Возлюбленная виконта - Луиза Аллен

— Лжец. Вы ведь говорили, что я не красивая.

— Я ошибался. Вы грациозны и очаровательны, но, пылая в моих объятиях, вы просто выше всяких слов, причем это относится к каждой частичке вашего тела.

Он исследовал каждый дюйм ее тела, на нем нет такого места, которого не коснулись бы его уста и руки.

— Скоро я располнею, — жалобно произнесла Белла. — Талия уже расплывается. Только взгляните. — Она легла на спину и провела рукой по изгибу живота. «О боже, как я могла сказать подобную глупость!»

— Вы расцвели, — возразил он ласково, однако ощущение интимной близости, воцарившейся на короткое время, снова исчезло.

Белла устроилась на подушках и накрылась смятым покрывалом. Похоже, не оставалось ничего иного, как сменить тему разговора.

— Расскажите мне о поездке к епископу.

— Епископ проявил понимание. Неодобрительно отозвался о ребенке, но не стал читать нравоучения. Не удивился, когда я рассказал об умственном состоянии вашего отца. Посчитал его письмо несдержанным, если принять во внимание ваше совершеннолетие. Он ничего не сообщит епископу епархии вашего отца и ответит ему, что брак законен и получил его одобрение.

Белла вздохнула. Слава богу! Мысль о возможном скандале и неприятностях, если епископ не проявил бы внимание, лишила ее сна. Если бы только отец приехал сюда и одобрил брак. Белла надеялась, что он проявит безразличие, хотя и не простит ее.

— Затем по вашей просьбе ходил по магазинам, — продолжил Эллиотт, играя ее волосами.

— Я ведь просила образцы тканей, а не нижнее белье и шляпки. — Белла провела пальцами по его груди. — Но они очень милы. Спасибо.

— Всегда рад помочь. А чем вы тут занимались? — В тоне Эллиотта снова почувствовалась сдержанность. Он что-то скрывал от нее.

— Знакомилась с домом, слугами и окрестностями. Побывала в садах. Эллиотт, знаете, Рейф уволил помощников садовника, которые прежде занимались декоративной работой? Старый Джонсон говорит, что они устроились на временные случайные работы, а ему приходится полоть большую часть клумб самому. Нельзя ли снова нанять их на работу?

— Если вам угодно. — Эллиотт все еще смотрел на нее. — И чем еще вы занимались?

— Я посетила Доуэр-Хаус, а в воскресенье ходила в церковь на утреннюю службу. Туда приехал Даниэль. Он говорил, что видел вас в Вустере и поэтому приехал сопровождать меня. — Эллиотт снова поглядел на нее, прикрыв глаза. — Эллиотт, что вы скрываете от меня?

— Видно, я для вас открытая книга. Я отправился в крепость и взглянул на список офицерского состава армии. Не знаю, как сказать мягче, но муж вашей сестры лейтенант Джеймс Халгейт мертв. Он погиб у Витории в августе 1812 года.

— Джеймс? О боже! — Джеймс был таким жизнерадостным, лихим, в это трудно поверить. — Но это произошло почти два года назад. А где сейчас Мег? — Белла смотрела на мужа, будто он фокусник и может найти ответы на все вопросы.

— Простите, не знаю. Я спрашивал командира территориальной армии, с кем связаться в Лондоне, чтобы узнать, какую пенсию назначили вдове. Это можно сделать. Мы найдем ее. Как и вашу вторую сестру. — Эллиотт крепко обнял ее. — Обещаю.

— Спасибо. Вы так добры ко мне, — тихо сказала Белла, прижавшись к его плечу. Ей было жалко Джеймса и тревожно за Мег.

— Арабелла, вы моя жена. Не сомневайтесь, я помогу вам. Ваши сестры теперь члены нашей семьи.

«Нет, я люблю тебя, Арабелла. Я сделаю все ради тебя». — «Ах, Эллиотт. Ты такой добрый, ты так поддерживаешь свою надоедливую жену и ребенка, которого не желаешь».

— Я так рада, что Эллиотт снова вернулся сюда, — говорила Анна Бейнтон.

Обе женщины ехали в экипаже, который все время подпрыгивал на неровной дороге. Обе решили провести день в Вустере и пройтись по магазинам, пока мужья осматривают лесной массив, а затем, как заподозрила Белла, будут отдыхать от семейной жизни. «Бог знает, Эллиотт это заслужил», — подумала она.

Белла улыбнулась Анне. Хорошо, когда есть подруга, которой можно доверять, с которой можно разделить радость о будущем ребенке. Никто не заменит Лину и Мег, но Анна ей понравилась с самого начала. Белла доверяла ей.

— Наверное, Эллиотт не часто приезжал сюда, когда поступил в университет, — сказала она.

— Верно. — Анна сжала губы. — Они с Джоном знают друг друга с детства. Но когда Рейфу досталось наследство, мы видели Эллиотта лишь в Лондоне, и то во время сезона или когда он посещал ферму в Фоссе-Уоррен.

— Вы, конечно, знали Рейфа.

— Не очень. — На лице Анны появилось неодобрительное выражение. — Как соседи. Должна признаться, мне не нравился его образ жизни.

Анна поведала, что снова ждет ребенка. Белла набралась храбрости.

— Можно доверить вам один секрет?

— Какой секрет? — спросила Анна, и на ее лице снова появилась улыбка.

— Можете сказать об этом мистеру Бейнтону, но больше никому.

— Очень хорошо, буду молчать, но говорите, я больше не в силах ждать. — Анна наклонилась к ней. У нее горели глаза.

— Я жду ребенка.

— Как чудесно! — Анна наклонилась и пожала Белле руку. — Должна признать, я догадывалась об этом. Ваша фигура, осмелюсь заметить, изменилась после венчания! Когда появится ребенок?

— В начале декабря.

Полулежа на подушках, Анна застыла. Ее уста округлились, будто она производила расчет в уме.

— Да, боюсь, все произойдет раньше положенного, — призналась Белла.

— Но это ведь очень романтично, тайный любовный роман! И как лихо ведет себя Эллиотт. Вот хитрец!

— Только не вздумайте его дразнить!

Анна улыбнулась и покачала головой.

— Я так боюсь, что пойдут сплетни, когда беременность станет заметна. А это произойдет очень скоро. Мой отец отнесся к этому браку неодобрительно. Он считает, что аристократы лишены моральных устоев. Дела приняли для нас сложный оборот, вот почему мы… почему я сбежала из дома. Моя мама умерла давно, сестры покинули дом, и я… Анна, я была бы очень благодарна вам за совет. Не знаю, что меня ждет, а хочется быть идеальной матерью. — Белла сглотнула, вдруг расчувствовавшись. — Видите ли, я неожиданно рыдаю по любому поводу. Я встревожила Эллиотта, он вызвал врача, а оказалось, это вполне обычное недомогание.

— Ах, дорогая. Конечно, вы можете довериться мне. Мне так повезло. Мать находилась рядом со мной. У моих двух сестер уже есть дети. Но даже тогда приходилось задавать много вопросов. Так вот, мне нужно родить мальчика, а вам — девочку, тогда мы запланируем брак, который станет для них полной неожиданностью. Через двадцать лет мы пошутим над ними!

Возможно, ей лучше всего надеяться, что родится девочка. Конечно, Эллиотт будет любить девочку, а затем и собственного сына, их сына, который станет наследником. Однако родится тот, кто родится. В любом случае ребенка следует любить беззаветно.