Пленительная мелодия - Джейн Даймонд

Но я сосредоточился на поцелуе.

Охрененное начало, верно?

Но затем ее рука скользнула по моей груди и поймала сосок через футболку, ее ногти царапнули меня, когда она сжала его… Меня захлестнул поток чистого секса, и все остальные мысли вылетели из головы.

За считаные секунды я стянул с нее свитер, задрал майку и обнажил грудь. На ней не было лифчика.

Я заглянул в ее большие, темные, красивые и… похотливые глаза.

– Броуди… – выдохнула она.

Я провел рукой по ее изгибам и поцеловал ее шею… выпуклости ее полных, округлых грудей. Затем взял в рот ее твердые соски и облизал эти покрасневшие розовые кончики, пока она тихо дышала. Сначала я двигался медленно, мое сердцебиение бешено колотилось во мне, заставляя меня поторопиться. Мой член пульсировал. Я чувствовал, как она нагревается от моих прикосновений… слышал, как ее дыхание учащается, смягчается, становится более отчаянным. Она тоже этого хочет.

Надеюсь.

Если нет… я смирюсь и просто умру. Избавлю себя от этих гребаных страданий.

Если она еще раз отвернется от меня… снова уйдет… Я, черт возьми, этого не вынесу.

Затем последовали ее меховые тапочки и легинсы. Прочь. На ней было что-то вроде топа и кружевных трусиков, и как бы мне ни хотелось облапать ее, я вспомнил о холоде и прикрыл ее своим телом.

Она не жаловалась.

Она обвила меня руками и притянула к себе. Я поцеловал ее снова, глубоко, прижавшись к ней бедрами, потому что, черт возьми, ничего не мог с собой поделать. Я старался не шевелиться, успокоить эту чертовку и просто позволить ей немного повести за собой, позволить ей прижаться ко мне, чтобы я был уверен в том, чего она хочет. Но то, чего она хотела, было чертовски ясно, когда она раздвинула ноги и потерлась киской о мой член.

Я беспокойно заерзал, борясь с желанием взять ее, просто трахнуть прямо через эти кружевные трусики. Я вспотел… меня почти трясло, когда я сдерживался. Я никогда еще не сходил с ума от желания.

По крайней мере… до тех пор, как в моей постели не оказалась она.

Да. Мы продолжали в том же духе, и я был примерно в тридцати секундах от того, чтобы кончить в штаны, как гребаный мальчишка. Как будто я пришел к ней, когда мне было двадцать два, а ей семнадцать, и мы тайком кувыркались в моей постели посреди ночи. Я кончал, едва касаясь ее языком.

Только в тот раз я был полностью одет и не сказал ей, что излился, я чертовски боялся, что отпугну ее. Тупо, да?

И вот я, тридцатилетний, снова обжимаюсь с ней, тайно, и она довела меня до того, что я был готов взорваться… хотя на этот раз она начала расстегивать мои джинсы.

– Броуди, – выдохнула она мне в губы. – Я хочу, чтобы ты кончил…

Я отстранился от ее ищущих рук. Если она вытащит мой член, все закончится.

– Да, милая. Сначала ты. – Я поцеловал ее обнаженный живот, двигаясь вниз по телу. – Я хочу попробовать тебя на вкус.

Я посмотрел на ее лицо, когда добрался до трусиков. Она смотрела на меня так, словно никогда в жизни не хотела ничего большего; как будто она была в нескольких секундах от взрыва вожделения, независимо от того, прикоснусь я к ней или нет.

Она выглядела так, как себя чувствовал я.

Мои яйца напряглись, когда я спустил кружевные трусики с ее бедер, и я впервые увидел ее прекрасную киску. Впрочем, в ней все прекрасно. Она извивалась в предвкушении, когда я дышал на нее. Мой язык нащупал ее сладость, скользкую, влажную и нежную, и я невольно застонал, когда провел пальцем вверх, впервые ощутив вкус ее розовой плоти.

– Ты кончишь, – сказал я ей, снова встречаясь с ней взглядом, – и я следом за тобой.

– Броуди… да… – застонала она, и я погрузился глубже, в горячую и влажную, ожидающую меня киску. Я попробовал ее на вкус внутри и снаружи, а когда лизнул клитор, она кончила. Джесса вскрикнула, схватив меня за волосы, и удерживала меня там, пока я брал ее в рот.

Я посасывал ее, сильно, затем нежно ласкал, наблюдая за ее реакцией… и когда она кончила – выгнув спину и тяжело дыша… затем рухнула на диван, расслабившись, – я почувствовал, как рушатся стены вокруг нас. Что-то открылось в ней, когда она посмотрела на меня.

Джесса слегка дернулась, когда я снова лизнул ее, и я почувствовал, как она смягчилась… ее большие карие глаза наблюдали за мной.

– Иди сюда, – сказала она, дыша тихо и часто.

Я подполз к ней; ее голова была откинута на подушку, длинные волосы рассыпались по плечам, и она смотрела на меня так, как смотрела раньше, давным-давно. Так на меня никогда не смотрела ни одна женщина… как будто я был единственным мужчиной, который что-то значил.

Ее мужчиной.

Она протянула руку, обхватила мой член по всей длине в джинсах и, сильно сжав, принялась поглаживать вверх-вниз.

– Джесса… черт, я на грани, – удалось мне сказать, пока мы целовались в отчаянном, неуклюжем исступлении. Она возилась со мной, с моей ширинкой, что только заставляло член дергаться и напрячься… – Черт… Я даже не могу… – Но она расстегнула мои джинсы и отодвинула в сторону нижнее белье.

Она нежно ласкала меня, сводя с ума, и извивалась подо мной, словно не могла насытиться.

– Ах… черт. – Я с шипением выдохнул сквозь зубы, пока она продолжала поглаживать меня. Я навис над ней, опираясь на локти. Я желал упасть, но не знал, как она отнесется к тому, что я растекусь спермой между нами. Потом она накрыла мой рот своим, скользнула языком между моих губ, и мы снова принялись целоваться в темноте, как парочка детей, пока все остальные веселились.

Как будто мы продолжили с того места, на котором остановились.

Я провел рукой вниз и растер сперму о ее живот. Она застонала в ответ на наш поцелуй, как будто ей это нравилось, поэтому я размазал сперму у нее между ног. Затем она приподняла бедра мне навстречу, и я позволил своим влажным пальцам скользнуть внутрь нее. Я не планировал этого делать и не думал о том, что делаю. Это произошло само собой, стоило моему телу откликнуться на ее сладкую мягкость, наполненную теплом и желанием.

– Дай мне, – прошептала она, оседлав мои пальцы. – Всего себя. – Она сжала мой член в своей руке и прошептала: – Я хочу тебя всего.

Я все еще был наполовину возбужден, поэтому дал ей это сделать, когда она раздвинула свои бедра и обвилась вокруг меня. Иисус… настолько туго.

Горячо. Сладко. Мокро.

Мой пульс бешено колотился в мозгу, и где-то на задворках сознания промелькнула мысль о презервативе. Затем Джесса схватила меня за задницу, притягивая еще глубже, и все мысли исчезли – мне стало все равно. Я поцеловал ее… несколько раз вошел, пока она не приняла меня целиком. Потом я лежал неподвижно, мой член пульсировал, втиснутый в ее тугую, скользкую плоть, и у меня перехватывало дыхание.

– Броуди… это было…

– Не говори этого, принцесса, – сказал я ей, опуская ее бедра и вжимаясь в нее. – Не говори так, будто все кончено… – Я вошел в нее еще несколько раз, просто наслаждаясь ощущением ее тела, когда мой член снова воспрянул духом, а затем стал твердым и трахнул ее