Чужая роль - Дженнифер Уайнер

Веселье и впрямь было в самом разгаре. Пусть университет и принадлежал к «Лиге плюща» — там, где живут студенты, без вечеринок не обойтись. На сей раз все собрались в большом блоке с гостиной, диваном и музыкальным центром, двумя спальнями, деревянными кроватями и большой ванной, набитой льдом, в котором стоял неизменный бочонок.

— Принести тебе выпить? — предложил один из парней с лестницы, то ли тот, который клялся, что сегодня его счастливый день, то ли один из его приятелей. Мэгги уже не могла различить лица в полумраке и толкучке, но с готовностью кивнула и, подавшись вперед, почти касаясь губами его уха, прошептала:

— Спасибо.

К тому времени как он пробрался назад, расплескав по дороге половину пива, она уже устроилась в уголке дивана, кокетливо скрестив ноги.

— Как тебя зовут? — спросил он. Мэгги окинула его оценивающим взглядом. Невысокий, тонкокостный, со светлыми локонами, которые куда больше подошли бы шестилетней королеве красоты, чем студенту с хитрым недоверчивым лицом. Впрочем, сойдет и этот.

Мэгги была готова к вопросу.

— Эм, — бросила она. В поезде она решила, что больше не будет Мэгги. С этим именем она потерпела полную неудачу, не обретя ни славы, ни состояния. Отныне она будет просто Эм.

— Эм? — удивился парень. — Как тетушка Эм?

Мэгги нахмурилась. При чем тут какая-то тетушка?

— Просто Эм.

— Все равно, — пожал плечами парень. — Раньше я тебя не видел. В чем специализируешься?

— Ухищрения.

Парень кивнул, словно в самом деле понял. Что же, может, здесь и впрямь учат чему-то в этом роде? Нужно проверить.

— Я полтолг, — сообщил он, едва ворочая языком, и громко рыгнул. — Прети.

— Ничего страшного, — кивнула Мэгги с таким видом, словно находила отрыжку самой очаровательной вещью в мире. — А как тебя зовут?

— Джош.

— Джош, — повторила она восхищенно.

— Потанцуем? — спросил он. Мэгги пригубила пиво и отдала ему стакан, который тот галантно осушил. Они стояли лицом к лицу и танцевали… вернее, Джош дергался, словно пораженный током, пока Мэгги медленно извивалась, прижимаясь к нему бедрами.

— Bay! — восхищенно мяукнул он и, обняв ее за талию, прижал к вздыбленной ширинке. — Потрясно танцуешь.

Мэгги едва не засмеялась. Двенадцать лет занятий: балет, джаз и степ, — и все это теперь сошло за потрясный танец. Болван.

Но она сдержалась, наклонила голову, так что теплое дыхание едва коснулась его уха, а губы скользнули по шее.

— Не найти ли нам местечко потише? — спросила она. Потребовалось несколько секунд, чтобы до парня дошло.

— Заметано, — выпалил он, радостно блеснув глазами. — У меня отдельная комната.

Получилось.

— Только сначала выпьем, хорошо? — спросила она тоном капризной маленькой девочки. Джош вернулся с двумя стаканами пива и выпил сначала свой, а потом и ее. Снова обнял Мэгги за талию, повесил на плечо ее рюкзак и повел к лестнице в предвкушении, как ему казалось, блаженных минут, которые ждали их в отдельной комнате общежития «Блер».

— «Блер», — повторила Мэгги, почти волоча кавалера на себе. Пора заводить список: названия, имена. Только нужно быть осторожной. И умной. Умнее, чем Роуз. Нетрудно выжить там, где ты оказался на законном основании, но стать своей на чужой территории — задача, требующая и хитрости, и сообразительности, о чем твердила миссис Фрайд. Сообразительности, которой она наделяла Мэгги давным-давно, много лет назад. Той самой, которая у Мэгги была, что бы там ни показывали дурацкие тесты.

Джош распахнул дверь с видом императора, демонстрирующего дворец со стенами из кедра и золотым полом, и Мэгги поняла: нужно быть готовой к тому, что придется в самом деле заняться сексом с этим типом. Двое мужчин за одну ночь… не та статистика, которой можно гордиться.

Апартаменты Джоша оказались крошечной комнатой, заваленной книгами, кроссовками, черствой пиццей и кучками грязного белья.

— Будь как дома, — пробормотал Джош, жадно пожирая ее глазами, и плюхнулся на постель, сбросив на пол учебник химии, бутылку с водой, десятифунтовую гантель и то, что показалось Мэгги окаменевшим недоеденным сандвичем. Парень раскинул руки и ноги и подмигнул ей с холодной ухмылкой избалованного мальчишки, до сих пор получавшего любые игрушки, какие только пожелает, а потом ломавшего их из злости или каприза.

— Иди к папочке, — позвал он.

Но Мэгги медленно, маняще улыбнулась и, продолжая стоять у изножья кровати, кокетливо провела кончиком пальца по шее.

— Есть что-нибудь выпить? — прошептала она.

— На столе, — сказал Джош. Мэгги нашла плоскую коричневую бутылку. Персиковый шнапс. Фу, какая мерзость!

Но все же она глотнула, стараясь не морщиться от приторного персикового вкуса, и сделала знак глазами Джошу. Тот мгновенно очутился рядом. Губы его оказались холодными и какими-то противными, но она раздвинула их своим языком, в ритме песни Синди Лопер «Девушки хотят повеселиться», которую напевала про себя, и влила густую жидкость ему в рот.

«Когда рабочий день закончен…» — визжала Синди у Мэгги в голове, а Джош глазел на нее с пьяным восторгом, как будто умер и попал прямо в рай или по крайней мере в порносекцию его собственной, сокровенной видеотеки.

Мэгги уперлась рукой ему в грудь и слегка толкнула. Джош рухнул на кровать как подрубленное дерево. Она снова глотнула шнапса и, оседлав его, принялась тереться промежностью о солидный бугор на его брюках.

Держись, Мэгги. Только держись.

Она стянула топ. Глаза Джоша едва не вылезли из орбит, когда он увидел ее груди в слабом свете уличных фонарей, пробивавшемся сквозь стекло. Она попыталась поставить себя на его место, представить то, что видел он: гибкую полуобнаженную девушку с рассыпавшимися по плечам волосами, белой кожей, плоским животом и твердыми коричневыми сосками, нацеленными прямо на него.

Он потянулся к ней.

«Сейчас», — подумала Мэгги, наклоняя бутылку так, что липкая жидкость потекла по грудям и ниже, к поясу джинсов.

Он пыхтел, тяжело дышал и бормотал что-то невнятное, алчно вдыхая запах ее кожи и шнапса. Руки неуклюже шарили по ее джинсам. Мэгги надеялась, что он слишком пьян, чтобы расстегнуть молнию, и, похоже, не ошиблась.

— Погоди, — прошептала она, высвобождаясь и ложась рядом. — Хочу поухаживать за тобой.

— Ты супер, — ухмыльнулся Джош и замер, закрыв глаза. Мэгги прижалась к нему, поцеловала в шею. Он вздохнул. Она прикусила мочку его уха, проложила дорожку из поцелуев к ключице, постепенно замедляя темп. Джош снова вздохнул и потянулся к брюкам. Мэгги провела языком по его груди.

«Не спеши, — напомнила она себе, совмещая каждое движение языка и каждый поцелуй со стуком его сердца. — Не спеши…»