Ты умеешь хранить секреты? - Софи Кинселла

— Не ошибалась, — отрезает Джемайма. — Погоди, еще увидишь. Я предвижу беду и несчастья!

Я показываю язык ее удаляющейся спине и начинаю накладывать макияж. Черт, неровно легли тени!

— Который час?

— Без десяти восемь, — отвечает Лиззи. — Как вы собираетесь туда добираться?

— На такси.

Дребезжит звонок, и мы испуганно смотрим друг на друга.

— Он слишком рано! С чего бы это? — удивляется Лиззи. — Странновато как-то.

— Не может быть!

Мы бежим в гостиную, но Лиззи успевает к окну первой.

— О Боже! — шепчет она, глядя на улицу. — Это Коннор.

— Коннор? Какой кошмар! Коннор здесь?

— Держит какую-то коробку. Впустить его?

— Нет! Притворимся, что нас нет дома.

— Поздно. — Лиззи делает гримаску. — Извини, он меня уже видел.

Снова раздается звонок. Мы с беспомощным видом переглядываемся.

— Ладно, я иду вниз.

Дерьмо, дерьмо, дерьмо.

Кубарем скатываюсь вниз и, задыхаясь, открываю дверь. На пороге Коннор с физиономией страдающего за веру мученика.

— Привет. Вот вещи, о которых я говорил. Подумал, вдруг тебе понадобятся.

— Ну… спасибо, — киваю я, хватая коробку. В ней болтается бутылка шампуня и лежит джемпер, которого я в жизни не видела. — Я покопаюсь в шкафу, может, найду еще что-то твое, тогда все принесу в офис, хорошо?

Ставлю коробку на лестницу и быстро поворачиваюсь, чтобы Коннор не подумал, будто я его приглашаю.

— Еще раз спасибо, что не поленился тащить все это.

— Нет проблем, — кивает Коннор с тяжелым вздохом. — Эмма… я тут подумал… может, мы воспользуемся этой встречей как возможностью поговорить? Выпьем в баре… или даже поужинаем?

— Господи! — восклицаю я жизнерадостно. — Я бы с удовольствием! Правда. Честное слово. Но, видишь ли… сейчас не самое подходящее время.

— Ты уходишь? — Его лицо вытягивается.

— Э… да. С Лиззи. — Я украдкой смотрю на часы. Без шести восемь. — Не важно, мы все равно скоро увидимся. Хотя бы на работе…

— Почему ты так взвинчена? — неожиданно спрашивает Коннор.

— Ничуть не взвинчена, — заверяю я, небрежно прислонившись к косяку.

— Что случилось? — Он с подозрением щурится. И смотрит мимо меня в вестибюль. — Что тут происходит?

— Коннор. — начинаю я, дружески кладя руку ему на плечо. — Ничего не происходит. Тебе кажется.

В этот момент сзади появляется Лиззи.

— Эмма, тебе звонят. Это срочно, — сдавленно говорит она. — Твоей маме что-то понадобилось… О, здравствуй, Коннор.

К несчастью, Лиззи самая неудачливая лгунья во всем мире.

— Вы пытаетесь избавиться от меня! — догадывается Коннор, ошеломленно покачивая головой.

— Что ты! — отрицает Лиззи и предательски краснеет. Похоже, Коннор только сейчас заметил, как я одета, потому что гневно тычет в меня пальцем:

— Погоди-ка! Погоди… не понял… ты что, идешь на свидание?

Что ответить? Если все отрицать, скорее всего завяжется нудный спор. А вот если признаться, он скорее всего оскорбится и уйдет.

— Ты прав, — говорю я. — Иду.

Он потрясенно молчит секунды три, не меньше.

— Не верю! — восклицает Коннор, покачивая головой, и, как назло, тяжело опирается на перила ограды. Без трех восемь. Дерьмо!!!

— Коннор…

— Ты утверждала, что у тебя никого нет! Клялась!

— И не было. Зато есть… теперь. И он скоро будет здесь… Коннор, ну зачем тебе все это?

Я хватаю его за руку, пытаюсь приподнять, но он весит около двенадцати стоунов.

— Коннор пожалуйста, не изводи ни себя, ни меня.

— Наверное, ты права. — Коннор наконец поднимается. — Я пойду.

Сгорбившись, он отворачивается и идет прочь, а я снова корчусь от угрызений совести и настойчивого желания поторопить его. И тут он, к моему полному ужасу, снова оборачивается.

— Так кто он?

— Ты… ты его не знаешь, — уверяю я, скрестив за спиной пальцы. — Послушай, мы с тобой как-нибудь пообедаем и обо всем поболтаем. Или поужинаем. Даю слово.

— О'кей, — кивает Коннор с уязвленным видом. — Ладно, намек понял.

Я, не дыша, наблюдаю, как он закрывает калитку и медленно бредет по тротуару. Иди… иди… не останавливайся…

Едва он заворачивает за угол, на другом конце улицы появляется серебристая машина Джека.

— О Боже! — стонет Лиззи, хватаясь за голову.

— И не говори. — Я медленно прислоняюсь к ограде. — Лиззи, мне этого не вынести.

Меня трясет. До смерти хочется выпить. И я только сейчас поняла, что нанесла тени только на одно веко.

Серебристая машина подкатывает к дому, и оттуда выходит вчерашний водитель. Открывает дверцу, и появляется Джек.

— Привет, — растерянно здоровается он. — Я опоздал?

— Нет! Я просто… просто вышла на минутку полюбоваться пейзажем. — Широким жестом обвожу улицу и только сейчас замечаю мужчину с огромным брюхом, меняющего колесо на домике-фургоне. — Извини, — вспоминаю я, поспешно вскакивая, — я не совсем готова. Не зайдешь на минуту?

— Конечно, — улыбается Джек. — Спасибо, что пригласила.

— И отправь машину, — добавляю я. — Вообще-то предполагалось, что ты должен был прийти пешком!

— Вообще-то предполагалось, что ты не должна была сидеть тут и ловить меня на месте преступления, — парирует Джек с усмешкой. — Ладно. Дэниел, вы свободны. С этой минуты я на попечении дамы.

— Это Лиззи, моя соседка, — говорю я, как только машина отчаливает от тротуара. — Лиззи. Это Джек.

— Привет, — смущенно улыбается Лиззи, протягивая руку.

Пока мы поднимаемся наверх, я вдруг замечаю, какая узкая у нас лестница. Кремовая краска на стенах облупилась, а от ковра пахнет капустой. Джек, наверное, живет в гигантском роскошном особняке с мраморной лестницей, паркетными полами и все такое.

И что же? Далеко не у всех кругом мрамор. Кроме того, это сплошной кошмар. Холодно, каждый шаг отдается громом, вечно боишься поскользнуться, и чуть что — появляются выбоины…

— Эмма, пока ты готовишься, я налью Джеку чего-нибудь выпить, — говорит Лиззи с легкой улыбкой, означающей: «Он такой милый».

— Спасибо, — отвечаю я и, сигналя в ответ: «Правда?» — спешу в комнату и поспешно принимаюсь накладывать тени на второе веко.

Несколько минут спустя в дверь тихонько стучат.

— Привет, — говорю я, уверенная, что это Лиззи. Но на пороге появляется Джек со стаканчиком сладкого хереса.