Полночная невеста - Марлен Сьюзон

– Обдумываешь план очередного похищения? – сухо спросил Джером.

Морган пошел ему навстречу, широко улыбаясь. Он двигался медленно, сильно хромая. У Джерома защемило сердце. Он любил брата без памяти.

– Ради Бога, Морган, – набросился он на него, – возьмись наконец за ум, пока тебя и вовсе не убили! За твою поимку уже назначили кругленькую сумму. Теперь схватить тебя – дело времени. Чего ты добиваешься в конце концов – петли?! Ты ограбил слишком много влиятельных людей.

– Все они это заслужили.

– Возможно, но тем более рьяно они кинутся ловить тебя. Кто знает, какие бесчестные ловушки грозят тебе. Эти люди ни перед чем не остановятся. А я даже не смогу тебя защитить.

Морган вдруг неуместно расцвел довольной улыбкой.

– Но ты только подумай, сколько обо мне ходит легенд. Я сам уже слышал с полдюжины баллад про мои подвиги.

– Проклятье, Морган! Мне не нужны легенды о мертвеце. Мне нужен живой брат!

– На твоем месте я давно бы махнул на все рукой. Мало тебе неприятностей? Если бы у тебя был наследник. Настоящий наследник – сын. Ты вряд ли стал бы так печься о моей судьбе.

Слова Моргана сильно задели Джерома:

– Надеюсь, ты шутишь или не понимаешь, что говоришь.

Младший брат улыбнулся:

– Не сердись.

– Морган, бросай поскорее свою опасную игру в Робина Гуда и возвращайся домой, – почти умоляющим тоном сказал Джером.

Вместо ответа Морган спросил:

– А как ты провел эту ночь? Хотя, что я спрашиваю, моя постель была в таком состоянии... – мечтательно протянул он.

– Черт бы тебя побрал за твои выходки, Морган! Как ты посмел? – вскипел Джером. – Как ты мог поступить так со мной? Мой родной брат!

Морган продолжал улыбаться.

– Кто-то ведь должен позаботиться о будущем династии. В прошлый раз, когда ты хотел жениться, мы так и не дождались наследника. А все потому, что дело было пущено на самотек.

– Но, надеюсь, ты понимал, что я не женюсь на Рейчел после того, что она сделала?

– Я бы на твоем месте женился не задумываясь.

– Но я – не ты! Я пока еще в состоянии сам выбрать себе невесту, – забывшись, Джером кричал на брата чуть не во весь голос.

Морган удивленно поднял брови.

– Ну, напугал! Так почему же ты до сих пор этого не сделал, ваше сиятельство? Почему ты все еще не женат?

– Всему свое время, – уже спокойно и даже как-то степенно произнес Джером. – Я сделаю предложение Эмили Хекстабл, как только вернусь в «Королевские Вязы».

Да, но теперь мысль о женитьбе на Эмили кажется ему чуть ли не страшнее Судного дня.

– Ты собираешься сделать предложение этой святоше уже много лет, но и только. Как ты думаешь, почему?

Этот вопрос заставил Джерома задуматься.

– Я скажу тебе почему, – продолжал Морган. -Потому что в глубине своего сердца ты знаешь, что эта лицемерная сушеная вобла до смерти тебе наскучит через пару недель. А еще через неделю ты повесишься на первом дереве, только бы не видеть больше ее лица.

– Я обязан на ней жениться, – сказал Джером упрямо, больше стараясь убедить себя, чем брата.

– Это еще почему? Разве ты ей что-нибудь обещал?

– Нет. Но все ожидают этого, – заявил Джером весьма неуверенно.

Эмили старалась держаться подальше от Лондона и довольно часто приезжала в «Королевские Вязы». По правде сказать, ее частые визиты раздражали Джерома. Он думал, что Эмили надеется в скором времени получить от него предложение.

Но Джером все откладывал и откладывал, не задумываясь о причине, пока Морган сам не назвал ее.

– Все женщины мечтают о замужестве и ждут, когда им сделают предложение, – сказал Морган, – но я обещаю тебе, Джером: если ты женишься на Эмили, я никогда не вернусь домой. Гром и молния, женись лучше на Рейчел. Она никогда не наскучит тебе.

«Что верно, то верно», – согласился про себя Джером. Сведет с ума, околдует, доведет до отчаяния или ярости, наставит рога – она сделает с ним все, что угодно, но только не наскучит.

– Рейчел будет тебе прекрасной женой.

– Прекрасной женой? – возмутился Джером. – Эта женщина, которая возбуждает похоть в каждом встречном мужчине.

– Главное, что не наоборот, глупец!

– А может быть, и так, откуда мне знать, – огрызнулся Джером, чувствуя, что теряет такую непоколебимую уверенность в своей правоте.

– Все зависит от женщины, – продолжал увещевать Морган. – Хорошая жена способна обернуть восхищение ею только на пользу своему мужу. А муж, который уверен в жене и любит ее, не должен беспокоиться о ее верности.

– Женщина с красотой Рейчел никогда не сможет удовлетвориться одним мужчиной, – прошипел Джером, выкладывая последние козыри.

– Ты несправедлив к ней. Она совсем не похожа на Клео Маклин и других, подобных ей, взбалмошных лондонских красоток.

– Да, черт возьми, непохожа!

Джером вспомнил прошлую ночь.

– Видел бы ты, как она соблазняла меня вчера.

– Это я ее научил, – гордо сказал Морган. – Эта святая невинность не имела ни малейшего понятия о том, как приступить к столь ответственному делу.

Джером взглянул на брата.

– Проклятие! Ты хочешь сказать, что подучил ее соблазнить меня?

– Конечно, – весело признался Морган. Он явно был в восторге от результатов своего обучения. – Я хотел, чтобы ты взглянул на мир по-другому. Поверь, если бы я не считал Рейчел самой подходящей для тебя женщиной, то ни за что не стал бы заниматься всем этим, тем более в ущерб себе. Ты должен меня благодарить.

– Благодарить?? За что? За то, что ты втянул меня в этот чудовищный скандал? Да я готов тебя убить!

– Ну, положим, этого ты не сделаешь, – невозмутимо сказал Морган.

Джером, пытаясь справиться со своим гневом, посмотрел в сторону Уингейт-Холла. Его дорожная коляска подъехала и остановилась у парадной двери, ожидая его выхода. И вдруг его осенило, он нашел еще довод, и немаловажный:

– Кажется, ты и сам не очень-то доверяешь Рейчел, если не сказал ей своего настоящего имени.

– Буду счастлив, если она его узнает. Она не выдаст меня. Я бы не задумавшись доверил Рейчел и свою жизнь. Впрочем, она уже ее спасла. Если бы не она, меня бы уже не было в живых.

Джером нахмурился.

– О чем ты?

– Когда меня ранили, Рейчел просидела рядом со мной целую ночь, спасая меня от горячки. Она вылечила сотни людей по всей округе. Если ее помощь кому-то нужна, она идет к любому, кто бы он ни был.