаю, как я могу это сделать и при чём здесь ты! А теперь скажи – что, если я на самом деле ведьма?

– Только не ты, – продолжал упорствовать Кендан.

– Да почему ты так уверен? – в отчаянии воскликнула я.

– Потому что я люблю тебя, – было ответом.

Глава 48

Новость ошеломила меня.

Не знаю, что подумал Кендан, когда я, ничего не сказав, молча развернулась и быстро направилась к дому. Я жалела о каждом слове, но ничего нельзя было вернуть назад. Зачем я поцеловала Кендана? Почему позволила себе сблизиться с мужчиной из другого мира? Чужого мира! Здесь ненавидят ведьм. Убивают…

У меня уже не осталось сомнений, что я такая же, как первая Констанция. Да, я не собиралась причинять вред ни девочке, ни её отцу, но кто об этом спросит? Тартан и его кузины ждут от меня решительных действий, Кендан и мысли не допускает о том, что я ведьма. А причина…

О ней лучше не думать.

Она слишком привлекательна. Так и хочется поверить. Кендану и его чувствам. Вот только что произойдёт, когда правда всё же откроется?

Нет-нет! Нельзя этого допускать. У меня сердце разорвётся, если Кендан однажды посмотрит на меня так же, как Рэнд в тот день. Кто угодно, только не он!

Поэтому, пока всё не зашло слишком далеко, нужно исчезнуть.

Но сначала долечить девочку. Убедиться, что Амелота может самостоятельно ходить. А ещё обезвредить Тартана и его сестричек. Как? Вот этим и стоит заняться в первую очередь! Это займёт всё моё время, а заодно отвлечёт от Кендана и нашей усиливающейся связи.

Распахнув дверь, я вздрогнула при виде неподвижного Рэнда, который стоял у порога. Воин явно поджидал нас. Глянув поверх моей головы, он вытянулся в струнку и доложил:

– Я выполнил приказы.

Машинально отметив, что слово «приказ» произнесено во множественном числе, а значит, воин возвращался в замок не только за платьем для девочки, я требовательно раскрыла ладонь.

– Где же чистая одежда Амелоты?

Воин глянул на меня с усмешкой и кивнул на небольшой, но явно увесистый сундучок.

– Здесь, сейра. Куда прикажете отнести?

– Наверх, – уронив руки, сдалась я. Видимо, не удастся отделаться от моей неприятной тени. – Я разбужу кого-нибудь, кто проводит вас.

– Не трудитесь, – раздался знакомый голос, и я обернулась. К нам приближался Вернен, а за ним семенила та самая селянка, которую он увёл ночью. – Лайса покажет, где уложили юную сейру. Здесь просыпаются рано, сейра Стенси. Эти люди привыкли подниматься с рассветом.

– Но он ещё не наступил, – глянув в окно, возразила я.

– Сегодня особенный день, – присев, пролепетала Лайса. Опустив голову, она сминала дрожащими пальцами платье. – День даров Всемогущему Кразю. Уверена, многие в деревне и глаз не сомкнули.

Я невольно поёжилась. Значит, нас с Кенданом могли видеть? А я наивно полагала, что романтическое свидание под звёздами останется лишь в моём сердце. Но показывать смущение не желала, поэтому приподняла подбородок и строго приказала:

– Тогда зови женщин. Я полагаю, мне нужно приготовиться к ритуалу.

Она присела в неуклюжем реверансе, а выпрямившись, подхватила юбку и бросилась к лестнице так, словно за ней гнался Рэнд с