Не делай добра - Мари Секстон

Чарли продолжал толкаться. Он продолжал двигать бедрами, входя глубоко, стараясь двигаться не слишком быстро, стараясь сдерживаться, а не рваться вперед, к собственному оргазму. Он обхватил член Джонаса пальцами правой руки. Он не стал бы использовать его, чтобы прикоснуться к кончику Джонаса или к стержню, но это было достаточно безопасно, чтобы погладить эрекцию Джонаса. Левой рукой он продолжал двигать в такт толчкам, туда-сюда, туда-сюда, подстегиваемый непрерывным потоком слов из уст Джонаса.

- О Боже, о Боже, о Боже, о Боже...

Это было ошеломительно, не просто трахать Джонаса, но и видеть его возбуждение и слышать его реакцию на удовольствие. Слушать его задыхающийся, прерывистый голос. Его отчаяние было почти осязаемым, когда он плакал и хныкал, вырываясь из пут.

- О Боже, о Боже, папочка, да, да, да...

Чарли двигался быстрее, яростно трахая Джонаса. Кровать заскрипела. Изголовье кровати снова и снова врезалось в стену. Их тела соприкасались, когда Чарли ускорялся, каждый толчок был сильнее предыдущего. Он ничего не мог с собой поделать. Крики Джонаса становились все громче, все более задыхающимися, все более отрывистыми, теперь это были уже не столько слова, сколько отчаянные животные звуки, вырывавшиеся из его горла с каждым толчком члена Чарли, пока он не напрягся, выгибая спину и открывая рот, как будто хотел закричать, но не издал ни звука.

Затаив дыхание, как он часто делал, когда кончал.

Чарли вытащил стержень.

Оргазм Джонаса прорвался наружу, и Чарли взревел от облегчения, когда перестал бороться с собственной кульминацией. Джонас хватал ртом воздух, почти задыхаясь, все еще борясь со своими путами, когда его оргазм ослаб, прежде чем, наконец, обмякнуть на простынях.

- Боже мой, Чарли. У меня даже слов нет, чтобы описать, насколько это было сильно.

Чарли вытер Джонаса полотенцем, прежде чем развязать ему руки. Запястья Джонаса саднили от того, что он натягивал веревку, и сердце Чарли немного упало.

- Может, в следующий раз мне не стоит тебя связывать.

Джонас, затаив дыхание, рассмеялся.

- Даже не говори таких вещей.

- Но твои запястья...

- Я даже не чувствую, когда это происходит. Я не хотел их дергать. Не то чтобы я хотел освободиться. - Его голос звучал счастливо и удовлетворенно. - Что-то в том, что ты в ловушке, делает это еще более возбуждающим. А теперь ты ведешь себя как большой негодяй и угрожаешь отнять это у меня.

Чарли рассмеялся и отложил все дела в сторону, чтобы разобраться с ними позже. Ему нужно было простерилизовать зондирующий стержень и убрать все остальное. Но сейчас он хотел только одного - лечь с Джонасом.

- Отлично. Мы все сделаем по-твоему.

- Хорошо. Не нужно ничего менять. - Джонас прижался к Чарли, демонстративно касаясь его талии обеими руками. - Все, что угодно. Ты слышишь меня? Я думаю, ты идеален во всех отношениях.

Чарли подавил желание возразить. Джонасу он нравился таким, какой был. В любом случае, это было единственное, что имело значение.

***

За день до свадьбы Чарли позвонили, чего он никак не ожидал.

- Чарли? Это Кармен Андино, мама Грея.

- О. Верно. - Он, конечно, встречался с Кармен, но не видел ее несколько лет. Она ему нравилась, но не настолько, чтобы общаться с остальными членами семьи Грея в течение длительного периода времени. - Как дела?

- Хорошо. Я подумала, не хочешь ли ты встретиться со мной и выпить чего-нибудь.

Полчаса спустя Чарли приехал в «Тап Хаус». Кармен была явно одета для работы, в костюм, юбку до колен и туфли на низком каблуке, ее густые темные волосы были собраны сзади в конский хвост.

Она уже была в баре. Она потягивала пиво, пока Чарли пробовал то, которое она купила для него, что-то гораздо более легкое, чем то, что он обычно пил, но неплохое.

- Это нормально - вести дела в баре?

Она рассмеялась.

- Определенно нет. Но, как оказалось, окружной прокурор не имеет к тебе никакого отношения.

- Что вы имеете в виду?

Она вздохнула, неохотно отставляя пиво в сторону, как будто предпочла бы продолжать пить, чем тратить время на рабочие дела.

- Сегодня я встречалась с офицером Мерфи, чтобы узнать, как продвигается его дело против тебя и достаточно ли улик для предъявления обвинений.

- И что?

- Он придурок. Я почти уверена, что он преследует тебя только потому, что не может преследовать Грея.

- Он упомянул что-то о том, что Грей больше не может мне помогать.

Она кивнула.

- За последние десять лет поступило еще три сообщения. В каждом случае Грей был офицером, ответственным за расследование. В каждом сообщении говорилось, что он допрашивал тебя и не нашел никаких доказательств незаконной деятельности.

Чарли надеялся, что его удивление ничем не выдалось. Грей, по большей части, был полицейским по всем правилам. Он слишком любил свою работу, чтобы рисковать неприятностями. И все же, похоже, он сделал это ради Чарли.

- Думаю, это объясняет, как они смогли получить ордер на обыск.

Она пожала плечами, как будто это не имело для нее никакого значения.

- Мерфи в бешенстве. Он хочет прижать тебя к стенке, и не в шутку. - Она потягивала пиво, загадочно улыбаясь. - Он говорит, что стучался в каждую дверь в вашем районе. Даже белые жители утверждали, что «не умеют говорить по-английски».

Чарли ничего не ответил. Многие из его соседей говорили по-испански, но очень немногие из них вообще не говорили по-английски.

Кармен продолжала говорить.

- Итак, на следующий день он вернулся с испанским переводчиком и снова постучал в двери. Тогда он обнаружил, что большинство из них все-таки говорят по-английски, но по-прежнему не желают разговаривать. Самое большее, что он узнал, это от восьмидесятитрехлетней женщины по имени Агнес, которая рассказала ему, что ты бесплатно дал ей легальный, безрецептурный лосьон с КБД, а затем на очень лаконичном, красочном английском объяснила ему, что именно он может сделать с остальными своими вопросами.

Чарли громко рассмеялся, представив, как у его коллеги-вязальщицы волосы встают дыбом.

- В конце концов, все его дело зависело от формы с энчиладас, приготовленной некой сеньорой Робертой Мальдонадо.

- У меня будут неприятности, если я признаюсь, что энчиладас от Берти - лучшие из всех, что я когда-либо пробовал?

Кармен рассмеялась.

- Мерфи утверждал, что это плата за оказанные услуги. Он, похоже, думал, что, установив «схему оплаты», как он это называл, он