Рабочий случай - Анастасия Поль

— Отлично, — улыбнулся Минхо, радуясь безоговорочной капитуляции. — Я знал, что он струсит.

— Я думал, мы вечером пообщаемся, а ты быстро уехал, — в голосе слышалось лёгкое и вполне оправданное негодование Кан Джемина.

Ли недовольно заворчал, потому что совсем вылетело из головы. Планы рушились и корректировались на ходу. Впрочем, он ведь знал, что подобное может случиться. А Джемин простит и подождёт.

— Личная жизнь катится ко всем чертям, — максимально информативно ответил Минхо и крепче сжал руль. О большем распространяться не хотелось.

— А я уж думал, ты никогда не женишься, — по старой привычке подначивал друг. — Гаюн до неё ещё не добралась?

— Уже…

— И ты надеешься спасти ситуацию? — явный скепсис, который звучал каждый раз, когда на горизонте появлялась бывшая. Кажется, Кан будет подначивать его до конца их дней, потому что с самого начала предупреждал с ней не связываться.

— Провокация не удалась. Юри всё быстро поняла. Но… меня послали по известному направлению.

— Я бы тоже так сделал, — не сдержавшись, хохотнул мужчина. — Ну а ты?

— Скажу, что там очередь, поэтому приехал.

— В твоём стиле.

— Джемин, давай завтра встретимся, сегодня никак.

— Жду звонка!

Отключившись, Минхо расплылся в довольной улыбке. Всё шло по плану. Долгая стратегия наконец давала свои плоды. Незначительная уловка на совещании: обвинение Кан Джемина в мошенничестве и беседа с адвокатом подтолкнули Джиу к отказу от акций. Минхо бы многое отдал, чтобы увидеть лицо завравшегося учредителя, когда тот узнал, что союзник в лице Джемина оказался на самом деле предателем. Ли-младший даже отцу не говорил, что его лучший друг вовсе не бывший, а, как у разведчиков, «под прикрытием». Благодаря незаурядному уму финансиста их компания заполучила акции, приумножив контрольный пакет и не только. Став конгломератом, у них появилось больше шансов на финансирование и партнёрство, а это ещё больший доход и влияние. А если учесть, что Ли-групп вложили часть акций в торговый центр Джиу, то фактически открыли новый сегмент в бизнесе. Отец бы не одобрил его методов. Этому Минхо научился у Гаюн — играть на чувствах людей и манипулировать ими. Слишком много её отголосков было в нём. Однако за последний год он ощутил свободу. А может, просто стал жёстче и изворотливее. Но она больше не цепляла, как когда-то, и не вызывала никаких чувств. Опустошение. Хотя, скорее, избавление от тяжёлого груза на плечах. Мужчина понял, чего хочет и к чему стремиться. И захватившая его связь с Юри тому доказательство. Быть с девушкой, равной по уму, ценностям и взглядам на жизнь — большего и желать не стоит. Фактор того, что она займётся ещё и управлением нового проекта, отчасти сыграл свою роль. Но так сложились звёзды, да и банальное стечение обстоятельств. Минхо в любом случае не собирался долго скрывать их отношения, и тут представилась прекрасная возможность их раскрыть без ущерба карьере Юри, которой она очень дорожила. Главное во всём этом поговорить с ней и всё объяснить. Но захочет ли она его слушать? Минхо настырный.

На подъезде в город мужчина застрял в пробке. Вереницы машин стояли друг за другом, светя фарами. Бросив взгляд на часы, Ли устало откинулся на сиденье — двадцать минут десятого. Кажется, он тут надолго. Очередная попытка дозвониться до Юри не увенчалась успехом. Она не хотела с ним разговаривать. Даже не сбрасывала, просто не отвечала. И это давало ещё больше поводов для раздумий: она злилась, или уже стало настолько безразлично, что она его заблокировала? Хмуря лоб, он думал набрать ей сообщение, но решил бросить эту затею. Если ему не отвечают, то и читать вряд ли станут. Кажется, лимит везения на этот день был исчерпан.

Поток машин, медленно продвигаясь, сужался вдалеке, пропуская вперёд по одной. У выезда случилась авария. В небольшой грузовик въехала легковушка, но, похоже, никто не пострадал. Мигающие сирены полиции и скорой помощи ярким и неприятным светом слепили глаза. Осторожно объезжая столкнувшиеся машины, мужчина наконец мог дать по газам.

* * *

Глухая неприятная пустота наполняла изнутри, не пуская внутрь ни одной, даже крохотной, эмоции и мысли. Вакуум. В голове будто непробиваемый кокон. Юри зашла в квартиру, скинула обувь у порога и босыми ногами пошлёпала на кухню. Бесцельно открыла и закрыла дверцу холодильника, хотя есть ничего не хотелось, и перешла в комнату. Заправленная кровать, у окна маленький столик, где она работала и ноутбук. Зачем-то открыв и закрыв шкаф с вещами, девушка подошла к окну. Она не знала, куда себя деть. Не знала, как избавиться от этой пустоты. Хотелось бы обвинить во всём Минхо с его тайнами и недомолвками, но он изначально сказал быть готовой к любой провокации. Обижаться на Гаюн? Бывшие, как пиявки, напоследок хотят присосаться, впиваясь побольнее. И вроде бы всё разрешилось, но чувство, будто её всё это время использовали, не покидало. Слёзы тоже будто все высохли разом. Оставалось только смотреть в окно и дать волю этому поглощающему чувству пустоты.

Минхо звонил не один раз. Первые два она просто проигнорировала, а затем и вовсе отключила звук. Не до него. Ей нужно было подумать, переспать со всеми этими мыслями, притаившимися где-то глубоко в чертогах разума.

Поздний звонок в дверь Юри немного напугал и будто отрезвил.

— Это ещё кто? — недовольно пробурчала девушка, лениво подходя и заглядывая в глазок.

Минхо стоял на пороге: взъерошенный и очень уставший. Где-то внутри предательски ёкнуло, но открыть она не захотела. Тяжело вздохнув и медленно сползая спиной по входной двери, девушка присела на корточки и вдруг почувствовала, как по щеке скатилась первая слезинка. Больно. Ей наконец стало больно. Горько, обидно и ненавистно от произошедшего.

Минхо продолжал звонить в дверь, зная, что Юри там. Видел свет в её окне, когда поднимался в подъезде, но не мог достучаться.

— Юри, открой, пожалуйста, нам нужно поговорить, — просьба. Искренняя и взволнованная.

Возможно, мужчина бы так и названивал, если бы его не стали прогонять соседи, которым начал мешать шум. Именно тогда Юри и сдалась.

— Зачем пришёл? — резко распахнула она дверь, смерив его злым взглядом.

— Давай поговорим?

— Вы успокоите свои нравы, молодые люди? Уже двенадцатый час! — возмутилась аджума по соседству, гневно грозя им кулаком.

— Простите нас, — извиняясь, склонился в поясе Минхо и кивнул Юри, чтобы та шла за ним. — Пойдём, на улице поговорим.

— Простите, — так же извинилась Юри и, быстро юркнув внутрь квартиры, прихватила тёплую рубашку.

Они стояли на