Носитель гена дракона - Лина Леманн

— Давайте быстро, — бурчу на Хельгу, обнимаю себя руками, только представив, что будет, если нас обнаружат.

— Я не могу достать до верхней полки, — без предисловий говорит свекровушка, головой указывая на шкаф с книгами. Там, на самом верху, возле книг лежит маленькая черная коробка, которую и не видно так просто, пока не присмотришься.

— Я со своим ростом тоже не могу, — хмыкаю, оценив расстояние.

— Так на стул встань, — злится Хельга.

— Это как-то кощунственно, — отнекиваюсь, глядя на пурпурного цвета стул с бархатной обивкой. Даже с его помощью я едва ли достану.

— Не бойся, давай быстрее. Нам еще после себя следы подчищать.

Назвался груздем — полезай в кузов.

Тяжело вздохнув, пододвигаю стул, снимаю туфли и забираюсь на него. Лишь кончиками пальцев могу дотянуться до коробки, но мне удается снять ее и даже не свалиться. Внутри на бархатной подушечке лежит золотой кулон с массивным кругом, от которого расходятся лучи солнца.

— Бери его и идем. Коробку на место, — командует Хельга снизу.

Поскольку в платье нет карманов, надеваю кулон на себя и возвращаю коробку. Его вес сильно давит на шею. Кажется, я видела подобные, но не могу вспомнить, где именно.

Спрыгиваю со стула, возвращаю его на место и снимаю кулон, чтобы спрятать его в складках платья. Хочу быстрее убраться отсюда и уже в спокойной обстановке задать Хельге все интересующие вопросы.

Выключаю свет, снова оказываемся в давящей мгле. Она такая осязаемая, что холодок по коже пробегает.

Моей руки что-то касается, легко-легко.

— Хельга, это ты меня трогаешь? — спрашиваю дрогнувшим голосом и понимаю: это не может быть она, ведь она намного ниже.

— Нет.

Сердце уходит в пятки и тарахтит где-то внизу. Прикосновение такое явственное и такое легкое, что сомнений нет: в этой комнате есть что-то еще. Но что — я знать не хочу.

Сама открываю дверь, выглядываю.

— Чисто, — сообщаю и буквально выпрыгиваю из комнаты, едва не прищемив Хельге хвост.

— Осторожнее, — шипит она и трусит рядом.

Быстро шагаю по коридору. Щеки пылают, сердце даже не думает униматься.

— Мы же вернем эту штуку?

Отчего-то я уверена, что нет. И Хельга, даже не потратив секунду на раздумья, это подтверждает:

— Вряд ли.

Ох, Кайли, жила себе, никого не трогала. Ну какой дракон дернул в этом все вписаться? Нет, правда, я свою непоседливость уже просто ненавижу. Откуда взялось это шило в моей филейной части? Что мне в деревне не сиделось?

— Если я скажу тебе, что эта вещь моя, ты перестанешь дергаться? — шипит Хельга, когда я захлопываю дверь нашей комнаты.

— Как такое может быть, а? Ты же живешь в Эрьере, вдали от столицы? — в моем голосе проскакивают истерические нотки, я обхватываю себя руками, чтобы успокоиться.

— Я не буду перед тобой отчитываться. Скажу, что этот кулон у меня очень давно украли, — устало отвечает Хельга. — Мы не сделали ничего дурного.

— А если это артефакт? Если по нему меня выследят? Что я тогда скажу?

— Успокойся. Это и есть артефакт. Но когда он встречается с аурой своего истинного владельца, ничего не будет. След теряется.

Чувствую, что чем больше задам вопросов, тем больше мне не понравятся ответы. Поэтому решаю задать только один, ответ на который и так очевиден:

— Ты бывала здесь раньше?

— Да. Но это все, что я тебе скажу на этот счет.

— Мик знает?

— Нет.

Медленно выдыхаю. Хочу встать, но голову пронзает острый приступ боли, и я падаю обратно на кровать.

— Что с тобой, девчонка? — озабоченно интересуется Хельга.

— Мне нужно пройтись… до лекаря, — глухо отзываюсь и выхожу из комнаты.

С каждым шагом боль усиливается, хочется на свежий воздух, но брести получается медленно.

— Кайли? — взволнованный голос Мика вылавливает меня из пелены тумана. Поднимаю глаза и вижу его в конце коридора.

— Мик… — зову, пытаюсь сделать шаг, но ноги меня не слушаются. Падаю, но в последний момент меня подхватывают и прижимают к груди. Твердой груди, надо сказать.

— Кайли, что с тобой? — Мик берет мое лицо в ладони, всматривается в глаза. — Ты себя плохо чувствуешь?

— Просто ужасно, — выдавливаю.

— Пойдем к целителям? Явно должен быть дежурный в главном здании.

— Угу, — соглашаюсь и медленно оседаю в руках Мика.

— Так, — недовольно бурчит он, и вдруг мои ноги отрываются от земли. — Держись за шею.

— Ох, я же, наверное, тяжелая? — бубню себе под нос, Мик оставляет это без внимания. Может, не услышал, может, врать не захотел.

Но когда мы пересекли двор и очутились у кабинета целителя, он даже не запыхался.

— Проходите, — отзывается целительница, отложив книгу. — Что случилось?

— Голова… болит, — выдавливаю с трудом. Мик кладет меня на кушетку. Целительница хмурится и простирает надо мной руки, магически сканируя. Даже сквозь пелену я вижу, как мрачнеет ее лицо.

— Чем вы занимались, юная рэнни? — строго спрашивает она, переводя взгляд с меня на Мика и обратно.

Врать мне не хочется, правду я тоже сказать не могу, поэтому не придумываю ничего лучше, кроме как издать жалобный стон.

— А что такое? — с нажимом спрашивает Мик, переключая внимание на себя. Целительница поджимает губы.

— Магический фон не стабилен. Причин может быть много. Такое ощущение, что девушка подверглась серьезному менталисткому вторжению. Ну или баловалась магией не своего уровня.

— Вы можете чем-нибудь помочь?

— С последствием второго — да, безусловно, а вот что касаемо первого… Если менталист получил лазейку, значит может попытаться вновь залезть в вашу голову, дорогая, и боль вернется. Я могу наложить заклинание защиты, но эта мера временная, надо будет искоренять вторженца. Максимум, что вы поймете с моей защитой — при воздействии менталиста на вас, в голову будут бить молоточки.

— Кайли… — Мик выдыхает мое имя со свистом.

— Готово, — спустя несколько минут говорит целительница, закончив надо мной ритуалы. Наклоняется к шкафу, достает оттуда один пузырек. — Настойка лавандовой мяты поможет избавиться от последствий работы с магией не своего уровня. Принимайте три раза в день, пока не закончится лекарством. Надеюсь, вы, рэнни, сделаете выводы из этой ситуации.

— Идти сможешь? — участливо интересуется Мик, помогая мне встать.

— Вроде.

Делаю шаг и понимаю: на его плечо мне точно нужно опираться. А еще через пару шагов по коридору осознаю, что сил нет вообще.