Доченька. Десант своих не бросает - Олег Борисов

Далекие звезды закрыла еще одна тень. Но замерзающий человек ее не смог узнать. Что-то новое, черное и бесформенное, протянувшее к нему свои лапы. Железные лапы, тисками схватившие его руки и волокущие куда-то в ад. В беспросветный ад…

* * *

На длинном столе, заваленном разнообразным оборудованием, запищал вызов системы дальней связи. Задремавший было командир спасателей черной молнией метнулся к аппарату.

— Босс, это мы. Эс-Экс вывел нас точно на точку с первого раза. Не поверишь, но мы сняли нашего парня с остатков шлюпа. Буквально с какого-то обломка.

— Как он?! — От неожиданной новости у Когута перехватило горло.

— Плох. Сдохла электрика, и он еле дышит. Кислород был, а вот с электробатареями — труба. Я засунул его в реанимационную камеру, и мы готовимся прыгать назад.

— Что с кораблем?

— Судя по сканерам — остался только этот крупный кусок. Все остальное — в мелкую пыль.

— Возвращайтесь, я подниму людей.

— Босс, я тут что-то задумался. Может мы сначала выслушаем парня? Он может знать о причинах аварии больше нас. Выдерни дока, нашего старого дока с его хитрым чемоданчиком. Пусть откачает нашего снеговика, и потом уже будем решать, кого поднимать по тревоге.

Когут огляделся по сторонам, отметил взглядом необходимое оборудование и кивнул.

— Хорошо. Док будет. Возвращайтесь. И поаккуратнее, без экстрима.

Закончив связь с ушедшим в спасательную операцию шлюпом, мужчина включил систему на поиск нужного абонента и стал расчищать место рядом с одним из стеллажей. Через пять минут блуждания по различным мобильным операторам система поиска радостно заявила о найденном абоненте. После пары гудков экран залили яркие утренние лучи.

— Это кому не спится в такую рань?

— Утро доброе, док. С трудом тебя нашел. Ты с каждым разом маскируешь свой номер все лучше. Скоро отшельника не смогут найти не только родственники, но и друзья.

— О, старый знакомый. Не можешь удержаться, чтобы не побеспокоить пенсионера.

— Увы, лучшие из лучших не смогут отдохнуть и на пенсии.

Маленький старичок в белой панаме тихо засмеялся.

— Подлиза, вечно ты меня в краску вгоняешь.

— Док, ты где сейчас?

— Собрался на рыбалку. Постарался уехать подальше от любимой больницы. А то ведь они тоже ни свет ни заря звонили, будили старика.

— Где именно сейчас ловится твоя рыба?

— На луже, что по недоразумению называют Арланским большим прудом.

— Значит, это полчаса лету от меня.

Старик замолчал, спокойно разглядывая мужчину, раскладывающего различные приспособления рядом с опустевшим стеллажом. Потом аккуратно снял панаму и пригладил волосы.

— Сколько?

— Один. Как минимум — обморожение. Возможно — радиационное поражение. Твой комплект оборудования и препараты ребята поднимут прямо сюда.

— Поднимут?

— Да. Второй бокс на орбите. Я пришлю к тебе кого-нибудь из команды, скажи лишь — куда.

— Я никогда не мог сказать тебе «нет». Интересно, почему?

— Потому что потом, когда все кончится, мы с тобой зайдем к нему в гости. И его маленькая дочка скажет нам спасибо.

Старик вздохнул и вернул панаму на место.

— Большая монорельсовая станция рядом с поселком Питлоут. Там еще маркет новый построили не так давно. Я буду рядом с ним, на стоянке. Надеюсь, мой старый флайер твои сорвиголовы не забыли.

— Принято, док. Жду.

* * *

Мокрый от пота навигатор с трудом снимал скафандр. Зашедший в комнату Когут помог ему справиться с застежками.

— Я знаю этот скафандр, сэр. Я готовился к зачету…

— Спокойно, Эс-Экс. После прыжков всегда дезориентация и проблемы с мелкой моторикой. Ты молодец. Я и не мог мечтать, что вы привезете мне живого спасателя.

— Он молодец, сэр. Из остатков проводов и разбитой антенны собрал подобие маяка. Как мы на место попали, я сразу сумел его засечь. А потом ребята выдернули его с обломков. Страшное зрелище, оплавленный кусок и неподвижный скафандр на нем.

Чернокожий гигант крепко взял за плечи молодого парня.

— Сейчас в горячий душ. Потом вместе с ребятами в медблок. Там вас уже ждут. Сутки отдыха. О произошедшем — никому. Я не хочу, чтобы тебя потом тупоголовые чинуши терзали глупыми вопросами. В личном деле ты получишь необходимые отметки о проведенной операции. И я с удовольствием дам тебе отличную характеристику.

Парень замялся.

— Спасибо. Правда, я не ради этого летал.

— Я знаю. Именно поэтому и говорю — ты молодец. И в любое время можешь заглянуть к нам в гости. Своих друзей мы всегда встречаем с радостью.

Когут еще раз похлопал парня по плечу и подтолкнул к клубящейся паром душевой. Из соседней комнаты высунулась мокрая голова Энту.

— А нам по пять капель нальют? Для профилактики?

— Ты же сказал, что вы чистые, дозу не хватанули.

— Ну мало ли.

— Сейчас к медикам втроем отправитесь. Если даже не нальют, Доминик добудет.

Энту расслабленно засмеялся. Похоже, напряжение закончившегося удачно полета начало спадать.

— Да, он точно добудет.

— За Эс-Экс присмотрите, чтобы его там не загрызли люди в халатах. А то им дай волю новенького на зуб попробовать.

— Мировой парень, прикроем. А как там наш путешественник?

— Док колдует. Оживляет потихоньку. Все, я туда, а вы не заставляйте медицину слишком долго ждать.

Когут махнул рукой на прощание и вышел. Пройдя пару слабо освещенных коридоров пустой базы, он попал во вспомогательные помещения рядом со вторым орбитальным боксом. Спасательная служба использовала эту часть базы совместно с карантинной службой в качестве запасной базы для различных операций на орбите.

Сейчас в полупустом помещении несколько ламп заливали ярким светом металлический стеллаж, на котором сидел, сгорбившись, обнаженный человек. К его рукам и ногам тянулись бесконечные трубки, к груди крепились попискивающие медблоки, похожие больше на небольших паучков на тонких ножках. Над багровой спиной склонился старичок, одетый в светло-зеленый комбинезон. Рядом с ним застыл многолапым осьминогом микрохирургический робот. Командир спасателей подошел поближе и с облегчением увидел, как Шранг медленно повернул к нему изможденное лицо. Несмотря на пережитое, глаза спасателя смотрели осмысленно и спокойно.

— Спасибо, шеф. Вы меня выдернули вовремя.

— Нормально. Ты же знаешь, мы своих не бросаем. Чудо, что ты смог собрать маяк.

— Я старался. Очень хотел вернуться.