Сказ о снегах - Ксения Лисица

Гусляр одарил его раздражённым взглядом.

– Потому что нам нужно на Буян. Знаете, где это?

– Буян? – Нахмурилась Милолика. – Разве этот остров не просто вымысел?

Крив улыбнулся.

– С нашей стороны слишком неразумно считать его вымыслом. Мы по себе знаем, сколько правды в древних легендах.

– Ну да, – смущённо ответила девушка, – точно.

Ружена взглянула на лисицу, свернувшуюся на её ногах под столом.

– Разве Янтарина не упоминала остров Буян, Древо Жизни и кота Баюна, когда мы были в Нави? Помните, когда на нас напал Борис?

Горецвет кивнул.

– Да и на Буяне, если верить легендам, а мы уже поняли, что верить им можно, находится ещё один проход в Навь.

Венцеслав тут ухватился за эти слова.

– Значит, мы можем выкрасть договор Мрака с нечистью и предоставить его Грому в качестве доказательства.

– Да, – снова кивнул Горецвет, – и остров этот недалеко отсюда. Вот только как нам до него добраться? Единственный способ – по воде, но не один корабль туда не ходит, а своего у нас нет.

Княжич вздохнул.

– Если бы не происшествие в Болотище, мы бы смогли вернуться в Рассветный и снарядить корабль. Но боюсь теперь, когда я вернусь, у семьи ко мне будет слишком много вопросов...

Ружена покачала головой.

– Слишком долго. Мрак наверняка что-нибудь придумает, если сейчас мы промедлим. А потом нам придётся с этим разбираться.

– Он хорош в том чтобы вставлять палки в колёса, – хмыкнул Крив.

Яра, до этого молча слушающая их разговор, встрепенулась.

– Подождите! – Воскликнула она. – Я знаю на чём мы можем добраться до Буяна! Идёмте, я покажу.

Она проворно спустилась по верёвочной лестнице и дождалась пока они, побросав свою еду, присоединятся к ней. Ружене лестница никаких проблем не доставляла: она привыкла доверять свою жизнь нескольким верёвкам и небольшой деревяшке.

Яра повела их прочь от Быстроногого, строго приказав тому оставаться на месте. Ружена не была уверена, может ли изба на оленьих ногах выглядеть разочарованной, но что-то такое в облике Быстроногого явно считывалось.

Спустя почти час они вышли на дальний берег острова. Отсюда и до горизонта, насколько хватало глаз, расстилалась водная гладь. И где-то за ней их ждал остров Буян, Баюн с его загадками и спуск в Навь. Яра драматичным жестом обвела берег и указала вниз.

– Вот он!

Ружена подошла ближе к обрыву и посмотрела вниз. На песке лежала большая лодка. Намного больше той, в которой они приплыли на этот остров, но и до кораблика, даже самого маленького, она не дотягивала. Но вполне могла вместить шестерых человек, лису и змею.

– Что ж, – пробормотал Венцеслав, – надеюсь, эта штука не потонет.

– Она не потонет, – уверила его Яра, – потому что не поплывёт. Она полетит! Это – летучий корабль!

Милолика посмотрела на неё с сомнением.

– Летучий корабль? Как в сказке? – Она перевела взгляд на Крива. – Ну уж это-то не может быть правдой, верно?

Яра, кажется, обиделась.

– Сейчас я вам покажу! – Воскликнула она и принялась быстро спускаться по почти отвесному склону.

Ружена не могла оторвать взгляд от её рыжих волос, пока не убедилась, что та достигла берега целой и невредимой. Тут Янтарина схватила её за подол длинной рубахи и куда-то потянула. Они прошли шагов тридцать, и Ружена увидела, что лиса пытается ей показать.

– Здесь есть тропинка! – Крикнула она остальным. – Можем спуститься, не боясь переломать себе шеи.

Через несколько минут они стояли рядом с лодкой и смотрели, как Яра колдует над ней.

– Готово!

Она спрыгнула на песок, вытянула руки перед собой и что-то забормотала под нос. Ружена почти ожидала, что Милолика права – это уже слишком, ничего не произойдёт. Но вот лодка вздрогнула. Потом ещё раз сильнее и, оторвавшись от земли, зависла в двух локтях над ней.

Яра сияла.

– Вот видите! – Воскликнула она.

Но, похоже, остальные её энтузиазма не разделяли, и Ружена могла их понять. Ведьма может и привыкла рассекать по небу в своей ступе, но никому из них, конечно же, летать ещё никогда не доводилось. Случай в Зубе Великана она решила не считать.

– А это точно безопасно? – Неуверенно спросил Крив. – Он не развалится под нами прямо в полёте?

– Выглядит так, будто развалится, – пробормотал Венцеслав.

– Не развалится, – заверила их Яра, – его держит самый крепкий материал на свете – магия.

День ушёл у них на сборы и следующим утром летучий корабль, нагруженный вещами и людьми, вздрогнув, поднялся в небо и полетел над волнами. Ружена восторженно рассматривала бесконечную синюю гладь внизу и наблюдала, как отдаляется остров, становясь совсем маленьким и в конце концов исчезая вдалеке. Никогда она и помыслить не могла, что что-то подобное ждёт её в жизни.

Впрочем, ликование и новизна быстро исчезли, расплавившись под жестоким солнцем. Никакой тени, чтобы от него укрыться, не было, а они были слишком близко к нему и даже близость воды не помогала. Наоборот, водная гладь как будто специально отражала солнечные лучи прямо им в глаза. Через какое-то время у Ружены разболелась голова. Когда она провела ладонью по волосам, то обнаружила что они обжигающе горячие.

– Эй, Ружена, – позвал её Венцеслав, совсем не по-княжески валяющийся на палубе с закрытыми глазами, – тебе не кажется, что сейчас самое время спасти нас с помощью твоей магии?

Она так и замерла с рукой в волосах. Магия! Она ведь и не подумала, что её можно использовать для чего-то настолько обыденного, как спасение от жары. Ружена привыкла считать её грозной силой (какой она, без сомнения, была), которую приличествует призывать исключительно для чего-то важного.

Теперь главное было не перестараться. Ружена уселась на палубу, скрестив ноги, и закрыла глаза. Ледяной Дождь, покачивающийся на боку в подобие ножен, которые ей смастерила перед «отплытием» Яра, для этого не понадобится.

Она представила ветерок, нежно обвивающий их корабль, подталкивающий его вперёд и возвращающий их измученные жарой тела к жизни. Она представила облака, закрывающие жестокое солнце. Ружена воззвала к магии внутри себя, не уверенная, что у неё получится. Разве не была Морена богиней зимы, холода, ледяных ветров и бушующих метелей? Может, её магия просто не способна сделать то, что хотела от неё Ружена.

Но вот на её лицо легла тень, волосы