Навечно - Женева Ли

Уходи отсюда, иначе сойдешь с ума, ― сказала она, похлопав меня по руке.

― Что мне делать?

― Мы уже можем идти, или ты хочешь, чтобы Тея отправилась в Венецию одна? ― крикнула Камилла, прерывая нас.

― Ты что-нибудь придумаешь, ― быстро пообещала Жаклин и поспешила присоединиться к остальным женщинам.

― Какое гребаное облегчение. Я просто что-нибудь придумаю, ― пробормотал я себе под нос, глядя, как они уходят.

― Похоже, ты не в восторге от этой встречи, ― сказал Лисандр, подходя и осматривая повреждения, которые я нанес двери. Он присвистнул, подбирая обломок дерева длиной около трех футов. ― Ты собираешься делать это каждый раз, когда она пропадает из твоего поля зрения?

Я свирепо уставился на него, и он поднял руки.

― Просто спросил.

Я вернулся в наши покои, и брат последовал за мной. Я опустился в кресло у камина. Полено треснуло и затрещало, и я снова вздрогнул, вспомнив, что сделал с деревом. Сколько еще раз случится подобное, прежде чем я потеряю контроль над собой? Я был рад, что брат остался, потому что мне нужно было отвлечься.

― Удалось ли тебе узнать что-нибудь еще о проклятии или убийце королев? ― спросил я его.

― Несколько зашифрованных загадок, напоминающих предсказание. ― Он прочитал мне одну.

― Почему древние пророчества не могут быть ясными? ― Я сделала мысленную заметку спросить маму, действительно ли ее ясновидение было таким неопределенным.

― Что бы мы, ученые, делали, если бы нам не нужно было их расшифровывать?

― Ты просидел в библиотеке неделю. ― Я сделал паузу и тщательно обдумал свои слова. ― Как бы я ни ценил твое присутствие здесь, ты можешь уехать… если только у тебя нет другой причины оставаться здесь.

― Сейчас я задаюсь тем же вопросом. ― Он направился прямиком к барной стойке. Взял два стакана и наполнил их из одной из бутылок виски, доставленных вчера. ― Я жажду наказания.

― А наказание, случайно, не носит меч и не считает тебя мудаком? ― Несмотря на мои переживания по поводу Теи, я заметил напряжение между братом и Аурелией.

― Наказание именно так и делает, ― мрачно сказал он, передавая мне бокал и опускаясь в кресло напротив.

Я сдержал желание сказать брату, что он выглядит дерьмово. Я видел его по окончании двухлетних раскопок, и он казался более собранным. Сейчас у него был дикий вид мужчины, доведенного почти до безумия похотью, и мне было интересно, как долго он продержится, прежде чем поддастся влечению к Аурелии.

Или что удерживало его от того, чтобы уже сейчас поддаться ему.

Я поднял свой бокал.

― За женщин, которые сводят нас с ума. Чтобы мы хотя бы в постели доставляли им столько же удовольствия, сколько выводим их из себя в остальное время.

Он кивнул в знак согласия, а затем покачал головой.

― Мне придется найти другой способ порадовать Аурелию.

― Почему? ― спросил я, все еще размышляя над советом Жаклин.

― Серьезно? ― спокойно спросил Лисандр. ― Она же Le Vergine, помнишь?

― Черт. ― Я бросил на него сочувственный взгляд. На самом деле я действительно забыл об этом. ― Это все усложняет.

― Да. ― Он тяжело вздохнул и одним глотком осушил свой бокал. ― И даже если бы она не дала обет или была готова его нарушить…

― Ты будешь привязан. Вот это удача. ― Я прекрасно понимал, в какой жопе он оказался. Я был в таком же положении, когда встретил Тею.

― У тебя все получилось, ― сказал он, словно подбадривая себя.

― Потому что мы умерли, ― напомнил я ему.

Лисандр посмотрел на меня поверх своего пустого бокала.

― Спасибо. Мне стало намного легче.

Я пожал плечами и сделал маленький глоток из своего бокала. Виски обжег горло. Еще один способ отвлечься, в чем я отчаянно нуждался, но сколько мне придется выпить, чтобы я смог игнорировать пустоту внутри?

― Почему бы тебе просто не уйти? Есть другие женщины.

― Правда? ― спросил он глухим голосом. Наши глаза встретились, и я узнал тот затравленный взгляд, который увидел в них. У меня было такое же выражение много раз, пока я боролся со своими чувствами к Тее.

Теперь мы оба чувствовали себя дерьмово, и ничего не могли с этим поделать, сидя без дела.

― Нам нужно убираться отсюда. ― Я встал и кивнул в сторону двери.

― У тебя есть что-нибудь на примете? ― спросил он. ― Или просто всеобщий хаос?

Именно поэтому наша мать не решалась собирать сыновей вместе слишком часто. У нас была склонность создавать проблемы. Именно поэтому я так любил видеться со своими братьями.

― Давай посмотрим. По словам нашей матери, кто-то убил Гвинерву. Мы знаем, что Мордикум затаились, как крысы, где-то в городе. И тот, кто похитил мою пару, тоже где-то здесь. Думаю, мы можем найти себе занятие. ― Я хрустнул шеей, давая волю той части себя, которая хотела бороться, хотела устроить беспредел. На языке остался горький привкус виски, но все, чего я хотел, ― это крови. Почувствовать ее запах. Почувствовать ее на своих руках. Я хотел стать тем бичом, которым был когда-то, и хотел, чтобы все в городе боялись меня. Может быть, это было мое божественное проклятие, призывающее к смерти. К тому же драться было куда веселее, чем сидеть и ждать, когда она вернется. ― Ты в деле?

Лисандр поднялся на ноги, потирая другой рукой сжатый кулак.

― Я всегда готов вынести мусор.

― Пошли.

Моя лучшая подруга была права. Я могу найти другие способы защитить Тею, и начну я с того, что очищу Венецию от одного врага за раз.

В прежние времена мне не нужно было далеко ходить, чтобы найти вампирское логово в Венеции. Кое-что осталось неизменным, особенно в Каннареджо. Магазины уступили место величественным palazzo и квартирам, находящимся в разном состоянии запустения. Крашеные ставни облупились от морского ветра, в семейных ristorantes, заполненных местными жителями, горел свет. Ночной жизни здесь было немного. Ни отелей, ни клубов. Поэтому в этом самом северном районе было меньше всего туристов. Но если путешественник случайно натыкался на Sangue e Denti, бар, обслуживающий сверхъестественных существ, которые бродили по городу, его мрачный внешний вид и массивная металлическая дверь делали свое дело, отпугивая их. Но вампиры, оборотни и фамильяры,