Скандальный поцелуй - Джулия Энн Лонг

Синтия не хотела думать о нем, но тем не менее думала о каждом его движении, о каждом его слове и вздохе.

Майлс окинул взглядом комнату, затем посмотрел на нее и тихо проговорил:

— Нет. — В его голосе не было эмоций, но он произнес это слово так, словно был уверен: она знала, что оно означает.

А она действительно знала?

«Это далеко не все», — сказал Майлс прошлым вечером. Но он ошибся, и именно она в этом виновата.

— Я… мне очень жаль. — Синтия не знала, что заставило ее так сказать. Но она сожалела, что не понимала его настроения и что они оба, похоже, страдали.

Она проследила за его взглядом. Он смотрел сейчас не на леди Джорджину, а на леди Мидлбо. А та, перехватив его взгляд, едва заметно кивнула ему. Выражение лица красавицы брюнетки не изменилось, и леди Уиндермир, игравшая с ней в шашки, казалось, ничего не заметила.

Тут Синтия вдруг вспомнила о репликах леди Мидлбо, которые показались ей нелепыми. Об отсутствующем муже, который должен приехать через несколько дней. О точных, до смешного, указаниях, где расположена ее комната.

Сердце Синтии сжалось и похолодело. Она пристально взглянула на Майлса, но тот твердо встретил ее взгляд, затем молча указал на перо и бумагу.

Синтия поняла: он вежливо дал понять, что ему нужно заняться работой.

Она изобразила улыбку и слегка присела, прежде чем направиться к Джорджине и Вайолет, которые сидели напротив друг друга, занятые вышиванием.

Протягивание иглы с ниткой через ткань казалось на редкость умиротворяющим времяпрепровождением, а прокладывание стежков настраивало на философский лад.

Как плетение паутины.

Девушки улыбнулись, приветствуя ее. А Аргоси встал и поклонился; Синтия села рядом с ним, что заставило его просиять. Его радость слегка улучшила ее настроение.

Он снова вытянул перед собой свои длинные ноги, явно красуясь перед ней. И это тоже подействовало на нее как успокоительное. И только сейчас Синтия сообразила, что испытывала стеснение в груди от разговора с Майлсом.

— Она полоумная, — мрачно произнес Джонатан. — Десять детей!.. Это ж надо додуматься.

А… они все еще говорят о цыганах… И Джонатан все еще пребывает в бешенстве.

— Полоумная! — Синтия радостно ухватилась за эту идею и постаралась развить ее. — Признаться, она меня напугала.

— Я так и не понял, что она имела в виду, говоря о пистолетах и крови. — Аргоси оказался слишком проницательным, чтобы клюнуть на подобное объяснение. — И она назвала вас плутовкой. Мне это не доставило удовольствия.

Синтия встревожилась. Но тут же, взглянув на Аргоси, вспомнила, что у него пять сестер, и решила, что его слова — это проявление галантности.

Она сочла нужным улыбнуться, и он одарил ее одной из своих страстных улыбок.

Впрочем, она ни в чем не была до конца уверена, когда дело касалось Аргоси.

— Мы должны быть снисходительны, если она страдает умственным расстройством, — мягко сказала Синтия, мысленно извинившись перед несносной, но, несомненно, одаренной цыганской девушкой. — Представляю, как это ужасно…

— Действительно! — подхватила Джорджина, хотя она и не присутствовала на гадании. — Говорить такие вещи, будучи не в состоянии остановить себя… Да-да, это ужасно!

— По-моему, она просто испорченная девчонка, которой хотелось привлечь к себе внимание, — высказала свое мнение Вайолет.

— Тебе виднее, — поддел ее Джонатан.

Вайолет наморщила носик, но мигом спохватилась, вспомнив о морщинах, и ограничилась тем, что попыталась снова пнуть брата ногой. Джонатан изменил позу, отодвинувшись от нее.

— А насчет утки она попала в точку, — заявил вдруг Аргоси. Он, судя по всему, придавал огромное значение словам цыганки.

Синтия взглянула на Джонатана, и он с улыбкой пожал плечами. По какой-то причине Джонатан симпатизировал ей. В его отношении к ней было что-то братское. Должно быть, его главной чертой — не считая любви к развлечениям — был инстинкт защитника.

— Думаю, что это все глупости, — сказала Синтия.

— Но как же пустая утка? — возразил Аргоси, бросив на нее многозначительный взгляд.

Судя по недоуменным взглядам всех остальных, она была единственной, кому он рассказал об утке с драгоценностями. Синтия не могла не почувствовать себя польщенной.

— Возможно, она просто читает мысли, которые тревожат клиентов. Я слышала о таких вещах.

Глаза Аргоси расширились.

— Я тоже. — Он глубокомысленно кивнул. — Пожалуй, в ваших словах есть смысл.

— Интересно, а каково это — жить на колесах, как цыгане? — проговорила Вайолет мечтательно… — Они все время в пути и объездили всю Англию. Видели столько людей. Цыганка сказала, что я отправлюсь в долгое плавание через океан. Я бы не возражала.

— Цыгане спят в шатрах, — заметил ее брат. — Полагаю, довольно грязных. И едят, сидя на земле вокруг костра.

— Как на пикнике, — радостно вставила леди Джорджина.

— Едва ли, — отозвался Аргоси.

Джорджина в смущении потупилась.

— Зато цыганские юноши стоят этих неудобств, — заявила Синтия, искоса взглянув на Вайолет. — У них такие зеленые глаза…

Аргоси ощетинился. «Немного ревности полезно для здоровья», — решила Синтия.

Джонатан пристально посмотрел на Синтию и с явным неодобрением покачал головой.

Но было слишком поздно.

— А почему я не должна восхищаться цыганскими юношами? — осведомилась Вайолет. — Когда Майлс был в тропиках, у него не было ограничения в экзотических жен… — Она осеклась, вспомнив о Джорджине.

Синтия же посмотрела на мужчину, у которого якобы не было ограничения в экзотических женщинах. Он перестал писать и неподвижно сидел, уставившись в окно.

Джонатан сменил тему, заговорив с Аргоси об акробатах на лошадях, и вскоре они в шутку заспорили о том, из кого из них получился бы лучший акробат, если исходить из их нынешнего мастерства как наездников.

— Завтра табор уезжает, — шепнула Синтия подруге. — Вместе с тем парнем. Чего бы я только не отдала, чтобы сбежать с ними хотя бы ненадолго!

Краем глаза она наблюдала за Майлсом; тот отложил перо и направился к двери как раз в тот момент, когда леди Мидлбо со скучающим видом встала из-за стола.

Их пути пересеклись где-то посередине комнаты. Они помедлили, обменявшись негромкими фразами, произнесенными почти шепотом. Но Синтия, обладавшая острым слухом и отчаянно желавшая знать, что происходит, уловила несколько слов: «завтра», «полночь»… «приду к вам».

Последние слова сопровождались приглушенным смешком леди Мидлбо.

Спустя мгновение они разошлись — словно столкнулись совершенно случайно — и пошли дальше, каждый своей дорогой.