Держи врага ближе - Хэйли Джейкобс

Эштон приподнимает брови.

Оп, кажется, верит. Хм, если разбавить ложь правдой, то получится не такое уж и наглое вранье. Надо запомнить.

- До сих пор не могу поверить, что подобное местечко существует! И это в каких-то нескольких кварталах от центра столицы нашей родины!

- Что капитан синих рыцарей мог там забыть? – резонно задается вопросом Эштон.

- Говорит, мол Арена как магнит притягивает всяких жуликов и подлецов, вот он там их и ловит.

Главный герой продолжает есть, молча обдумывая полученную информацию.

- Но… - наклоняюсь через стол ближе, и давлю улыбку. – Ты действительно в таком месте…

Эштон отводит взгляд, как будто ему неловко, но потом возвращает его обратно и хмурится.

- Приюту приходится туго. Деньги есть деньги, и я не благородный дворянин, чтобы блюсти честь, которой нет.

Какое-то время мы едим молча.

- Никогда не встречала такого высоконравного и бескорыстного человека! Вот я бы на подобное ни за что не отважилась, какую бы нужду не испытывала! Ты просто поразителен! – не скуплюсь на искренние комплименты в адрес однокурсника.

- …

- Ничего не замечаешь? – в моем голосе сквозит детское нетерпение.

Эштон и бровью не ведет.

- Даже этого не понимаешь, - качаю неодобрительно головой. – Я же хвалю тебя, пытаюсь сблизиться.

- Что пытаешься сделать?!

Озаряю недоумевающего врага вдохновляющей улыбкой:

- Эш, давай дружить! Мы ведь уже такие хорошие приятели!

- Мы не приятели.

Обдумываю и киваю.

- Верно. Мы – товарищи.

Эйдж качает головой и закатывает глаза, он почти улыбнулся. Успех!

- Ну чего ты занудствуешь, в дружбе со мной множество плюсов.

- Каких например?

Откидываюсь на спинку стула и принимаюсь загибать пальцы.

- Я очень верный друг. И очень богатый. Тебе точно не нужно будет шастать под покровом ночи по трущобам. И секреты хранить умею. Что еще? М-м-м…

Колокольчик над входной дверью ресторации звенит и машинально мы оба смотрим, кто вошел внутрь.

Вся веселость уходит прочь. Ледяные глаза Престона прожигают во мне дыру. Бросив на неповинного ни в чем Эйджа полный презрения взгляд, он уходит вглубь заведения, за пределы поля зрения.

Поднимаюсь на ноги:

- Мне нужно в туалет…

Эйдж ничего не говорит, но я и не жду от него ответа, поворачиваюсь спиной и иду прочь.

В узком коридоре, где находятся двери в уборные и подсобку, мужчина возрастом немного за тридцать, в идеальном с иголочки черном камзоле и с зализанной назад прической, со скрещенными на груди руками, нетерпеливо топает ногой.

- Надо же! Сам помощник первого заместителя премьер-министра, какими судьбами?

Престон окидывает меня яростным взглядом и без предупреждения залепляет хлесткую пощечину.

Это последний раз, когда он осмелится распустить свои руки. Считает, что мне некому жаловаться, потому что его начальник и мой папаша в одном лице предпочитает закрывать на эти мелочи глаза? Еще посмотрим.

- Ауч, - массирую пульсирующую от боли щеку ладонью, расползаясь в едкой усмешке. – Долго ждал?

Удивительно, как он меня вообще нашел. Однако, все складывается удачно.

- Дрянная девка! Думаешь, что тебе все позволено?! – шипит словно ядовитый змей папочкин прихвостень.

- А ты?

- Как узнала о ребенке виконтессы Мириам? Кто еще в курсе?

Вот что интересует отца. Тема прошлого нашего с ним разговора вне сомнений произвела на него глубокое впечатление.

Делаю невинное выражение лица.

- Вероятно, хозяйка борделя, это же ее идея. Видел того сладенького мальчика-донора семени? Как он – похож на отца?

В глазах Престона загораются искры. Он возвышается надо мной и приближается практически вплотную. Если в этот тихий закуток возле туалета кто-нибудь войдет, то поймет все неправильно.

- Что ты себе позволяешь, Вивиан? Спуталась с каким-то безродным попрошайкой и осмелилась притащить его в заведение мадам Ланкастер, самой прожженной сплетницы империи, находиться с ним наедине, интимно общаться и смеяться. Вас мог кто угодно увидеть с улицы через витрину! Не говоря уже о местном языкастом персонале… Я не собираюсь тебя прикрывать. Не боишься последствий?

Облизываю губы и шепчу томно:

- Нисколько. Я их жажду.

Подаюсь ближе, и когда лицо правой руки господина Велфорда приобретает нотки вожделения и похоти, резко поднимаю колено, целясь в стратегически слабое мужское место.

- Что ты мне сделаешь? Заставишь? Как? – изгибаю губы в холодной усмешке, взирая на скрючившегося на полу Престона, держащегося за свой пах. – Погляди, какой ты жалкий. Еще раз приблизишься ко мне – отрежу то, чем ты так отчаянно пытался потереться о мое бедро. Мерзость, фу таким быть…

Перешагиваю через мужские ноги, у барной стойки расплачиваюсь за еду с притихшим официантом – он точно что-то слышал, немудрено, в таком-то заведении, хе-хе – хитро подмигиваю, оставляю щедрые чаевые свидетелю зреющего скандала, забираю пакет, который заказала перед разговором, и возвращаюсь к ожидающему за столиком Эйджу.

- Ты все? Пойдем?

Эштон хмуро вглядывается в мое лицо и молча поднимается.

Дарргов Престон, сбил весь настрой.

- Этот мужчина...- прерывает тишину мой спутник, вырывая из пучины нерадостных мыслей .

В пятницу центр столицы оживает. Вокруг снуют люди, торговцы и лавочники громко завлекают покупателей, отовсюду доносится какофония звуков, запахов и цветов. И тем не менее мое внимание почти полностью сосредоточено на человеке, идущем рядом.

Мы сворачиваем с шумной улицы в более тихий переулок.

- Секретарь моего брата, - объясняю коротко, языком массируя изнутри саднящую щеку.

- Он…

- Что?

Эйдж хмурится, останавливая цепкий серый взгляд на моем лице, и опять закрывается, отворачиваясь:

- Ничего.

Сказать друг другу нам больше нечего.

- Тетя Марила говорила, что