Попаданка. Финал - Нина Петровна Ахминеева

Она не решилась рассказать об истинной природе своего «недомогания» ни начальнику, ни коллегам, ни отцу. Боялась. Постоянно и особо не понимая, чего именно.

«Сволочь! Какая же он сволочь! Я для него столько сделала! Да без меня он сдох бы в нашем мире за минуту! Ненавижу, ненавижу! — ее милое личико исказила уродливая гримаса. Нервно схватив с полки первую попавшуюся коробку конфет, девушка кинула ее в корзинку. — Если бы Корольков только знал, что Росс со мной сотворил! Не отдыхал бы сейчас Костичек в горном лагере, а гнил в вонючей камере!»

Боль остро стрельнула под лопатку. Побледнев от испуга, девушка застыла на месте. Дождавшись, когда приступ пройдет, медленно пошла вперед. Остановившись возле витрины с пирожными и тортами, с тоской посмотрела на десерты.

«Скоро тоже стану похожей на бочку. Это Росс во всем виноват. Гад. Ненавижу!» — зло фыркнув, достала большой торт, положила его на конфеты и пошла в сторону отдела с напитками.

Выбирая сок, Ульяна обратила внимание на стоящую неподалеку высокую длинноногую красавицу в шикарном собольем манто. Она задумчиво изучала бутылки с минеральной водой.

Приглядевшись, провидица с изумлением осознала, что это та самая иномирянка.

«А шлюха-то приоделась. Даже у меня такой шубы нет, — черная зависть затопила девичью душу. — Как же я их всех ненавижу!» — чувствуя тупую боль в груди, Сергеева рвано вздохнула.

Ее накрыло жгучее желание хоть как-то навредить удачливой сопернице. Это стремление перекрыло болезненные ощущения, затмило рассудок. Провидица выхватила из кармана пальто мобильный, приложила к уху и достаточно громко сказала:

— Ну и что ты такой нетерпеливый? Росс, я же всего на полчасика ушла, — сделав вид, что приценивается к напиткам, стрельнула глазами на иномирянку. Та явно прислушивалась. — Котичек, какой же ты у меня ненасытный. Всю ночь ведь не спали, — проворковала она. Выдержав паузу, изобразила смущение, чуть тише продолжила: — И я тебя люблю. Все, Росс, не отвлекай. Скоро приду, ставь чайник.

Нажав на отбой, Ульяна мазнула взглядом по окаменевшему лицу блондинистой соперницы.

«Так тебе и надо! Мучайся теперь, тупая курица! — подумала злорадно и торопливо ушла в соседний отдел. — Зря боялась. Проклятие Росса не сработало. Я его перехитрила!»

Она счастливо хихикнула, а через миг нестерпимая жгучая боль пронзила ей грудь, спину, левую руку. Хватая ртом воздух, провидица осела на пол. Будто издалека услышала испуганный женский вскрик.

— А ну, не сметь мне тут помирать! — потребовал какой-то мужчина. Хлесткая пощечина обожгла ей щеку. — Скорая уже едет. Давай, разговаривай со мной! — усевшись рядом, незнакомец приподнял хрупкую девушку, прислонил к себе.

Хрипло дыша, Ульяна прошептала:

— Ну его на фиг. Больше никогда не вспомню ни о нем, ни о ней.

* * *

Это же время

Костя и эта девочка — любовники. Поверить не могу.

С трудом сбросив оцепенение, обнаружила, что излишне сильно сжимаю стеклянную бутылку с водой. Чуть ослабила хватку и направилась к кассе. Встала в хвост очереди, глядя перед собой, но ничего не видя и не слыша.

Как же так? Этого не может быть. Просто не может.

Неверие сменилось мучительной душевной болью. Пытаясь хоть как-то ее облегчить, воткнула ногти в ладонь.

За что он так со мной? За что⁈ Это подло!

Боль вернула в реальность и позволила заметить суетливую беготню продавцов. Из разговоров покупателей выяснилось, что кому-то в зале стало плохо.

И мне хреново. Правда, врачи здесь бессильны. Нет у них таблеток для меня.

Расплатившись, вышла на улицу. Холодный порыв ветра обжег кожу, растрепал волосы. В душе стремительно разрасталась гигантская черная дыра.

Он никогда не говорил мне, что любит. А ей сказал.

Двигаясь на автомате, подошла к машине. Села на прежнее место, отдала Али минералку. В салоне работал обогрев, но отчего-то стало нестерпимо холодно.

Князь положил бутылочку на колени, пристально посмотрел на меня.

— Звездочка, что-то случилось?

Отрицательно покачала головой.

— Нет, — застегнула ремень безопасности и уточнила: — Все нормально?

— Да, — Гоев, словно невзначай, потер запястье с браслетом.

— Отлично, — положила затылок на подголовник, опустила веки и почувствовала, как мерседес поехал.

Сидя неподвижно, я точно так же, как и после той встречи в кинотеатре, пыталась найти другое объяснение. А если девчонка разыграла предо мной спектакль? Вдруг это банальная женская месть?

Не открывая глаз, кривовато усмехнулась.

Заманчиво, но нет. Девушка не осведомлена о наших отношениях с Россом, не знает, как я выгляжу. Ей не за что мстить. Да и вряд ли опытный мужчина разоткровенничался с юной красоткой до такой степени, что показал меня у кинотеатра.

Как бы ни было больно, против истины не пойдешь: Константин Александрович нашел себе новую даму сердца. Что же, совет им да любовь. Да, для меня это удар ниже пояса, но есть дела поважнее, чем страдать из-за предательства любимого человека.

Худо-бедно совладав с эмоциями, прислушалась к разговору мужчин. Французы сразу после посещения пушного комплекса собирались отметить удачную сделку ужином в ресторане. И уже ночью они улетают.

У Гоева и правда все идет как надо. Рада за него.

Где-то на подсознании вновь шевельнулось предчувствие беды. В любой момент смерть может прийти к кому-то из тех, кто мне дорог. Но над кем же зависла угроза? Не имею представления.

Погасив на корню панику, перевела взгляд в окно. Вдоль обочины замаячили девятиэтажки. Мы въезжали в Подольск. Краем глаза заметила, как Али передает французам так и не открытую бутылку с водой.

Один из меховщиков довольным тоном произнес:

— Bonne eau. Ma mère aime Borjomi!

«Отличная вода. Моя мама любит боржоми», — мысленно перевела фразу. И закаменела от шока. Знакомый холодок пробежал между лопаток. Я наконец-то поняла: самый близкий и родной человек может умереть. И не через несколько лет, как было в той, прошлой жизни, а прямо сейчас.

Мамочка, родная моя. Думала, беда случится с кем угодно, но только не с ней. Никудышная я дочь.

Самообладание удалось сохранить исключительно усилием воли. Я нацепила на лицо маску невозмутимости и