Неверный. Месть подам горячей - Виктория Королёва

Я ворочалась с боку на бок, пробовала отвлечься, но уснуть не получалось. Мозгу требовался отдых. Вторая бессонная ночь – это слишком, но мысли не давали покоя. Копошились в голове, как муравьи. Деятельные. Мельтешащие.

Марфу и Матвеича держали в подвале в охотничьем домике.

Подвал. Река. Выстрел. Вода смыкается над головой, рука немеет, и я иду ко дну. Нечем дышать. Не выплыть, не спастись.

Мы с Кариной еще совсем девчонки прячемся в подвале от отца, притаились и ждем, когда он перестанет злиться. Над головой по половицам стучат тяжелые шаги.

Подвал!

Вспышка. Озарение.

Я открыла глаза, видимо, все же уснула. Ника рядом не было, в уютном коконе одеяла я осталась одна. За окном горел дневной свет, судя по всему, время близилось к полудню.

Снова закрыла глаза, стараясь превратить озарение в конкретный план, когда встала и пошла в ванную, я уже точно знала, что делать, как вернуть себе свою жизнь и свободу от ненавистного брака.

Ник ни за что на такое не согласится, сначала надо все подготовить, а потом уже рассказать Сабурову и надеяться, что он меня поддержит. Риск был огромный, но так мы могли бы убить всех зайцев разом.

Глава 49

Глава 49

В гостиной кипела работа. Дарлинг что-то объясняла Стасу, Сабуров разговаривал по мобильному. Очевидно, вчера мы не зря сидели до глубокой ночи. Я прислушалась к разговорам, и по губам расползлась коварная улыбка. Маховик раскрутился. Ник с самого утра поднял все свои обширные связи, и головы летели одна за другой. Аресты приводили к все новым сообщникам. От самых верхов до мелких сошек. Сабуров позаботился о том, чтобы даже охранную компанию, которую некогда возглавлял Коломенский, разогнали и прикрыли.

На протяжении нескольких дней телевидение и интернет бурлили обсуждениями о разоблачении криминальной империи. Сеть, раскинувшуюся по стране и перекинувшуюся за ее границы распустили очень быстро, стоило потянуть за правильные ниточки. Вот только все они вели к подставному лицу – Эдуарду Алмазову. На всех документах стояла его подпись.

Даже за фальшивый отчет о моем вскрытии и экспертизе ДНК деньги были переведены с подставной фирмы Алмазова.

Прослушка в доме Ивана была установлена незаконно, и записи нельзя было использовать в суде.

У нас было все и вместе с тем ничего.

За особняком было установлено круглосуточное наблюдение, чтобы Иван не убежал до ареста, который мог и не состояться, потому что все свидетели, как один повторяли одно имя – Эдуард Алмазов. Словно выученный наизусть урок.

Так, работа над моим возвращением превратилась в последний капкан, который мы могли поставить на Ивана.

И нам было не обойтись без помощи человека, которого Иван хотел утопить вместо себя.

На телефон капнуло сообщение от Марфы: «Все готово, Матвеич будет ждать тебя в аэропорту».

«Спасибо, не представляю, чтобы без вас делала. Вылетаю сегодня», - написала, остановившись в дверях кабинета Алмазова.

«Рыбка моя, будь осторожна», - ответила Марфа. Я отключила мобильный и убрала в сумочку, скоро все закончится так или иначе.

Сабуров провел ладонью по моей спине, легко подталкивая вперед.

Полина недовольно нахмурилась, увидев, как мы появились вдвоем. Фыркнула и отошла к окну, демонстративно отвернувшись. Не забыла, что Ник выставил ее из дома на следующее утро после того, как стало понятно, что она не невинная жертва ненавистного жениха, а засланный казачок.

Алмазов бросил на дочь быстрый недовольный взгляд, но ничего ей не сказал, поднялся из-за массивного антикварного стола и протянул руку Сабурову.

- Рад снова с вами встретиться, Николай. Ева, - Алмазов кивнул мне и неуверенно облизнул губы, указал взмахом руки на кресла перед своим столом, - присаживайтесь.

- Спасибо, мы не надолго, - холодно ответил Ник, оставшись стоять. Я подошла к нему, кресло также проигнорировала.

Ник не ответил на рукопожатие, сразу перешел к делу.

- Внизу ждет группа захвата. Это не угроза, я просто констатирую факт, когда мы уйдем, для вас останется только один вариант – принять удар на себя, сесть за Вербицкого в тюрьму до конца жизни, оставив дочь нищей.

Полина снова фыркнула и покачала головой.

Перемена в девушке была разительной, куда только подевались печаль и скромность. Яркий макияж подчеркивал миндалевидные глаза, на губах блестела алая помада, а на лице застыла презрительная гримаска. Сейчас она напоминала злобного хорька, застигнутого за кражей фруктов из сумки зазевавшегося туриста.

Алмазов пожевал губы. В отличие от дочери олигарх выглядел потерянным. Накануне он приезжал к Ивану, требовал, чтобы тот его защитил, отмазал, но муж его просто прогнал. Не для того он готовился все свалить на Алмазова, чтобы затем принять удар на себя.

В офисном здании, принадлежавшем олигарху, царила оглушительная тишина. Сотрудники то ли разбежались, как крысы, то ли Алмазов всех отпустил, в ожидании своей участи.

- Что вы предлагаете? – спросил олигарх, поерзав в черном кожаном кресле с высокой — царской спинкой. Обивка противно скрипнула, будто ногтями царапнули по грифельной доске.

- Папа, не слушай их! Разве ты забыл, что это они все подстроили! – вспылила Полина.

- Заткнись! Просто заткнись, мать твою, - прорычал Алмазов, стер со лба выступивший пот. Безобразно большой алмаз на его пальце сверкнул в лучах полуденного солнца.

Этот камень, как и роскошная мебель, панели из красного дерева, обшивавшие стены, были оплачены кровью, в том числе моей.

- Нам нужны доказательства того, что на самом деле Вербицкий стоял у руля. Уверен, что они у вас есть. Не думаю, что человек с вашей хваткой мог так глупо подставиться. Я знаю, что вы хотели избавиться от Ивана с нашей помощью, подослали Полину, чтобы она дозированно выдавала нам информацию о том, как его уничтожить, но при этом вы остались в стороне. Если вы нам поможете, то я сделаю все, что в моих силах, чтобы срок был адекватным и у вас не отобрали все вплоть до последних трусов. Предложение действует, пока мы здесь.

Ник выждал пару мгновений, но не дождавшись ответа, развернулся и направился к выходу.

Алмазов бросил быстрый взгляд на дочь, снова провел