Триумф рыцаря - Шеннон Дрейк

Ее регулярно приходила навещать Дженни – приносила свежее белье, воду, вино и новости. И хотя Игрейния радовалась подруге и служанке, с ней порой бывало нелегко. Дженни все больше раздражалась и злилась. Умер кузнец Аргайл, и на его месте уже работал какой-то горец. На кухне было полно завоевателей. Дженни теперь не знала ни одной прачки. И еще эта Ровенна – девица с ужасным шрамом. Так и шастает по замку и повсюду сует свой нос. У нее особые отношения с захватчиками – даже старый Гарт не требует с нее работы.

Но самым ужасным было то, что рядом был Эрик. По вечерам он строил из себя лорда и торчал в зале. Там всегда было полно людей. Кто-то однажды привез ему трех дирхаундов, и с тех пор в замок то и дело доставляют огромных собак. Мужчины наигрывают на своих идиотских волынках, а иногда находят себе другие развлечения. Дженни ненавидела их всей душой, но больше всего Эрика. Она пришла в ужас от того, что Игрейнию принудили выйти за него замуж. И хотя всеми силами старалась развеселить госпожу, делала ей только больнее.

– Ничего из этого не получится, только разозлит короля Эдуарда. И знаете почему? Он не собирается обменивать одну графскую дочку на другую – тем более что одна из них жена Роберта Брюса. – Говоря это, Дженни подошла к окну. – Вам еще повезло, что он вас так ненавидит. Вы словно красивая птица в клетке. Любой мужчина сломался бы от такого зрелища. Любой, но только не он. У него есть та, другая, со шрамом.

– Ты ошибаешься, Дженни. Ровенна не злая. Она предупредила меня, когда я была в опасности.

– Предупредила, да не очень, раз вы сейчас здесь, – возразила служанка.

– Мое положение не ее вина.

– Я стараюсь слушать всех и каждого, но слышу только ее: «Милорд, вам долить эля? Милорд, вам подложить мяса? Милорд, не принести ли вам чего-нибудь еще?

– Дженни, нет никакой необходимости так старательно ко всему прислушиваться.

– Но если бы я не прислушивалась, то не могла бы вам рассказать, что не так давно всадники поскакали к Брюсу, чтобы сообщить ему, что брак свершился и его приказание выполнено. А другие поехали, чтобы передать эту новость Эдуарду.

– Господи, мой брат Эйдан! Я так за него беспокоюсь!

– Извините, но о нем я ничего не слышала, – вздохнула служанка. – Но зато знаю, что Роберт Невилл живет у шотландского барона лорда Дэнби – того самого, что владеет замком Шеффингтон. Они собирают большое войско. Сэр Роберт вас спасет, и тогда вы сможете выйти за него замуж. Он станет хозяином Лэнгли, и все здесь пойдет как раньше.

– Дженни, я вовсе не желаю выходить за Роберта, и ничего в этом замке уже не будет как раньше.

– Вы сдались, миледи? Но вам негоже сдаваться.

– Я не сдалась, Дженни. Однако Афтон ушел из жизни. Я не хочу больше замуж и понимаю, что прежнюю жизнь не вернуть. – Игрейния не стала говорить о своих страхах: она постоянно гадала, что может произойти, если на замок нападут англичане.

– Но это неминуемо, – уверяла ее Дженни. – Иначе Эдуарда не прозвали бы Молотом шотландцев.

Заверив госпожу, что англичане непременно придут и сотрут захватчиков в порошок, Дженни уходила, оставляя Игрейнию одну. Она никогда не задерживалась надолго – женщины не хотели, чтобы их заподозрили в заговоре и запретили видеться.

Игрейния строила заговор, но сама с собой и в самые трудные часы, которые давили на нее тяжким грузом. Она не могла убежать через подземный ход – его замуровали. Другого пути на волю не существовало, разве что перелезть через стену или пройти по мосту, когда он опущен. Еще можно было взобраться на боевую площадку и решиться на смертельный риск – прыгнуть в ров. Но все это были фантазии. Запертая в комнате, она никогда бы не добралась до стены.

Ровенна тоже часто к ней заглядывала – приносила цветы и старалась хоть чем-то ее порадовать. А Игрейния ловила себя на том, что теперь перестала доверять девушке, которая раньше ей так нравилась. И Ровенна вскоре почувствовала это. Однако не прекращала визиты и приносила дары, чтобы украсить комнату и мир Игрейнии.

В воскресенье Игрейния вышла из комнаты и посетила мессу вместе с Джарретом и Джейми. Оба ей обрадовались и уговаривали ее прийти на ужин.

Когда они вошли в часовню, Эрик был уже там – высокий, прямой, широкоплечий. Волосы золотились и отливали малиновым в свете лучей, проходивших сквозь витражи в окнах. Истинный господин замка.

Игрейния с неудовольствием обнаружила, что ей придется сидеть на передней скамье рядом с ним. Она хотела было пропустить вперед Джейми, но тот в последний момент отступил и кивнул ей, чтобы она проходила вперед. И Игрейнии не оставалось ничего другого, как устроиться между Эриком и его братом.

Шотландец едва ли заметил ее присутствие. И только когда молящиеся встали на колени, Игрейния, покосившись на него, заметила, что он смотрит в ее сторону. В его глазах блеснуло странное выражение. Леди Лэнгли опустила веки и, слушая латинские псалмы, склонила голову на сложенные руки.

– Молитесь за мою скорейшую погибель? – прошептал Эрик.

– Конечно. Не мешайте.

Шотландец замолчал. Но когда служба подошла к концу и Игрейния собралась встать со скамьи, он взял ее за руку.

– Хотите прокатиться, миледи?

– Прокатиться?

– Ну да, прокатиться. На лошади.

– Куда? – встревожено спросила она.

– Просто так. По округе, не далее.

– Зачем?

– Затем, что мне начинает казаться, что вы трогаетесь умом.

– И вы позволите мне сесть на лошадь? – не верила Игрейния.

– Да. Только предупреждаю – я буду рядом.

– А кто еще?

– Только мы двое, – нетерпеливо мотнул головой Эрик. – Выделю вам немного времени. И если вы хотите провести на солнце часок-другой, поеду с вами.

Игрейния покачала головой.

– Боюсь, вам не вытерпеть так долго мое общество.

– Как вам угодно. – Эрик повернулся, чтобы уйти.

И тут Игрейния представила, какое бы она испытала блаженство, если бы согласилась: свежий ветер на лице и мощь могучей лошади.

– Подождите! Шотландец оглянулся.

– А что, если я от вас удеру?

– Вам никогда не удастся от меня удрать. Мне кажется, вы это уже поняли.

– А если все-таки попробую?

– Скажу одно – результат вам не понравится. Совсем не понравится. – В его словах не прозвучало угрозы, даже простого предостережения; это была лишь бесстрастная констатация факта.

– Хорошо… я согласна.

Во дворе их поджидал Грегори. Он держал под уздцы Локи и серую в яблоках кобылу. Игрейния радостно поздоровалась с глухонемым, потрепала его по щеке, и он ответил ей тихой, доброжелательной улыбкой.