Лиса для Волка - Мишель Анри

— А вдруг? — Его пальцы, как хрупкие бабочки, коснулись ее щеки, прочертили линию подбородка, словно удостоверяясь в реальности ее присутствия.

Вася потянулась к нему, стремясь ощутить кожей каждую мышцу, каждый шрам – летопись его жизни, выгравированную на теле. Их ноги переплелись под одеялом, создавая единый кокон тепла и нежности.

— Я никуда не исчезну, — прошептала она, прижимая ладонь к его груди, прямо над бьющимся сердцем. — Ты же сам сказал – мы дома.

Алекс склонился, и их губы встретились в медленном, тягучем поцелуе, в котором сплетались все невысказанные слова, все обещания и надежды.

За окном океан шептал свои древние истории, чайки кричали вдали, а у подножия холма, внизу, потягивался, просыпаясь, сонный курортный городок. Но здесь, в этом маленьком убежище, время словно замерло, подарив им бесконечность в объятиях этого утра.

— Знаешь, чего я хочу сегодня? — Алекс оторвался от ее губ, и в его глазах плясали озорные искорки.

— Ммм?

— Ничего. Ровным счетом ничего.

Вася рассмеялась, и серебристый звук ее смеха переплелся с мерным плеском волн.

— Тогда нам точно понадобится кофе.

— И завтрак в постель.

— И еще один день.

— И еще одна ночь.

Он снова нашел ее губы, и мир за окном перестал существовать, растворился в этом моменте.

Глава 45

Самолет коснулся полосы мягким толчком, вырывая Васю из зыбкого плена грез. За иллюминатором плескались знакомые московские акварели — серые, размытые дождем, болезненно контрастирующие с лазурной негой мальдивских волн и золотым шепотом пляжей.

Вася потянулась, неосознанно вцепляясь пальцами в подлокотники.

— Не хочу обратно, — прошептала она, зачарованно наблюдая, как капли дождя скользят по стеклу, сплетаясь в мимолетные узоры.

Алекс молча взял ее ладонь в свою. Его большой палец вычертил нежный круг на внутренней стороне запястья — их сокровенный знак, обещавший "все будет хорошо".

— Всего два месяца, — прошептал он, склонившись так близко, что его дыхание коснулось ее щеки, — и мы снова сбежим. На этот раз — в Альпы. Туда, где облака, словно робкие любовники, обвивают горные вершины, а воздух настолько кристален, что кружится голова от счастья.

Лифт бизнес-зала бесшумно скользнул вниз. Распахнувшиеся двери явили привычный пейзаж — водитель с табличкой "Орлов", торопливые пассажиры с лицами, изборожденными усталостью, мерцающие табло с бесконечной каруселью рейсов.

— Мистер Орлов, — водитель сдержанно кивнул, принимая багаж. — Машина ждет.

Дождь окреп, словно решив наверстать упущенное. Алекс укрыл Васю зонтом, помогая ей устроиться в салоне, а затем обернулся, бросив прощальный взгляд на взлетную полосу, тающую в серой пелене.

— Что-то не так? — Вася легонько коснулась его рукава.

Он отрицательно покачал головой, и вокруг глаз прорезались лучики едва заметных морщинок:

— Просто пытаюсь удержать этот миг в памяти. Чтобы знать, куда стремиться.

Черный Mercedes плавно тронулся, унося их сквозь завесу дождя — обратно в мир строгих линий костюмов, бесконечных совещаний и чопорных деловых ужинов.

Но теперь в их жизни сиял маяк — место, где время теряло свою власть.

Их маленький рай.

Который терпеливо ждал их возвращения.

Которому не нужны были ни слова, ни клятвы — лишь их сердца, бьющиеся в унисон.

Свадебные хлопоты

Осенняя Москва встретила их зябким дыханием ветра и неугомонным ритмом жизни. Едва переступив порог, Вася, словно нырнув в омут с головой, отдалась предсвадебной круговерти, превратив их квартиру в кипящий штаб подготовки к торжеству.

7:30 утра

Алекса разбудил треск рвущейся упаковки. Вася, восседая посреди кровати с ноутбуком, словно с боевым знаменем, на коленях, лихорадочно сравнивала три оттенка свадебных салфеток.

— Представляешь, какая наглость! — воскликнула она, потрясая перед его сонным лицом фотографией букета. — Вместо утонченных калл, которые мы выстрадали целый месяц, он предлагает каких-то плебейских пионов с эвкалиптом!

Алекс, протирая глаза, пытался вынырнуть из сонного забытья. Названия цветов роились в голове, превращаясь в бессмысленный гул, но он видел главное — этот неподдельный огонь в ее глазах, что не гас даже под серым московским небом.

10:00 — Дегустация свадебного меню

В изысканном ресторане шеф-повар, словно алхимик, колдовал над пятью вариациями рыбного блюда.

— Это дорадо с цитрусовым эспумом и акцентом трюфельной пены, — провозгласил он торжественно, подавая первую тарелку.

— А это сибас, томленый в шампанском, с рататуем из молочных кабачков, — последовала вторая презентация.

Алекс изо всех сил пытался уловить нюансы, но после третьей пробы палитра вкусов слилась в одно целое.

— Мне все безумно нравится, любимая, — честно признался он, когда Вася потребовала его экспертного вердикта.

— Ты совершенно бесполезен, — вздохнула она, но в уголках глаз плясали озорные искорки.

15:00 — Примерка костюма

Портной, старый кудесник с иголками в зубах, хмурился, сминая ткань на плечах Алекса.

— Вы заметно похудели, мистер Орлов, — проворчал он, выявляя излишки материи. — После ранения, надо полагать?

— Ерунда, к свадьбе форму верну, — подмигнул Алекс, поймав восхищенный взгляд Васи, наблюдавшей за таинством преображения.

19:00 — Встреча с организатором

Молодая женщина с безупречным макияжем разложила перед ними карту рассадки гостей.

— Итак, кульминация вечера: голуби или бабочки в момент вашего первого супружеского