Показной блеск - Девни Перри

Мое дакотское похмелье становилось все хуже.

— Мы немного отклонились от темы у тебя дома. Обри убрала телефон в сумочку, уделяя мне все свое внимание. — Расскажи мне об этом парне, которого ты встретила в Монтане.

— Ты когда-нибудь встречалась с Дакотой? Он работает у Теи в баре.

Ее глаза превратились в блюдца.

— Черные глаза, темные волосы, обжигающе горячий Дакота?

— Тот самый. — Хотя она забыла милого, доброго и незабываемого. — У нас был роман.

— Ты не устраиваешь интрижек.

— Нет, я не знаю. — У меня были отношения. Всегда. — Но чтобы ты знала, это было хорошо. Мы расстались на хорошей ноте — чего я обычно не делаю.

Я потратила время, которое нам потребовалось, чтобы выпить два бокала вина, рассказывая Обри все о моем пребывании в Монтане. Я рассказала ей о Дакоте и о том, как он показал мне другую сторону мира. Как десять дней его простого образа жизни принесли больше удовлетворения, чем сложная шарада, которую я придумала за свои тридцать два года.

— Как ты думаешь: вы могли бы попробовать что-нибудь на расстоянии? — Спросила Обри.

— Нет. Мы связаны, понимаешь? Но у нас такие разные жизни. Я думаю, мы идеально подходили для интрижки. В долгосрочной перспективе мы, вероятно, закончили бы тем, что возненавидели бы друг друга.

— Что ты собираешься делать?

— Ничего. Что-нибудь. Я просто еще не знаю, что именно.

Мы допили остатки вина, и я взглянула на часы над баром.

— Уже поздно. Думаю, мне лучше позволить тебе вернуться домой. У тебя, наверное, ранние утренние встречи.

Обри улыбнулась, а не застонала, как застонала бы я при мысли о том, что мне придется вставать в пять, чтобы к шести быть на работе.

— Наверное, это хорошая идея. Я устала.

Мы вышли из-за стола, оставив немного наличных за выпивку. Затем мы вышли на улицу, на холод, где ее ждал водитель.

Дорога домой была короткой, и я обняла Обри на прощание с заднего сиденья ее машины, прежде чем поспешить внутрь моего здания и подняться наверх. В тот момент, когда дверь пентхауса закрылась за мной, я прислонилась к ней спиной и улыбнулась.

Потому что у меня была сестра.

Она всегда была рядом, но сегодня вечером у меня тоже был друг.

Я достала телефон из сумочки, не задавая вопросов и не сомневаясь в своих действиях, и набрала номер Дакоты.

Мое сердце бешено заколотилось, когда он пропустил первый гудок, потом второй. Когда он не ответил после третьего гудка, я запаниковала, готовая повесить трубку и забыть, что это вообще произошло. Но потом в трубке раздался его голос, и все мои тревоги улетучились.

— Привет.

Этот голос. Я кружилась, пока шла по коридору в свою спальню.

— Привет. Я тебе не мешаю?

— Нет. Я в баре. Он мертв. Я смотрю игру по телевизору, пока не придет время закрываться.

— Ты должен пойти домой.

— Да, — пробормотал он меланхолично. Одиноко.

Он тоже казался с похмелья.

Уголок моего рта приподнялся, радуясь, что у моего страдания была компания.

— Как у тебя дела?

— Прекрасно.

— Это нормально? Что я звоню тебе?

— Да. Я тоже думал о том, чтобы позвонить тебе вчера.

Мое сердце воспарило.

— Странно просто отключаться, не так ли?

— Я думал о том же самом вчера. — Он усмехнулся. — Ты рада быть дома?

— И да, и нет. Я чувствую себя не в своей тарелке, как будто мне нужно что-то изменить.

— Найти свою страсть?

— Что-то вроде того. — Я улыбнулась тому, как хорошо он меня знал.

— Ты позвонишь мне, когда найдешь ее?

Когда я открою свою страсть, человеком, с которым я, несомненно, поговорю в первую очередь, будет Дакота Мэги.

— Рассчитывай на это.

Глава 13

Дакота

Четыре месяца спустя…

— Поздравляю, приятель.

Я чокнулся своей пивной бутылкой с дядиной. — Спасибо.

Мы сидели на заднем крыльце его и Хейзел коттеджа у озера. Снег во дворе наконец-то растаял, обнажив мокрую траву под ним. На другой стороне двора вода из озера плескалась о гравийную береговую линию.

— Пять объектов недвижимости. Горжусь тобой.

Я тоже гордился собой. Зима в Ларк-Коув выдалась чертовски долгой. Недвижимость, на которую я положил глаз еще до Рождества, была самой сложной из всех, которые я когда-либо покупала. Переговоры заняли целую вечность, и продавец чуть не пошел на попятный. Дважды. Но мы, наконец, достигли определенной цены и заключили сделку.

Затем, две недели спустя, я наткнулся на кричащую сделку в объявлениях. Я потратил все свои сбережения, продал все, что мог, из своего подвала и сумел внести первый взнос.

Права на оба места стали моими с разницей в 10 дней. Сегодня утром я подписал бумаги по второму объекту.

Я был уверен на все сто процентов, молясь, чтобы все мои арендаторы оставались на месте в течение следующих двенадцати месяцев, пока я не восстановлю свою подушку сбережений.

Это всегда было захватывающе — нырять в другой дом, не говоря уже о двух. Напряжение нарастало, но эти две покупки были разумными. Каждый из них был худшим домом в хорошем квартале. Я бы вложу в свои инвестиции больше собственных средств, чем когда-либо прежде, но в долгосрочной перспективе это того стоило.

Если бы рынок продолжал расти, как в последние пару лет, я смог бы продать и то, и другое и получить хорошую прибыль.

И мне было бы чем заняться этой весной и летом. Мне до боли хотелось отвлечься.

Последние четыре месяца были долгими и утомительными. Я надеялся, что, сосредоточившись на новых домах, вернусь к нормальной жизни.

Может быть, я бы пережил день без того, чтобы София постоянно всплывала у меня в голове.

— Так что дальше? — спросил Ксавьер.

Я глубоко вздохнул.

— Красить. Много красить. Посмотрим, смогу ли я сделать их обоих пригодными для жизни. Тогда я надеюсь найти пару арендаторов, которые не будут возражать, если я буду вносить обновления, пока они там живут.

— Хороший план.

— Ксавьер? — Позвала Хейзел из кухни.

Мой дядя повернул голову через плечо, глядя на сетчатую дверь, которая вела внутрь с крыльца.

— Да, детка?

— Не могли бы вы разжечь гриль?

— Мы как раз этим занимаемся. — Он встал со стула и подошел к грилю с другой стороны крыльца. На улице все еще было прохладно, но, как и у многих здешних жителей, как только погода поднялась выше нуля, Хейзел и Ксавьер достали гриль.

Они пригласили меня на